напряжения. Я шел, а сам старался перевести дух, прислушиваясь к доносящимся сзади звукам. Там по-прежнему было шумно — крики, топот, гул сирены.
Дым был густым, накатывал клубами, создавая мне идеальную маскировку. Обойдя машину, я оказался вне поля зрения, а потому уверенно устремился вперед. Я выждал и пропустил мимо себя группу охранников, которые бежали ко входу блока «А». Они не обратили на меня внимания — я был всего лишь еще одним силуэтом в дыму.
Теперь я был за пределами тюремных стен и почти прошел всю нейтральную полосу. Впереди, в темноте, были видны джунгли. Пока еще достаточно редкие, но я знал, что мне нужно туда. Это был мой единственный путь.
Я ускорился, двигался не останавливаясь, пока заросли кустарников и травы не сомкнулись за моей спиной, полностью скрывая тюрьму из виду. Я слышал, как далеко за спиной гудят сирены, как кто-то кричит. Посмотрел в ту сторону — тюрьма горела, причем горела хорошо. Судя по всему, пламя перекинулось на здания блока «Б». Наверняка, в возникшей суматохе кто-нибудь из заключенных тоже попробует сбежать. Нужно признать, что шансы достаточно высоки, но куда реальнее получить пулю от кого-нибудь из охраны. Мне-то какая разница?
Я бросил каску, расстегнул и сбросил куртку. Остановился и кое-как стянул с себя неудобные штаны. Я был полностью мокрый от пота, сильно хотелось пить. Да и поесть я бы тоже не отказался — еда, что поставлялась в тюрьму, а потом распределялась людьми Рауля, была лишена всякого вкуса. Чаще всего это была какая-то каша из местного злака, кукуруза и небольшое добавление непонятного мяса. От такой еды даже мой железный желудок испытал стресс.
Далее я просто бежал, почти не разбирая дороги.
Вообще, хотя некоторые варианты моего побега с Салливаном и рассматривались при подготовке на базе в Гуантанамо, территория вокруг тюрьмы была мне совершенно не знакома. Не хватило времени изучить карту прилегающей территории и расположенного рядом небольшого населенного пункта.
Джунгли были влажными, темными, полными странных звуков. Ветки хлестали по лицу, оставляя на коже горячие полосы. Листья были скользкими от влаги, я несколько раз поскальзывался во влажной грязи и падал, но каждый раз поднимался и бежал дальше. Я двигался быстро, стараясь не оставлять следов. Но это было почти невозможно — грязь прилипала к кедам, каждый шаг оставлял глубокий отпечаток, а сломанные мной ветки отлично указывали направление.
Помимо одежды, я избавился и от ненужного более плана катакомб, разорвав его на мелкие клочки и бросив в грязь.
Конечно, когда в тюрьме проведут проверку, станет ясно, что как минимум трех человек не хватает. Карлос может быть и жив, а может и нет — тут не угадаешь. А вот бедняга Рамон уже забрал билет в один конец. Жаль, что так получилось. В любом случае, меня будут искать, поэтому нужно уйти подальше. Желательно морем, чтобы нельзя было отследить.
Я остановился, прислушиваясь. Где-то справа раздался вой сирены — это проскочила какая-то машина, стало быть, рядом шоссе?
Отсюда до базы Гуантанамо около ста километров. Но это не точно. Как туда добраться? У меня не было карты, не было транспорта, не было связи. Я был один в чужой стране, в джунглях, без оружия и почти без денег. Однако я кое-что полезное знал. Те ЦРУ-шники, что доставили меня к тюрьме, трепались о том, что в этом регионе есть небольшой глухой поселок, где орудует наркокартель. Я слышал о нем и ранее, еще во время инструктажа на базе Гуантанамо.
Наркоторговцы, в виду проблем со связью, ограниченно используют спутниковую связь. Это очень дорогая игрушка, зато ей можно пользоваться где угодно, особенно если у тебя влиятельные друзья, способные все это контролировать. Если я смогу добраться туда, я могу попробовать связаться с Хоревым.
Они не пустят чужака, никто там со мной разговаривать не будет, это факт. Им проще пристрелить меня, учитывая незаконный род деятельности. Но мне не привыкать действовать втихую. Если мне что-то нужно, я это достану!
Наступило утро. На часах было восемь двадцать.
Пробежав по джунглям еще около километра, я выбрался на дорогу. Там как раз ехал кубинец на каком-то древнем пикапе пятидесятых годов. Увидев на дороге такого оборванца как я, он сначала опешил и хотел проехать мимо, но затем почему-то передумал.
К счастью, он свободно говорил на английском, поэтому мы нашли общий язык. Его звали Педро, он был крестьянином. Сунув ему последнюю мятую банкноту в десять долларов, я попросил подкинуть меня до ближайшего населенного пункта подальше от тюрьмы, а заодно выяснил, где именно нахожусь сейчас. Карта у него тоже была, только старая и рваная, но это не помешало мне определить дальнейший план действий. Он даже дал мне свою жилетку — те мокрые, измазанные грязью лохмотья, что были на мне после безумного по своей гениальности побега, гарантировали неприятности. Особенно при встрече с представителями закона.
За десять долларов он провез меня около двадцати километров, остановив у железнодорожного переезда.
Конечно, напрямую он мне не сказал, где искать наркоторговцев. Да и никто бы не сказал. Но всё же, в силу человечности, он намекнул, какого направления лучше избегать в этих краях. Сопоставив эти моменты, я понял, в каком направлении двигаться дальше.
Я нашел поселок через несколько часов. Это было непросто, но я справился.
Проходящий мимо грузовой состав оказался как нельзя кстати — я проехал километров десять, прежде чем решил покинуть вагон. Параллельно путям шла малоприметная грунтовая дорога, которой регулярно пользовались местные жители. Именно она и привела меня туда, куда нужно.
Это было небольшое поселение в глубине джунглей, состоящее из нескольких десятков хижин и домов. Люди здесь занимались контрабандой, перевозкой наркотиков и оружия. Классический случай — в странах Латинской Америки подобное процветает. Достаточно быстро я организовал на дереве наблюдательный пункт и выяснил, что у них действительно есть спутниковый телефон, который они используют для связи с колумбийскими картелями.
Спутниковый телефон в 1989 году уже не чудо техники, но он по-прежнему стоил как крыло от самолета, а правильно обращаться с ним мог далеко не каждый. Я уже видел такой в Сирии, когда вытаскивал свою жену из лап Томаса Вильямса. Этот был аналогичным аппаратом, в виде чемодана.
А пользовался им человек в дорогом белом костюме, с бокалом виски в руках. Скорее всего, местная шишка.
Само собой, выйти к ним и попросить позвонить я не мог. Купить — тем более. Поэтому я выбрал наиболее подходящий для меня вариант — взять
