Ваша милость, — охотно жалуется мужчина, уже разменявший пятый десяток. — Ни сесть, ни пёрднуть.
Охотно смеюсь. Юмор у простонародья не изощрённый, но иногда разбирает.
— Ложись! — показываю на охапку сена.
Заставляю, несмотря на отнекивания. Это не графья, тут надо без церемоний. Лошадей же я тоже не спрашиваю, лечить их или нет. Да и отговаривается он от стеснения, а не из-за дурацкого гонора.
Присаживаюсь рядом, руку на поясницу, нырок в Тень. Знакомая картина, и схема действий уже есть. Через полминуты встаю.
— А ты полежи немного, — останавливаю закряхтевшего мужичка, — потри руками спину до разогрева. На ночь оберни чем-нибудь тёплым.
«После забудь», — но это вслух не говорю. Немного погодя скотник встаёт, на лице проступает огромное удивление. Удаляюсь, мне его горячие лобызания рук ни к чему.
Обработка — предок называет это каким-то сложным словом, кажется, десфекция — конюшни и коровника много времени не занимает, поэтому остаток дня провожу в саду. Графиня приглядывает за дочкой, увлечённо читая какую-то дамскую хрень, а я общаюсь с Дианой. Она показывает мне всякие секретные места в саду.
— А вот там, — тычет пальчиком за пределы сада, — я ногу сломала. Бежала и провалилась в норку. Какой-то суслик вырыл. Так больно было.
— Вот ведь подлец какой! — говорю с чувством.
Присаживаюсь, воровато оглядываясь на беседку. Аманда не заметит — сидит чуть ли не спиной.
— Здесь сломала? — осторожно касаюсь ножки.
В этом месте явный излом и есть нарост — костная мозоль. Почти незаметная, была бы таковой, если бы не передняя, так сказать, лицевая часть ноги. Здесь будет проступать любая неровность. Ну и от искривления никуда не денешься.
В Тени рассматриваю всё чётко и со всех сторон. Диана послушно поворачивается по команде.
Обойдя весь сад, возвращаемся к беседке.
— Нагулялись?
Этим вопросом и завершается сегодняшний день.
КП Архонта.
Ничего сложного в исправлении неправильно сросшихся костей не вижу. С имеющимися-то магическими возможностями. Придётся повозиться, но не мне. Не нам со Стэном. Гипс накладывать здесь не умеют, но можно что-то придумать, чтобы хоть на недельку поберечь ногу. Костыли какие-то сделать.
В обычной ситуации без магии кости надёжно срастаются не меньше чем за месяц. Мелкие не в счёт, там быстрее. Так что неделя, возможно, ещё дня три — и девочка начнёт скакать козочкой.
Мне намного интереснее другое. Что там за свечение в реке? Которое влило в мой источник столько мощи, что он чуть не лопнул. Причём энергия белая, а не зелёная. Предполагаю, что такой цвет получился за счёт универсальности. Смешение всех цветов магии даёт белый.
Впитанную не сродную нашему дару магию отделил. Второй источник формировать не стал для обеспечения взаимодействия, которое предполагается в будущем. Сейчас зелёное ядро помещено в сетку розоватого цвета. Зелёная энергия ушла в главный источник, поэтому остаток порозовел.
Ишь ты! Будь я женщиной — пришёл бы в неописуемый восторг. А так счастлив, что никто не видит.
Поместье Фарканов.
Восьмой день гостевого плена.
Я снова у речки Эливер. Снова с Гонтом. На этот раз действую осторожно. Отступил от переката на полсотни шагов и медленно приближаюсь. Каждые восемь — десять шагов опускаю руку в воду, ловлю бирюзовые струи. Останавливаюсь в пяти шагах. Такое чувство, будто мой источник нежится под тёплым ласковым дождём. Никаких ударных ощущений в голову. Ещё одна порция для размышлений.
Гонт не мешает. Он решил даром времени не терять и забросил удочку. Сажусь рядом, моему ядру хватит на сегодня. Это здорово — спокойно медитировать и наблюдать за суетящейся стайкой глупых рыб. Они здесь какой-то неизвестной мне породы. Один в один жерка, только таких аномально крупных не бывает.
— Да нет! — уверяет Гонт. — Та же самая жерка, но такой крупной больше нигде не найдёшь. Это правда. Ты там понизу, в заводи после луга, ещё речных крабов не видел. Вот такие!
С размахом рук он точно переборщил. «Если рыбак не соврал, то он не рыбак». — Улыбаюсь замечанию предка, но Гонт принимает на свой счёт и начинает горячиться:
— Ты что, мне не веришь⁈
— Не кричи, всю рыбу распугал.
Моё замечание его остужает, но он ещё долго что-то бурчит под нос. Однако рыба действительно сдёрнула куда-то дружной стайкой.
На ужин нам подают жареную рыбу, Гонт на ней несколько медяков заработал. Со сметаной идёт замечательно.
— Знаешь, Стэн, — задумчиво говорит граф, — мы тут с Амандой посоветовались и решили согласиться на твоё предложение.
— Какое предложение? — искренне выпучиваю глаза. Ну, почти искренне.
— Ну как же? Ты же предлагал вылечить Диану?
— А разве она болеет?
— Стэн, зачем ты прикидываешься? — укоряет графиня. — Ты прекрасно понимаешь, о чём речь.
— О нет, графиня. Ничего такого я не понимаю. Никакого предложения я вам не делал. То есть я просил позволить мне осмотреть ножку Дианы — всего лишь. Мне не разрешили, на этом всё и заглохло.
Наступает длинная пауза, во время которой спокойно разделываюсь с рыбкой. Вкусненькая.
Хозяева дома чего-то важного не понимают. Или у них рефлекс такой, аристократический. Даже если им что-то надо, представляют дело так, будто им что-то должны. Тема вновь поднимается во время десерта.
— И всё-таки, Стэн, не посмотришь ли ты Дианочку? — графиня не спускает с меня глаз.
— Да, Стэн, посмотри на меня! — немедленно вмешивается девочка.
— Я всё и так вижу, графиня. Кости неправильно срослись, надо исправлять.
— Ты можешь это сделать, Стэн? — граф глядит строго.
Поневоле напрягаюсь. Попробуй сейчас ляпни что-нибудь неосторожно, и чуть что не так –мигом останешься крайним,.
— Нет, Ваше сиятельство. В данных обстоятельствах я за это взяться не рискну.
Удовольствие от десерта мне всё-таки портят. Пожалуй, впервые между нами возникает напряжение. С меня требуют подробных разъяснений. Выдвигаю первое условие:
— Вы разрешите говорить прямо? Предупреждаю, это может звучать грубо, зато позволит сильно сэкономить время.
Супруги переглядываются, отправляют Диану с гувернанткой прочь и разрешают мне говорить грубо и прямо.
— Вы с самого начала неправильно ставите вопрос. Вы не можете соглашаться или не соглашаться на предложение, которое вам никто не делал. Я просто извещаю вас: да, я могу помочь. И сейчас это я жду от вас предложения, которое могу принять или нет — если сговоримся в цене, и если вы дадите кое-какие гарантии. Мои
