Черная банда 2 - Александр Васильевич Чернобровкин

Черная банда задержалась в Сиене на четыре дня, пока не прискакал гонец с векселем от Козимо ди Медичи с долгом по зарплате ландскнехтам и приказом морским пехотинцам срочно прибыть в Ливорно на галеасы, чтобы сопроводить купеческий караван в Барселону и обратно. Так понимаю, на войну ушло слишком много денег, надо срочно пополнить казну. Мой сын поехал со мной в Рим, передав командование галеасом своему заместителю. Он уже накомандовался и навоевался, запасся байками на всю оставшуюся жизнь, которую, судя по его словам, собирается провести в своем доме у камина или, на худой конец, в загородном, когда тот перейдет в его собственность. Он не догадывается, что ждать этого недолго.

56

Пока я осаждал Сиену, в Риме случились важные перемены. Шестнадцатого января тысяча пятьсот пятьдесят шестого года император Карл ушел на заслуженный отдых в монастырь, передав трон и все проблемы своему старшему сыну Филиппу. Восьмого февраля было подписано перемирие между Францией и Священной Римской империей, которое было явно в пользу последней. Папа Римский по имени Юлий приказал долго жить в конце марта. Девятого апреля на освободившееся место избрали нового — Марчелло Червини, принявшего имя Марцелл. Я обрадовался, что теперь у меня самый крутой покровитель в Папском государстве. Оказалось, что зря. Пока мы добирались до Рима, он преставился первого мая, не дотянув всего пять дней до своего пятидесятичетырехлетия. Зато аж три недели побоговал. Следующим Папой Римским стал Джанпьетро Карафа, взявший тронное имя Павел с номером четыре. Я с ним никогда не пересекался, понятия не имел, что это за человек. Так что могущественных покровителей в Риме у меня не осталось. Впрочем, тогда я подумал, что они мне уже не нужны. Я стал достаточно богат, чтобы не выполнять неприятные задания. Надоело шляться черт знает где. Мое тело, наверное, уже перевалило за пятидесятилетний рубеж, начало уставать не столько физически, сколько духовно. Я уже написал завещание, с которым ознакомил всех членов семьи, чтобы потом не было грызни. Всем хватит денег на безбедную жизнь, если не будут транжирить без ума и оглядки. Какой-никакой моральный долг и личная симпатия у меня были только к Козимо ди Медичи, герцогу Флоренции.

Павел, новый Папа Римский, оказался тем еще фруктом. Одно время он возглавлял инквизицию. В итоге нахватался на этой должности дурных манер и привычек. Несмотря на преклонный возраст — был избран в семьдесят девять лет — поражал работоспособностью и количеством издаваемых законов. Некоторые его предшественники за все свое правление не наплодили столько, сколько он умудрялся за день. Став главой Папского государства, Павел первым делом изгнал из Рима проституток, комедиантов и шутов, а также епископов, покинувших свои приходы, и монахов, позабывших, где их монастырь. Видимо, между этими двумя группами населения была внутренняя связь, известная только ему. Воров почему-то не трогал, кроме тех, что попадались на горячем.

В придачу новый Папа Римский ненавидел испанцев. Наверное, не мог им простить, что доверили ему инквизицию. Он связался с Генрихом, королем Франции, и попросил поддержки в защите своего государства от Священной Римской империи. Французам, к тому времени заключившим невыгодный для них мирный договор, только и нужен был повод для вторжения на Апеннинский полуостров. В Рим приперлось с роту старших офицеров, в том числе битых мной в свое время.

Я не был уверен, что ко мне отнесутся с уважением, не припомнят прошлое, поэтому сперва переселился в загородный дом, стараясь не появляться в столице. К тому времени начали сгущаться тучи и над Козимо ди Медичи, который прислал приглашение погостить у него вместе с Черной бандой. Я не стал отказывать хорошему человеку, поехал, прихватив батарею фальконетов и тех членов своего отряда, кто жил в Риме и окрестностях, передав остальным, что жду их во Флоренции. За хозяйством остался присматривать сын. Он младший командир, к нему претензий быть не должно.

Девятого января тысяча пятьсот пятьдесят седьмого года из Турина выступила французская армия под командованием герцога Франсуа де Гиза. В ней было пять тысяч французских и шесть тысяч швейцарских пехотинцев и тысяча восемьсот жандармов. Для Апеннинского полуострова значительная сила. Мы были уверены, что цель ее — захват Милана, где был небольшой имперский гарнизон, который подавлял очередной антииспанский мятеж. Не тут-то было. Французы прошли западнее мимо Пьяченцы. Следующим по нашим прикидкам должно было стать герцогство Парма, а за ним Флоренция. Вот тут-то у французов и началось все сыпаться. Они понадеялись на местных союзников, которые не собирались становиться вассалами французского короля. Наоборот, хотели с помощью иностранной армии решить собственные проблемы. Для осады Пармы и Флоренции нужны были крупнокалиберные пушки, которые пообещали дать местные правители, но, как обычно, кинули. Вдобавок Козимо ди Медичи подсуетился, пообещав женить сына на дочери французского короля.

Южнее Рима папская армия под командованием Пьетро Строцци захватила несколько небольших крепостей. Потом подошел с армией Фернандо ди Толедо, вице-король Неаполя — и фронт замер. При этом обе стороны старательно избегали генерального сражения. Странные перемещения французской армии по Апеннинскому полуострову продолжались до лета. Такое впечатление, что французы искали, с кем бы сразиться, но все попрятались. За это время разбежалась большая часть наемников, потому что им не платили, трофеев не было, а за грабеж населения наказывали жестоко. В июне Франсуа де Гиз отпустил швейцарцев, которые бесплатно не воюют, и большую часть армии отправил на север. Стало ясно, что грандиозный поход закончился ничем.

Козимо ди Медичи рассчитался сполна с Черной бандой. В благодарность за это я посоветовал зачислить аркебузиров в экипажи галеасов, которые он настроил за это время.

— У тебя постоянно будет под рукой несколько тысяч опытных воинов, на которых в мирное время не надо тратить деньги. Заплатят купцы, — объяснил я.

Герцог Флоренции тут же согласился. После нашего разговора с ним я объявил Черной банде, что распускаю ее. Мол, пора мне на покой. Взамен предложил своим бывшим подчиненным поступить на службу к Козимо ди Медичи морскими пехотинцами,

— Денег у него много, не пожалеете, -аргументировал я.

Они и без меня знали, что герцог богат и, что важнее, платит исправно, пусть и с задержками иногда.

На следующий день я повел их в Ливорно, где ждали новые галеасы. В городе уже была возведена новая цитадель, довольно крепкая. Более