скифам.
По договоренности изображение должно быть выполнено на тонком листе золота, методом чеканки. Рысик ушел, а мы вернулись к своим делам.
К середине зимы я заметно отяжелела. Примерно раз в пять дней приходила к жрице, та водила над моей головой руками, или просто смотрела в глаза, а затем успокаивала, что все идет хорошо. Скоро у меня родится здоровый ребенок.
Вопросов о поле младенца она категорически избегала, могла не ответить или перевести тему разговора на другое. И после нескольких неудачных попыток я перестала этим интересоваться. Потому как ответа от нее и силой не получить, если не захочет.
Вскоре к нам пожаловали взволнованные Вук с Беркутом. С момента летних игр мы не встречались. Каждое племя было занято своими заботами.
— Вождь! Родом умоляем, отпусти жрицу к нам. Вождь на перерождение собралась. Клятву даем, с ней ничего не случится. А мы останемся у вас, до ее возвращения. — По принятой традиции они предлагали себя в заложники.
Немного поразмыслив, я подумала, что рядом со жрицей, в своем племени они будут более полезны для меня лично и для сарматов в целом.
— Я верю вам, и готова отправить с вами жрицу. Но нужно у нее самой спросить. Сами понимаете. — Я развела руками. Дескать, да, я вождь, но воля жрицы выше моей.
После чего тяжело поднялась и отправилась к ней сама. А вернулись уже втроем.
— Мы поедем с вами! — Показав взглядом на младшую, ответила старшая, после чего, не мешкая, обе пошли собираться в дорогу.
— Я хочу, чтобы вы сопровождали жриц до своего племени, а не сидели здесь, с нами, мучительно размышляя о судьбе вождя. Но после того как жрицы закончат, вы проводите их обратно. А еще с ними поедет столько воинов, сколько они сами решат. Вот мое слово!
Соседи, а до них было рукой подать — полдня конного пути, охотно кивали на каждое мое условие, а в конце почтительно поклонились.
Вообще-то, я преследовала свои цели. Беркут — дочь вождя, и она, как никто, имеет право занять этот пост после ухода нынешнего. А как она это сделает, сидя у меня в юрте? Нет! Она должна оказаться в нужном месте в нужное время! Чтобы власть никто не успел перехватить.
Глава 46
Жрицы, в сопровождении роксолан вернулись через две луны. Вождь ушла на перерождение, да здравствует новый вождь! Им к моей радости, оказалась Беркут. Немного в этом помогла наша жрица, потому как младшую сестру Беркута с рождения готовили в вожди. Никто же не предполагал, что боги вернут свою благосклонность старшей? Поэтому возникло противостояние сестер. Вот тут и сказала свое веское слово жрица.
— Боги указывают на Беркута! — Никто не посмел с ней спорить, и вот в моей юрте впервые появился вождь другого племени.
Я поздравила ее с победой и подарила изящно изготовленный декоративный меч из золота и серебра, украшенный драгоценными камнями. Это скифы на днях принесли, чтобы продемонстрировать свое умение.
Беркут приняла подношение, но кажется, ее интересовало другое. Она расспрашивала, почему мы так странно заселяемся, а получив ответ о нашей оседлости, удивленно вскинула бровь.
— Но кони съедят траву вокруг, и чем ты будешь их кормить?
— Сеном и зерном! — В ответ Беркут кивнула, но я не была уверена, что она поняла о чем я сказала.
— А как воины согласятся сидеть на одном месте? — Продолжила она.
— Ну они не то чтобы сидят на месте. Я посылаю их регулярно в разные стороны, чтобы привезли что-то. Опять же скифов нужно собрать воедино у нас. Забот хватает. А когда сарматы начинают скучать, боги посылают нам новую игру. Нога-бол, а сейчас вот катания с горок. — Я терпеливо и подробно рассказывала, потому что мне во что бы то ни стало, нужно привлечь ее на свою сторону.
— А почему ты не хочешь отвезти свое племя в холодные земли, или, наоборот, в южные? Оттуда ближе нападать на дальних чужаков? — И вот я дождалась тот самый вопрос!
— Потому что мы не будем ни на кого нападать! Мы начнем меняться. Завяжем крепкие отношения, вот как сейчас с северянами, и постепенно объединим все племена и земли!
Беркут смотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Но зачем?
— Чтобы сохранить наши народы на много зим вперед. Рано или поздно, придет более сильный враг, и поодиночке всех нас растопчет, а вот если объединяться тысяча племен, то нас никому не одолеть!
— А кто будет вождем? — Перекинув косу за спину, тут же поинтересовалась она.
— У каждого племени останется свой вождь. Ты — у роксолан, я — у сарматов, и так остальные. Мы будем собираться все вместе раз в зиму, обмениваться опытом и намечать новые планы. Будем вместе покорять новые земли, но не мечем, а своими знаниями, и расширяться таким образом. И самое главное — только так мы сможем насаждать свою волю всем остальным народам.
Беркут долго молчала, перебирая в руках толстую косу. Затем поблагодарила меня за жрицу и откланялась ничего не ответив.
А через день вернулась и сообщила что она согласна объединиться с сарматами.
ЭПИЛОГ
Прошло десять лет
Благодаря поддержке Беркута, ее неугасимому энтузиазму и желанию познавать новое, Сарматия разрослась от Сарматского моря на севере до Скифского моря на юге. Именно она без устали моталась по племенам, и и зазывала тех к объединению, а в перерывах рожала детей.
Человеко-учник Дивея, так он назвал многоуровневую систему образования, разросся до большого города. С домами для проживания и учебными корпусами. Среди наших племен, постепенно закрепилась традиция, направлять детей к нему. Никто не настаивал, но все видели, насколько богато живут его ученики и каким почетом пользуются.
Сам же Дивей женился на девушке, из самого первого набора, из числа рабов, с узкими раскосыми глазами и плоским носом. Она стала его соратником и советчицей во всем.
Мне удалось собрать скифов воедино, но из-за их большого числа, им отвели земли за соляной горой, где они построили свой город. В благодарность они открыли знания по медицине, физике и химии. Нарисовали карту звездного неба и помогли составить календарь. Ну а мы в честь них назвали теплое море, чтобы увековечить память о них навсегда.
Младшая жрица выросла, прошла все стадии обучения и продолжает жить в столице. Она подхватила знания скифов и создала отдельный город, в котором учились и лечили ее ученики. Постепенно они разъезжались в другие племена, но по-прежнему
