корня железной воли без посторонних запахов. Чисто.
Бренн поставил пометку.
Крейн тем временем растёр небольшую часть того же шарика в ступке, потянулся за первой склянкой и капнул жидкость на получившуюся кашицу. Осмотрев результат, кивнул, очистил ёмкость и повторил процедуру со следующим реагентом.
— От серебряной воды корм не почернел, — наконец произнёс он. — От жёлтой марены образец не покраснел. От слюны жабника белые хлопья не появились. От мха корм не помутнел. Лакмусовая щепа не окрасилась, — Крейн помолчал несколько секунд. — Чисто.
— Записал, — отозвался имперец.
Имерт кивнул, и двойная проверка завертелась.
Я опустился на табурет у стены, скрестил руки на груди и принялся наблюдать. За дверью лаборатории дядя что-то бубнил Брумишу, а тот в ответ глухо хрюкал.
Магистр работал быстро и спокойно, а Крейн немного отставал.
— Чисто, — буркнул Вейд через минуту.
— Подтверждаю, — отозвался травник.
— Целитель, — не отрываясь от пластины, заметил магистр. — У вас очень хорошо соблюдены пропорции ингредиентов.
— Стараюсь, — отозвался я.
— Продолжайте в том же духе, — он протёр пластину. — Из таких людей, как вы, выходят отличные алхимики.
Крейн слегка улыбнулся, не отвлекаясь от склянок.
Чем дольше тянулась проверка, тем яснее становилось для всех, что яда в корме нет. Однако я продолжал считать оставшиеся порции, затаив дыхание.
Прошёл час. Бренн исписал первый лист и принялся за следующий.
Еще через час Крейн размял шею и сделал глоток воды из фляги, которую ему молча протянул один из имперцев.
К исходу третьего часа медная пластина покрылась плотным слоем нагара, а Бренн уже механически выводил «Ч/Ч» в столбцы.
Наконец, Вейд скатал последний небольшой шарик. Дым пошёл вверх, магистр втянул воздух и хмыкнул:
— Чисто.
— Подтверждаю, — через пару минут отозвался Крейн.
Бренн поставил финальную отметку, подул на чернила и протянул листы дознавателю.
Имерт молча пробежал глазами по столбцам. Я заметил, как у него едва заметно расслабилась плечи.
— Уважаемые, — произнёс он, не поднимая головы. — Огласите ваше заключение.
— Никаких следов яда, — спокойно ответил Крейн. — Порции безопасны.
— Подтверждаю, — пробасил Вейд. — И, скажу больше — этот корм качественнее, чем у половины столичных лавок.
— Ого, — невольно вырвалось у меня.
Магистр перевёл на меня взгляд из-под бровей.
— Вы удивлены?
— Скорее польщён, — честно сказал я.
— А я скорее устал, — он улыбнулся и тут же посерьёзнел.
Имерт сложил листы вместе, загнул их с двух сторон, капнул на стык воском и аккуратно прижал перстень. На пергаменте проступил тёмно-багровый оттиск с тонким клинком, перечёркивающим раскрытый свиток.
— Корм признан безопасным, — констатировал он. — Заворачивайте порции обратно.
Имперцы тут же принялись за работу. Шарики один за другим формировались в полноценные порции, лишь слегка уменьшившиеся в размере, укладывались в тряпицы и уносились в погреб.
Я медленно выдохнул и опустил руки.
— А теперь, — Имерт повернулся ко мне, — целитель, прошу продемонстрировать процесс изготовления.
Я кивнул.
— Хорошо. Только нужно сходить во двор за парой ингредиентов.
— Калис, сопроводите, — распорядился дознаватель.
Я молча вышел во двор. Имперец двигался в полушаге за моей спиной, ступая так тихо, что я лишь дважды уловил шорох его сапог.
Брумиш дремал у грядок, Люмин лежал рядом, прижавшись пушистым боком к пластинам бронебруса, и тихо посапывал. Крох сидел чуть поодаль от сочников, следя за мной внимательными глазами.
