пенсии. По целому ряду объективных причин — возраст, здоровье, статистика.
Они медленно спускаются по лестнице обратно на первый этаж, их шаги приглушённо звучат на ковровом покрытии ступеней.
— Говорят, что в случае мезальянса с существенной разницей в возрасте, как у нас с тобой, происходит психологическое выравнивание, сближение возрастов партнёров. А иногда даже физиологическое. Тот, кто старше, словно молодеет. Получает второе дыхание, появляется заряд энергии.
— А тот, кто младше, постареет раньше времени? — усмехается бизнесмен.
Сяо Юйхань вздыхает:
— Это общая точка зрения социологов и психологов, а не моё личное мнение, — успокаивающе произносит она. — Не переживай, всё будет хорошо.
— Хотя, если посмотреть с другой стороны… — Ван резко обрывает себя на полуслове.
— Говори, чего замолчал? Или мне всегда слова из тебя выдавливать? — её взгляд становится требовательным.
— Мой дедушка по отцовской линии последний раз изменил бабушке, когда ему было восемьдесят два года. В том же году она умерла от воспаления лёгких. Здоровье у неё было слабое — два инсульта, слабый иммунитет, много хронических болезней.
Сотрудница программы «Небесная сеть» поднимает бровь:
— Интересно. А знаешь… — осекается. — Что дальше было с дедушкой?
— До девяносто восьми не дожил каких-то три дня. Удивительно, что человек, который пил и курил до последнего дня, стал долгожителем.
— А личная жизнь? До скольких лет он сохранял активность? — серьёзно интересуется Сяо Юйхань.
— Да кто же это знает. При живой бабушке было кому его ловить и фиксировать похождения. А потом её не стало, на этом закончился наш семейный хроникёр и историк, который старательно писал пикантную летопись. — Он усмехается. — Дальнейшая канва событий, к сожалению, осталась неосвещённой для потомков.
— Вот видишь, как тебе повезло с генетикой. У тебя впереди ещё сорок лет, если следить за здоровьем. — Она сжимает его руку. — Так что рано ты переживаешь из-за возраста.
На этой оптимистичной ноте входная дверь апартаментов распахивается. В квартиру заходит Ван Япин.
При виде неожиданной гостьи её лицо мгновенно мрачнеет — она не ожидала, что отец вообще когда-нибудь осмелится привести эту вертихвостку в их квартиру. Он уже давно никого из женщин не приводил, держал личную жизнь отдельно от семьи. Видимо, ей удалось вскружить ему голову.
— И что она делает в нашем доме? — прямо с порога обращается к отцу.
Сяо Юйхань спокойно переводит взгляд на жениха. Раз Япин ведёт себя настолько враждебно, значит, она ещё не знает ни про предложение, ни уж тем более про беременность. Отношения отца и дочери в последнее время стали очень натянутыми, гостья прекрасно об этом знает и не винит Вана в том, что он пока не поднимал эту тему с дочкой.
Но ведь скрывать отношения вечно невозможно. Рано или поздно придётся ставить дочь перед фактом.
— Дорогой, извини, я считаю, твоей дочери нужно кое-что знать.
— Знать, что⁈ — голос Япин становится агрессивнее.
Сяо Юйхань берёт жениха за руку, переплетает пальцы и прикладывает свободную ладонь к пока ещё плоскому животу.
— Я беременна, — она смотрит прямо в расширившиеся от шока глаза собеседницы. — Скоро у тебя появится брат или сестра.
Ван Япин застывает с открытым ртом. Она медленно переводит потрясённый взгляд с наглой вертихвостки на отца:
— Папа, да что с тобой⁈ Ей просто нужны твои деньги, как ты не понимаешь⁈ — срывающимся голосом кричит дочь. — Она либо врёт про беременность, либо… — она замолкает на полуслове, глаза напыляются понимаем. — Это правда?
— Да, правда. У нас будет ребёнок.
— Как ты мог⁈
Ван Мин Тао только открывает рот, чтобы ответить и объяснить ситуацию, но не успевает:
— Помолчи.
Сяо Юйхань прекрасно осознаёт, в каком положении сейчас находится в этой семье и как это выглядит — с учётом того, она на двадцать лет моложе.
Она принимает решение не терпеть молча и не притворяться безропотной. Нужно действовать и говорить именно с той позиции, которую занимает — сильной, активной, находящейся на самом пике иерархии женщины. Она — будущая жена успешного, влиятельного мужчины, о котором мечтает практически каждая женщина.
Но девяносто девять процентов из них такого мужчину никогда в жизни даже не увидят, не то что не получат.
Нет никакой необходимости изображать кого-то другого и играть роль. Иногда бывает не просто полезно, а жизненно необходимо говорить именно с той позиции, с того места, которое ты на самом деле занимаешь, отбросив все предрассудки, условности и лицемерие.
Сяо Юйхань подходит вплотную к Япин. Крепко, но без излишней жёсткости берёт её за плечи. Смотрит в глаза — пристально, не моргая, словно змея гипнотизирует парализованную страхом добычу перед решающим броском.
Дочь бизнесмена застывает на месте. Сделай кто-то другой с ней подобное — она бы мгновенно оттолкнула наглеца, но только не в этот раз. Что-то глубинное в этом взгляде заставляет её подчиниться.
— Послушай меня. Если скажу что-то не то, твой отец поправит, — голос Сяо Юйхань звучит твёрдо. — Я понимаю, что в этом доме долгое время не было матери, но были отец и дочь — ваш маленький закрытый мир. Надеюсь, наши китайские семейные ценности и обычаи не до конца вытеснены западной культурой. Надеюсь, наши древние принципы для тебя что-то значат.
— Ближе к делу.
— Теперь в этом доме есть мать. Ты можешь мне не верить, считать меня корыстным человеком — прекрасно пойму подозрения. Слова в любом случае ничего не стоят, это просто воздух. Но я очень люблю твоего отца. Я понимаю, что как бы ни старалась, родную маму я никогда не смогу заменить, но я буду пытаться.
Япин отступает на шаг от неё:
— Даже не думай об этом!
— Ты можешь меня ненавидеть всю жизнь, — продолжает Сяо Юйхань. — С троим характером это очень вероятный сценарий. Но скажи, ты знаешь, чем отличается материнская любовь от всего остального?
В гостиной повисает тишина.
Япин хочет услышать ответ, но она предпочитает не показывать открыто своего интереса.
— Мать — это единственный в мире человек, который в ста процентах времени, абсолютно в любой ситуации остаётся лояльной и беззаветно преданной своему ребёнку, — отчётливо произносит Сяо Юйхань. — Потому что для неё не существует большего смысла существования — лишь бы ребёнок был счастлив. Ради твоего будущего брата или сестры, ради этого ещё не рождённого ребёнка я сейчас
