ждали.
— И Мадхури, — Сурья указала на женщину в роскошном платье.
Она поднялась, её украшения тихо звякнули.
— Господин Рихтер, — произнесла она, склонив голову, с лёгким кокетством.
— Присаживайтесь, — предложил я, сам подходя к столу с картой. — Поговорим о деталях.
Все уселись, а Чандра не удержался и спросил:
— Эта телепортация… вы, что же, можете попасть куда угодно?
— Почти, — я кивнул. — Нужна вторая пирамидка в точке назначения. Но да, расстояние и препятствия значения не имеют.
— Защитные заклинания? — уточнил Даршан.
— Бесполезны, — я усмехнулся. — Чтобы от чего-то защититься, нужно сначала узнать, как это вообще работает. А Ракша не знает.
Заговорщики переглянулись. На их лицах читалось одно: «Мы можем победить».
— Вы видели, как я появился здесь, — продолжил я. — Точно так же я могу появиться в монастыре Ракши. В любой его части. Главное, чтобы вы смогли пронести туда один из моих артефактов.
— Даже так. Это… — Кешав покачал головой. — Это невероятно.
— Это наше главное преимущество, — поправил я. — Но этого всё ещё недостаточно.
Я жестом указал на карту:
Расскажите мне о монастыре-дворце Ракши. Всё, что знаете.
Даршан подошёл к карте и развернул ещё одну, более детальную, с изображением самого монастыря.
— Монастырь-дворец расположен на горном плато, — начал он. — Со всех сторон обрывы. Попасть можно только по воздуху.
Мадхури добавила:
— Ракша специально выбрал это место. Он не боится вторжений. Считает, что без способности летать туда не добраться.
Я усмехнулся:
— Ожидаемо.
Чандра продолжил:
— Охрана выстроена в три уровня.
Он начал показывать на карте:
— Первый уровень — внешняя охрана. Деструкторы. Обычные стражники, их задача просто патрулировать и подать сигнал тревоги, если что-то пойдёт не так. Но даже они крайне сильные боевые маги. Это святая святых, здесь нет слабых. Примерно пятьдесят-семьдесят человек на смене.
Кешав вмешался:
— Я знаю многих из них. Некоторые недовольны Ракшей. Но боятся.
— Второй уровень, — продолжил Чандра, — гвардия. Архимаги. Элитные войска, постоянно в боевой готовности. Размещены в казармах внутри монастыря. Примерно сто человек.
Раджив добавил мрачно:
— Гвардия полностью лояльна. Их не переманить.
— И третий уровень, — голос Чандры стал тише, — личная охрана Ракши. Его сыновья. Лучшие из них.
Мадхури кивнула:
— Несколько сыновей почти всегда где-то рядом с ним. охраняют посменно Вызывает то одних, то других. Сейчас их трое. Но ещё около десяти тоже тренируются неподалёку.
Она сделала паузу.
— Все — маги вне категории. У всех два дара.
Даршан показал на карте ещё два объекта:
— И вот эти два монастыря рядом. Расстояние десять-пятнадцать километров. Время подлёта примерно пять-семь минут. В каждом около ста боевых магов.
Я кивнул:
— Значит, у нас примерно семь минут, прежде чем подоспеет подкрепление.
Я обошёл стол, изучая карту.
Монастырь был действительно внушительным. Высокие стены, башни, внутренний двор. Жилые покои, тренировочные залы, склады, казармы.
— Где именно находятся покои Ракши? — спросил я.
Мадхури указала на центральную башню:
— Здесь. Верхние этажи. У него личные апартаменты. Спальня, кабинет, зал для приёмов.
— Охрана у входа?
— Постоянно, — кивнула она. — Двое архимагов. Меняются каждые шесть часов.
— А внутри?
Она замялась:
— Обычно никого. Только когда он вызывает кого-то из сыновей или… — она запнулась, — … наложниц.
Я кивнул, усваивая информацию.
План начинал складываться в голове.
— Хорошо, — произнёс я. — Теперь о размещении пирамидок.
Я вернулся к столу, где стояла та, через которую я пришёл.
— Вы видели, как это работает. Мне нужно разместить пирамидки в ключевых точках монастыря. Незаметно. Так, чтобы никто не нашёл до нужного момента.
Сурья кивнула:
— У нас есть доступ почти везде. И много рук, чтобы доставить каждую из них куда нужно практически одновременно. Кроме того… присутствующая здесь Мадхури — наш самый ценный агент. Она сейчас в статусе фаворитки Ракши.
Я поднял бровь:
— Фаворитка? У него ведь много наложниц.
Мадхури кивнула:
— Очень много. Но не каждая в его милости. Сейчас у меня больше полномочий, чем у любой из них. Именно поэтому я вообще здесь. Мне единственной дозволено покидать дворец.
Я внимательно посмотрел на неё:
— Почему ты хочешь предать его? Если у тебя такое высокое положение? Наверняка, большинство наложниц тебе завидуют.
— Завидуют. Но я не хотела этой судьбы. Меня подарили ему как куклу, и я вынуждена делать вид, что мне всё нравится.
Её лицо исказилось. Руки сжались в кулаки, украшения тихо звякнули.
— Кроме того, у меня была сын, — произнесла она, и её голос задрожал. — Ракша забрал его у меня, когда ему было три года. Я не видела его десять лет.
Её глаза наполнились яростью.
— Как и всех остальных детей, его подвергают пыткам, которые Ракша называет тренировками. Он использует нас. Мы рожаем детей для его экспериментов. А потом он отнимает их.
Она замерла, словно пытаясь отдышаться и совладать с эмоциями, а потом добавила уже спокойнее:
— Я хочу отомстить. Хочу прекратить эти бесчеловечные издевательства. Хочу вернуть своего ребёнка. И ради этого я пойду на что угодно.
Я понимающе кивнул. Любовь матери к своему ребёнку действительно одна из самых сильных мотиваций. Ей можно доверять.
— И куда ты сможешь пронести пирамидку? — спросил я.
Мадхури встретила мой взгляд. В её глазах горел огонь.
— В спальню Великого Князя. Подходит?
Глава 15
Всё оказалось даже лучше, чем я рассчитывал. Разумеется, такой шанс я упустить не мог, и Мадхури тут же стала главным звеном нашего плана. После чего мы вернулись к детальному обсуждению того, кто и чем займётся. А также того, в каких именно точках необходимо разместить пирамидки в первую очередь. Потом мы обсудили запасные маршруты.
И, когда, наконец, закончили, пирамидка на столе снова вспыхнула.
Из портала вышел Фред.
Мой дворецкий, одетый в идеально сшитый деловой костюм, нёс большую кожаную сумку в одной руке и поднос с кофейником в другой. На его мёртвом лице, как обычно, не отражалось никаких эмоций, но он всё равно умел производить впечатление. Заговорщики снова уставились на портал с изумлением. Хотя они уже и знали, что это работает, но всё ещё не привыкли.
Фред молча поставил поднос на стол, разлил кофе в чашки с вежливым поклоном