Я опустился перед серебряными колокольчиками, аккуратно отгреб землю, поддел корень и отрезал небольшую часть.
Перейдя к сочникам, срезал один лист, и тут же выступила капля сока. От лёгкого дуновения ветра она пару секунд покачалась, а затем сорвалась на землю.
Когда мы вернулись в лабораторию, Бренн уже расчистил место на столе, и имперцы поставили на него мешок с ингредиентами, который помощник дознавателя доставил ранее. Я молча развязал его и удостоверился, что внутри находилось всё строго по списку.
Крейн и Вейд встали по обе стороны от меня. Магистр сложа руки замер сзади, а травник чуть подался вперёд.
Я принёс миски, аптекарские и кухонные весы, расположив их на левой части столешницы.
— Эйден, — мягко заметил Крейн. — А это не слишком? Вы ведь делаете корм, а не зелье.
— Вы правы, это не обязательно, — взвесив пустую миску, отозвался я и принялся насыпать в нее костяную муку. — Но вы ведь хотите увидеть именно мой рецепт? А для него необходимо соблюдение чётких пропорций.
Магистр хмыкнул.
Я работал уверенно и спокойно. Обольститель решил не добавлять, как и не обогащать шарики маной — для демонстрации вполне хватит и обычного корма.
Через несколько минут я выложил перед комиссией две готовые порции, слегка влажные на поверхности.
— Это и есть весь процесс? — уточнил Имерт.
— Да, — отозвался я. — Ничего сложного.
Дознаватель несколько секунд смотрел на шарики, а затем произнёс:
— Бренн, запиши: процесс изготовления продемонстрирован полностью, нарушений и подозрительных действий не выявлено.
— Сделано.
Магистр потёр поясницу, поморщился и пробасил:
— Эйден, если когда-нибудь решите бросить целительство, уверен, что гильдия травников и алхимиков примет вас с распростёртыми объятиями. Если что, я готов лично вас порекомендовать.
— Спасибо, магистр, но, думаю, это лишнее, — серьёзно отозвался я.
Крейн тихо рассмеялся.
— Целитель Моррис, — спокойно произнёс Имерт. — У Имперской службы больше нет к вам вопросов. Пока что.
Я почувствовал облегчение — будто гора свалилась с плеч.
— Расследование продолжится, — добавил дознаватель. — И до его окончания вам запрещено покидать пределы столицы, в том числе спускаться в Лес.
— Принял, — отозвался я.
— Это разумная мера, — Гальс чуть наклонил голову. — Поверьте, в данных обстоятельствах она для вас скорее защита, чем ограничение.
Я медленно кивнул. Спорить всё рано нет смысла. Хорошо, что в тюрьму не отправил.
Имерт обвёл подчинённых взглядом.
— Собирайтесь.
Берн и Бренн тут же закрыли папки и вместе с остальными имперцами направились к выходу. Магистр Вейд опёрся о столешницу и вздохнул. Седые брови сошлись на переносице, когда он, потирая поясницу, повернулся ко мне.
— Что ж, молодой человек, — пробасил он. — Рад был вновь увидеться. Надеюсь, следующая наша встреча пройдёт под более приятным предлогом.
— Я тоже, — отозвался я.
Вейд хлопнул меня по плечу и направился к выходу из лаборатории. Однако, сделав пару шагов, он вдруг остановился, обернулся и нахмурился, будто вспомнил что-то важное.
— Кстати, целитель.
— Слушаю вас, магистр.
Он вернулся к столу, заложил руки за спину и кивнул на стопку этикеток, написанных аккуратным почерком.
— Ваши инструкции, — медленно произнёс он. — Я хочу обратить на них особое внимание.
Я моргнул.
— За многие годы, — Вейд хмыкнул. — Я видел всякое: и сургучные печати на склянках, и клейма на мешках, и медные бирки с гравировкой, какие любят северные алхимики.
Он поднял указательный палец.
— Но такого — ни разу.
Магистр аккуратно взял этикетку,
