Мои космосом… В какой момент? Я не знал, но знал, что готов пожертвовать ради нее не только драконом или свободой.
Я собственной жизнью готов пожертвовать.
Ради нее я держался на поверхности, не соскальзывая в черную бездну скорби и ярости на фхтаринцев. Вернее, на предателей, которые перешли на сторону нашего космического врага.
Что они им пообещали? Власть на Аргассе? Так у Орнана была власть. Куда больше?
Раздался писк, дверь в стене по ту сторону силового поля отъехала в сторону, пропуская вперед Мэйгарда, и с мягким щелчком вернулась на место.
— Нравится сидеть в клетке, Гередж? — поинтересовался отец Катэллы.
— Нет, — честно ответил я. Поднялся с пола и подошел к границе силовых линий, останавливаясь напротив дракона. — Но это вы меня сюда посадили.
— За то, что ты натворил — это самое мягкое для тебя наказание.
— А что я натворил, Орнан? Я так понимаю, что нас все равно никто не слышит, так зачем притворяться, что ты не знаешь, кто действительно уничтожил моего деда и всю мою семью?
У Мэйгарда заиграли желваки.
— Это сделал ты, Кайрен. Ты виноват в гибели собственной семьи, потому что вцепился в эту девчонку! Где она?
Я посмотрел прямо ему в глаза и ответил спокойно и уверенно:
— Там, где вам ее никогда не достать.
Мэйгард усмехнулся:
— Поверь мне, мальчишка, скоро на Аргассе не будет такого места, до которого я не достану.
— Ты или фхтаринцы? — уточнил я, и по яростному взгляду увидел, что мне удалось его задеть. — Или ты рассчитываешь, что они поделятся с тобой властью?
— Уже поделились. — Тонкие губы Орнана расползлись в самодовольной улыбке. — Мне доступно то, что не снилось ни одному звездному дракону.
— Смотри не надорвись, — процедил я. — Но Риванна способна все это разрушить. Поэтому вы ее так боитесь.
Мэйград начинает смеяться, а мне становится не по себе.
Я считал Орнана мудрым уважаемым драконом. Я собирался жениться на его дочери. Безумец с горящими глазами передо мной не имел никакого отношения к тому, кого я знал.
Но мой мир в принципе сейчас раскололся на до и после.
До было все просто, в «после» я не мог собрать себя по осколкам, хотя и пытался, держась за мысль о Ри.
— Твоя девка никому не нужна, — выдал он, резко становясь серьезным. — Ты так и не понял, Кайрен? Нашей целью всегда был ты и только ты. Но у тебя был дракон и великое будущее защитника Аргассы. Риванна Араи это знала, потому что она знает будущее.
Я широко распахнул глаза, пытаясь понять, он сейчас издевается или говорит серьезно.
— Она могла все испортить, предупредив тебя. Но теперь все это не имеет значения. Тебя приговорят к смертной казни, Кайрен Гередж, и ты перестанешь мешаться на пути к полной капитуляции этой галактики.
51
Риванна
— Выпей, — Эйла сунула мне в руки крепкий травяной настой.
Я сделала глоток и закашлялась, потому что обожгла горло. Представляю, как я сейчас выглядела: меня трясло, я была вся грязная, в пыли и в земле. Я даже клацнула зубами о чашку, когда попыталась сделать второй глоток.
Я не представляла, что меня ждет, но в этот момент мне было все равно. Даже если бы Эйла решила меня сдать, или, например, отравить. Неудивительно, что после всего случившегося меня посещали такие мысли, кажется, я растеряла весь свой оптимизм и веру в лучшее.
Как вообще можно верить в лучшее, когда судьба раз за разом подыгрывает тем, кто убивает, лжет, предает?
— Ну как? Получше?
Меня забрал ее водитель, а винглайн привез меня даже не в модный дом, а в ее личные апартаменты, расположенные в одном из немногих жилых комплексов Южного архипелага выше двадцати этажей.
У нее была квартира на последнем и выделенное верхнее парковочное место, выход с которого был прямо в ее апартаменты. Поэтому меня никто не видел.
Никто, кроме нее и ее водителя.
Я хотела как всегда вежливо сказать, что да, но вместо этого мотнула головой.
— Понимаю, — сказала она. — Но сейчас очень важно то, что ты можешь рассказать. Говори, Риванна.
У меня не осталось сил играть в эти игры, и я рассказала то, что могла. Как меня подставили, что я заговорила с тем мужчиной, потому что догадывалась о заговоре, как мы Кайреном расследовали случившееся, как в доме произошел взрыв, как почти все Гереджи погибли, а Кайрен отправил меня сюда, рискуя собой, а его самого арестовали. Я говорила быстро и сбивчиво, а в себя пришла от задумчивого Эйлы:
— Значит, Орнаны…
Я подняла голову и растерянно заморгала, пытаясь понять, что происходит. Я же не могла говорить об Орнанах… об их предательстве. Теперь уже я знала, что замешана не только Катэлла, но и ее отец, или…
Или теперь могла, потому что все это — все это произошло в настоящем?! И я могла говорить о своих догадках, как нормальный человек!
Эйла истолковала мой взгляд по-своему.
— Мы подозревали, что на Центральном кто-то связан с фхтаринцами. В последнее время происходит что-то странное. Мы проводили расследования, даже отправляли на Центральный агентов, но…
— Подождите! Вы хотите сказать, что вы работали… в смысле, вы пытались понять, кто предатель? И кто — вы?!
Эйла пристально посмотрела на меня. Как будто пыталась понять, можно мне доверять, или нет. Но теперь я, кажется, все поняла. Или почти все. Многое так точно.
В прошлый раз, когда я приехала к ней, она мне не поверила, потому что тоже посчитала агентом фхтаринцев или предателей. Но все-таки не поверила не до конца, иначе не дала бы свою карточку в последний момент. Точнее, не запихнула бы ее незаметно в покупки.
А она — они, я не знаю кто, вероятно, некоторые высокопоставленные звездные драконы Южного, уже давно пытаются расследовать этот заговор. Ведут свою работу в этом направлении, но, как и я, постоянно проигрывают. Потому что у фхтаринцев есть возможность управлять временем. И у предателей тоже. Любой их успех они могут предупредить, повернув время вспять.
— За мою голову уже наверняка назначена награда, — с нервным смешком сказала я. — Правда, пока на Центральном. Пробейте по своим каналам. Узнайте. Если считаете меня предательницей
