прозвучали даже как-то зловеще.
— Причём я вижу, что вы это не знали, а вывели именно умозаключением, — вовсе перейдя на заговорщицкий шёпот, продолжил наставник. — Потому что вектор поставлен неверно, но логично.
Он протянул руку, и я отдал ему листок. Небрежным движением он перечеркнул моё нововведение и поставил новый вектор. Потом шмякнул лист на стол передо мной и откинулся с важным видом на спинку стула, скрестив руки на груди.
Ну да, всё правильно, так будет точнее. Я-то ткнул можно сказать наобум, просто предположил, а оказывается в точку попал. Секретные технологии спецслужб царя. Теперь надо надеяться, что он никому не донесёт, а то в следующий раз предложение Иннокентия Двенадцатого будет более настойчивым, без вариантов выбора.
— Вы же никому не расскажете? — спросил я с самым невинным видом, сложив бровки домиком.
— Чтобы меня упекли в темницу за разглашение государственной тайны? — взвился Трифон Афанасьевич, потом вернулся на стул и понизил голос почти до шёпота. — Я пока что в своём уме, молодой человек. Но если и вы хотите оставаться в своём уме и на свободе, эти свои предположения больше никому не показывайте.
— Нем, как надгробный камень, — сказал я, потом изобразил, что закрываю рот на замок, а ключ выбрасываю в окно.
— Считаю, что к поступлению в академию вы по моему предмету готовы, Михаил Фёдорович, — уже достаточно громко и официальным тоном произнёс мужчина, сразу вернув себе прежнюю осанку и важность. — Остаток времени лучше посвятить другим дисциплинам и боевой подготовке. Желаю успешного прохождения вступительных испытаний.
— Спасибо, Трифон Афанасьевич, — растерянно ответил я, не понимая, для кого он так старается. Ах, ну да, у стен везде есть уши. — Здоровья вам, берегите себя.
Мужчина вдруг резко обернулся на полпути до двери, ухмыльнулся и ушёл.
* * *
По полутёмным коридорам в сторону зимнего сада я сегодня шёл даже позже, чем в последний раз. Мы же договорились с Софьей Фёдоровной, что я расскажу ей подробности в призрачном свете, надеюсь, что она поняла правильно. И надеюсь, что она ещё не ушла.
Судя по усиленному шелесту листвы редких южных растений, ветер к ночи стал немного резвее, усилив и сквозняк. На месте садовника, я бы прикрыл часть фрамуг. Софья сидела на том же месте, всё-таки дождалась.
— Наука не отпускала? — с улыбкой спросила девушка, когда я уселся напротив.
— Чуть зубы не сточил об этот гранит, — усмехнулся я.
— Интересные у тебя ассоциации, — покачала головой княжна.
Понятно, эта фразочка из моего мира в этом пока не прижилась.
— Какие именно подробности ты хотела узнать? — спросил я, сразу переходя к исполнению обещанного.
— Только не такие, кто там как умирал и кому отрубили голову, — сказала девушка и передёрнула плечами. — Так, в общих чертах. Кто это был и зачем ему это было нужно. А ещё — какие боевые навыки ты использовал, с магией ветра у тебя ведь есть определённые успехи.
— Понял, — кивнул я. — Значит без кровавых подробностей. Тогда поехали.
Я начал с первой стычки на мосту по пути к Боровску из замка. На меня вдруг напал дар рассказчика, хотя, такого магического дара скорее всего не существует, но я постарался. Когда дело дошло до созданного с помощью меча воздушного лезвия, Софья остановила меня.
— Воздушное лезвие? — с интересом переспросила она. — Интересно. И что оно делает?
— Я вскрыл вражескому бойцу грудную клетку вместе с латами, — охотно ответил я.
— Боже, зачем я только спросила, — пролепетала девушка, закрыв лицо руками.
— Ну извини, не хотел, — попытался я оправдаться. — Но как бы я по-другому ответил на твой вопрос? Я как раз хотел отобразить эффективность, что даже через доспехи я его достал. Правда сильно разозлился тогда.
— Не вини себя, ты не виноват, — тихо сказала Софья, опустив руки на колени и шмыгнув носом. — И вообще, хорошо, что это ты нанёс такую рану, а не тебе. Ах да, тебя там не ранили?
— В этом бою нет, — покачал я головой. — Это уже потом меня за руку зацепили, — услышав эту новость, княжна сразу напряглась и уставилась на мои руки. — Да там сущие пустяки, небольшое рассечение, даже шить не пришлось. А вот Борису Николаевичу и Остапу Афанасьевичу раны пришлось зашивать. Каменский был сильно ранен, и я вовремя подоспел, а то он там бы и остался.
— Ты спас барону жизнь? — удивлённо спросила Софья.
— Фактически да, — ответил я. — Но я почему-то не люблю эту фразу, слишком пафосно звучит.
— Неважно, как это звучит, — медленно покачала головой девушка. — Главное — спасённая жизнь. Каменский такие вещи не забывает, так что можешь считать, что твоя спина всегда будет прикрыта, даже если вдруг судьба повернётся так, что вы окажетесь по разные стороны.
— Это зачем мы должны оказаться по разные стороны? — нахмурился я. — Он очень хороший человек, преданный твоему отцу, во всём поддерживает меня. Можно сказать, что он для меня лучший друг.
— А как же я? — спросила княжна и едва заметно улыбнулась.
— А ты моя сестра, пусть и названная, для меня это уточнение значения не имеет, — уверенно ответил я. — К тому же ты спасла мне жизнь.
— Теперь я поняла, о чём ты говорил тогда, — усмехнулась девушка. — В этой фразе слишком много пафоса, когда она касается тебя. Значит ты тоже прикроешь мне спину, даже если мы вдруг окажемся по разные стороны?
— Послушай, я тебя сейчас не понимаю, — вздохнул я. — Зачем ты так говоришь?
— Ну это метафора, — пожала Софья плечами. — Я же образно.
— Слава богам, — вздохнул я, на этот раз с облегчением. — Я уж думал, что ты знаешь что-то особенное, чего я не знаю.
— Пока нет, — улыбнулась княжна. — Но жизнь штука сложная. Особенно у нас, у высшей аристократии.
— Не говори так, от этой мысли мне становится жутко, — признался я. — Давай пообещаем друг другу, что никогда ни при каких обстоятельствах не окажемся по разные стороны.
— Но это не всегда от нас зависит, — тихо произнесла Софья, потупив взгляд. — Но я могу пообещать тебе, что при любых обстоятельствах я снова спасу тебе жизнь и никогда не попытаюсь отнять. Это я обещаю.
Сказав это, она снова посмотрела мне в глаза. Немного с тревогой, но больше с ожиданием и надеждой.
— И я обещаю тебе не отнимать твоей жизни и никому не дать её отнять, — сказал я, глядя ей в глаза.
— Совсем скоро уже ехать в академию, — сказала девушка, резко переключив тему.
Может мне показалось, но она немного смутилась. Согласен, разговор получился, мягко говоря, особенный.
— Как ты чувствуешь, готов? — спросила княжна.
— Думаю, что
