всей стране, которые могут по две-три недели в месяц у тебя длиться? Командировочные, конечно, очень хорошие будут. Но специфика своя в этой работе, несомненно, имеется.
Ну да, меня, когда это Межуев говорил, сразу же на ностальгию потянуло. Я ж когда аудитором работал, я иногда примерно вот так и кочевал. Правда, не сравнить работу аудитора в двадцать первом веке с работой вот такого уполномоченного контролера КПК сейчас.
Аудитора за деньги нанимали, и часто достаточно враждебно на местах принимали. Пришлет хозяин предприятия, который либо в Москве, либо на Ривьере французской все время торчит, нанятого аудитора куда-нибудь за пару тысяч километров от Москвы. И ясно, что местным, которые годами хозяина не видели, и, само собой, скорее всего, уже и подворовывают не на шутку, такого рода аудиторы хуже горькой редьки.
Нет, так они, конечно, и улыбаться тебе будут, и заискивать. Но тебе надо помнить, что нужно не только суметь нарыть всю грязь, которая тебе нужна, но при этом и не продемонстрировать местным, что ты сумел это сделать. А то вполне могут приключиться с тобой неприятности, глубоко несовместимые с дальнейшим осуществлением жизненных функций. Ну а что? О самозащите людей, которые наворовали миллионы долларов, никогда нельзя забывать.
Так-то, конечно, они тоже, угробив аудитора в какой-нибудь якобы случайной аварии, понимают, что внимание владельца к себе привлекут. И в следующий раз аудиторы уже под охраной приедут. Но все же это хоть пару недель передышки, за которые можно постараться все концы в воду скинуть.
Ну а сейчас, в СССР, только можно себе представить, что происходит, когда контролер из КПК на местечковое предприятие из Москвы приезжает. Все до смерти перепуганные бегают, но и мысли прибить, если что-то нароет, ни у кого нету. Слишком серьезен авторитет государства и КПК, чтобы в такие игры играть.
Сейчас такого контролера, скорее всего, будут подарками стараться задарить, в баньки тащить с девками и всем остальным стараться осчастливить, чтобы попытаться каким-то образом с опаснейшим человеком, что олицетворяет власть и из самой Москвы приехал, поладить.
Но увы, при всей ностальгии по прошлым временам, для меня такая должность не подходит…
Глава 10
Москва, КПК при ЦК КПСС
– Вы верно понимаете, Владимир Лазоревич, – сказал я, – мне бы все же работу такую, чтобы я в Москве ей мог заниматься. Не исключены, конечно, выезды по Московской области. Но куда-нибудь на Камчатку или на Сахалин предприятие проверять ехать, боюсь, в данный момент для меня будет неудачной идеей.
Ну да, речь же идет не о том, что мне это мешать учиться будет. Мне это проблемы по другой линии создавать будет. Как же я на Захарова смогу работать, если меня две-три недели каждый месяц в Москве не будет? Мало ли какое ЧП, а мне о нем даже сообщить не смогут по телефону. Ну и опять же, какие инструкции я по телефону смогу дать? Эзопов язык, конечно, вещь хорошая, но не настолько, чтобы понять точно, что за проблема произошла на одном из наших предприятий, и дать детальные инструкции, как ее разрешить.
Да и жена вряд ли будет счастлива, если меня по две-три недели каждый месяц на месте не будет. А что касается командировочных… Да, по меркам Межуева, они будут щедрыми, но и близко не настолько, как то, что я, работая на Захарова, получаю. А если во время предстоящей поездки в Италию я смогу легализовать свою долю в бизнесе Тарека Эль-Хажжа, то и любые командировочные мне уже будут вообще глубоко неинтересны.
– Ну вот, примерно так я и думал, – кивнул мне Межуев, ничуть не расстроившись. – Значит, фактически речь идет о трех должностях, из которых одну нам и надо для тебя выбрать. Референт, инструктор или инспектор. Референтом ты уже приличное время поработал, поэтому эту должность давай не будем рассматривать. Фактически выбирать будем между инструктором и инспектором.
По профилю работы инструктор – это должность, конечно, повыше, чем референта, но все же это вовсе не то, чем ты у нас по согласованию с председателем КПК будешь в организации заниматься. Инструктор больше с делопроизводством возится. А вот инспектор готовит документы для заседаний, занимается сбором информации, рассмотрением персональных дел коммунистов.
Допустим, по персональным делам коммунистов найдется у нас кому заниматься. А вот по сбору информации, подготовке документов для заседаний по тем предприятиям, которые в поле зрения наших выездных контролеров будут попадать, вот здесь ты уже нам как раз и нужен. И должность очень серьезно и солидно звучит.
Обычно на нее, конечно, без высшего образования никто тебя не взял бы. Но я думаю, что я с Пельше договорюсь, чтобы он сделал для тебя исключение с учетом почти что двухлетней успешной работы в Верховном Совете на должности референта и тем, что эта должность соответствует тому, чем ты действительно будешь у нас заниматься. А то странно будет, если ты у нас будешь референтом или инструктором, а заниматься фактически будешь работой инспектора. Это тоже диссонанс может внести в деятельность нашей организации. К чему нам это?
– Владимир Лазоревич, полностью с вами согласен, – кивнул я. – К чему нам диссонансы вносить?
А сам, конечно, постарался скрыть восторг, который меня охватил.
Инспектор КПК! Да с таким удостоверением меня везде будут как родного принимать. Это очень и очень серьезная должность. Да само название инспектор достаточно специфическое в советской традиции и навевает на того, кто его слышит, всякие нехорошие ассоциации и страх, что по его сфере что-то инспектировать будут. Но если действительно получится у Межуева для меня эту должность
