Попал – не пропал. Книга 5 - Ринат Камильевич Назипов

кто на амбар, кто на сарай для скотины. Единственное, что никто не собирается строить из пластобетона, так это баню и правильно, баня должна быть деревянная, чтоб дух древесный в ней летал. В общем, деревня жила своей жизнью, а я своей — пытал свою память, а заодно и ИскИны, вопросом — что бы ещё такое учудить, во благо, конечно же. И ведь придумал — точнее вспомнил, увиденный когда-то документальный фильм о каком-то агрохолдинге, где показывали молочную ферму. Фильм тот был на половину рекламный, но не в этом суть. Сходил я на колхозную ферму, посмотрел, как местные бурёнки живут и чуть не расплакался — в помещениях фермы едва ли не холодней чем на улице, коровы чуть не покалено в грязи стоят, доярки и техники не справляются с уборкой. В общем, коровы не живут, а выживают. Тут же ломанулся к Красновой, думал прибью эту отличницу. А тут и она мне на встречу. Глянул на неё и сразу весь запал прошёл, потому как выглядела девушка ничуть не лучше тех самых коров.

— Как же так, Ирина Сергеевна? — показал я на ферму.

— А вот так, Руслан Владимирович. — тяжело вздохнула зоотехник. — Это ещё очень даже неплохо, по крайней мере коровы сыты. В других колхозах уже к февралю кормов не остаётся, коровы на солому переходят, падёж до пятидесяти процентов доходит. Зимние телята вообще не выживают, падёж сто процентов. Я уже с Павловым разговаривала на эту тему — первым делом весной новую ферму строить будем.

— Нельзя до весны ждать!

— Я уже всех своих знакомых по Академии озадачила — ищут хороший проект фермы. Да только нет таких в природе, по крайней мере у нас в Союзе нет. — с намёком так сказала.

— Ясно. Значит будем искать, а нет, так закажем, пусть разрабатывают.

И только уже дома меня осенило — зачем искать, зачем заказывать, когда у меня таких проектов с десяток точно наберётся, конечно, что-то придётся убрать, что-то, наоборот, добавить, чтобы, так сказать, привести проект к реальности, но, с этой задачей легко справится любой ИскИн. Откуда проекты? Так от моего персонального ИскИна, о котором я уже успел слегка подзабыть после того как живший в нём ИР покинул меня. Помнится, ещё на Эдале, на базе джоре, перед моим уходом, на этот ИскИн залили не только Базы Знаний, немалую часть которых я даже и не подумал изучать, но и целую кучу, как мне казалось, совершенно ненужной информации. А ведь экспедиция-то была этнографическая, изучала дикие и отсталые цивилизации, а для джоре все, кто не освоил межзвёздные перелёты — дикие и отсталые. А ещё была База Знаний для колониста-переселенца на сельскохозяйственные планеты, это уже от Содружества, досталась по случаю и её я тоже не изучал, потому как она проходила по разряду «артефактов» и как мне сказали, ей уже больше двух тысяч лет и она жутко устаревшая. В общем, придя домой, я сразу направился в подвал, где у меня, в небольшом, хорошо замаскированном, закутке было организовано что-то вроде рабочего кабинета, где я работал с техникой Содружества и стоял достаточно мощный ИскИн. Первым делом я достал из хранилища свой персональный ИскИн и перелил всю хранящуюся на нём информацию на стационарный ИскИн. Затем долго искал артефактную Базу Знаний, а когда нашёл, тут же вставил кристалл в считыватель и загрузил её на нейросеть. Тут же пришло сообщение, что База будет изучаться восемь часов в фоновом режиме. Озадачил ИскИн поиском проектов животноводческих ферм и адаптацией оных под советские реалии, но с учётом пластобетона.

А через восемь часов я уже сидел за столом и чертил, по памяти, наиболее подходящий проект животноводческой фермы, ну, это я так обозвал, а по факту это был целый животноводческий комплекс, рассчитанный на содержание тысяч животных. Осетра, конечно, придётся урезать и сильно, как бы не на порядок, а то и больше, но, для этого у меня есть ИскИн, который тоже выдал с десяток проектов, но я их забраковал, потому как они были или совсем уж примитивные и мало чем отличались от реальности, или слишком уж футуристические. Хотя, если приспичит, то и такое построим. В общем, к тридцать первому декабря проект у меня был на руках, просчитанный и подчищенный ИскИном и даже с привязкой на местности и перенесённый мной, собственноручно, на бумагу. А я с нетерпением ждал Ильича, именно сегодня он должен был вернуться из Москвы.

И дождался. Около восьми часов вечера в дверь постучали. Ильич уже давно отвык ждать у калитки и если в доме горит свет, просто проходил к дому и стучал уже в дверь. Вот только в этот раз стук был каким-то нервным, он даже не стучал, а тарабанил.

— Открыто, заходи! — крикнул я, выставляя на стол праздничный ужин — решил удивить председателя своими запасами. Дверь громыхнула и судя по шуму, пришёл Ильич не один.

И правда. В комнату председатель ввалился не один, а… с ребёнком, ну как с ребёнком, девочкой лет четырнадцати-пятнадцати, так я сначала подумал. Невысокая, худенькая, одета в какое-то тонюсенькое пальто, на голове самый обычный платок, на ногах… летние туфли и это почти в двадцатиградусный мороз!

— Ты что творишь, дурак старый⁉ — мне кажется Ильич слегка труханул, по крайней мере, побледнел и выставил перед собой руки, увидев, как я ринулся в его сторону. Вот только не он был мне нужен, а девчушка.

Подхватив девочку на руки, я понёс её в спальню, запуская в неё одно за другим диагностические плетения. А паниковать основания были. В истинном зрении ноги девочки, почти до колен, уже отдавали чернотой — начался некроз тканей, с руками картина не лучше, пальцы точно отморозила и попади она сейчас в больницу, ампутация рук и ног ей светит со стопроцентной вероятностью. В груди тоже всё очень плохо — сердце и лёгкие, почки и бронхи, горят зловещим, почти бордовым цветом. Как она вообще на ногах-то стоит⁈

— Руслан, я на неё в лесу наткнулся, когда от станции шёл!

Надо заметить, что недалеко от Успенки проходит железная дорога, по прямой километра три, если через лес, если по дороге, то километров семь. Но деревенские по дороге не ходят, лес знаком всем до последнего кустика, хищников тут отродясь не бывало, поэтому и ходят все напрямки.

— Руслан, её надо срочно в город, в больницу! Это Вера,