Демон в теле Наследника - Сергей Восточный

— Дальше, — сказал я.

— Головин… — Глебов поёжился. — С ним хуже. Квартиру снимает, но адрес… я не знаю.

— Кто знает?

— Костыль должен знать. Ездил к нему пару раз. Они вместе часто бухали. У них свои дела я туда не лез. — Глебов в каждой фразе стремился ввернуть что он в делах этой компании особо не замешан.

— Так. А сам Костыль где обитает? — уточнил я.

— У него квартирка своя в центре. На мать оформлена. — Глебов снова мялся в сиденье, будто оправдывался. — Адрес не помню, но это ближе к центру. Новые дома, улица… улицу не помню.

Я перевёл взгляд на Савельева.

— Выяснишь?

— Да, — кивнул Андрей. — Ничего сложного.

— Продолжай, — велел я Глебову.

— Всё… всё, что знал, сказал. Клянусь. — Он поднял руки, будто боялся, что его сейчас пристрелят прямо в машине. — Я в это дерьмо влез только потому что… денег не хватало. А они предложили подработку. Сказали: попугай, побей стекло, постой рядом. Я думал, что всё в рамках… ну, как обычно.

— Не всё. Кто давал вам указания?

— Я не знаю. Всё взаимодействие с заказчиком шло через Головина. И деньги тоже он распределял.

— Девушка твоя знает чем ты занимаешься? — вставил Савельев.

— Нет. — Глебов махнул головой. — Да какая там девушка… Так… На один раз.

— Андрей, давай узнавай адрес Костыля, поедем сперва к нему. Потом к Головину. Эти трое бухарей в оконцове. Пусть жрут, чем пьянее будут тем проще.

— Принято, — сказал Савельев, уже набирая кому-то сообщение.

В салоне повисла тишина. Напряжённая. Глебов избегал встречаться взглядом с нами, смотрел в боковое окно. Губы беззвучно шевелились. Не знаю что он там бормотал, молился, или просто бредил. Не важно. Судьба его уже решена.

— Да. Девичья фамилия матери, Евсеева. Да… Хорошо, спасибо! — завершил звонок Савельев.

— Александр Николаевич, адрес Нежданова есть. По навигатору отсюда пол часа ходу.

— Отлично. — кивнул я.

Машина плавно ускорилась. Ночь впереди была длинной.

Двор был пуст. Почти все парковочные места свободны. Вечер пятницы, половина дома загородом. Я бросил взгляд вверх — новый дом, ровные подъезды, домофоны на входах. Квартира Нежданова — шестой этаж, угловая.

Дождавшись пока из подъезда вышел мужчина, ведя на поводке маленькую пушистую собачку, Савельев подхватил дверь:

— Спасибо. — оборонил он.

Мужик не ответил, только проводил нас подозрительным взглядом. По физиономии было видно, что он изнемогает от жажды спросить что-то типа: «А вы в какую квартирку…?», но его останавливает суровый вид Савельева.

Наконец мужик скрылся за углом дома, Савельев открыл дверь изнутри. Мы бесшумными тенями проникли внутрь. Один боец остался сторожить лестницу. Ещё один на лифтовой клетке. Я, Глебов, Савельев, и ещё двое поднялись на этаж. Остальные в машинах.

Мы поднялись наверх. Савельев приложил ухо к двери, прислушался.

Пауза. Тишина.

— Кажись, телик смотрит. Или импертуб. — прошептал он.

Выставили Глебова перед глазком. Сами прижались спиной к стенке, выходя из его обзора.

Пригрозив, на всякий случай, бандиту пальцем, Савельев нажал на звонок.

Тишина.

Подождали минуту. Савельев нажал на звонок ещё раз.

— Позови его. — едва слышно велел я Глебову.

— Костыль, это я. Открой, дело есть.

За дверью — едва слышный шорох.

Савельев извернулся и повторно приложил ухо к двери.

— Вырубил звук. — просипел он через пару мгновений.

Тут взгляд его упал на неприметную коробочку в электрощитке.

Савельев выругался, и метнулся к подъездному окну, распахнул его и по пояс высунулся, словно собирался выброситься.

— Сука… — крикнул он. — Он через балкон ушёл!

— Объект сбежал! Спускается по пожарной лестнице! Задержать! Чёрная кожаная куртка, красные треники, голубая «гандонка».

— Есть. — прошипела рация.

Я подбежал к окну. На противоположной стороне дома по пожарной лестнице быстро спускалась тень. И как Савельев умудрился рассмотреть цвета его одежды — изумился я. Лестница обрывалась за четыре метра до земли. Нежданов спрыгнул прямо на асфальт, сгруппировавшись перекатился как опытный боец, тут же поднялся на ноги и побежал. Наперерез ему уже неслись наши ребята.

Мы сорвались вниз по лестнице и уже через пол минуты были на улице.

— Побежали по этой стороне. Он сюда по любому выйдет, там тупик. — крикнул Савельев, показывая на противоположную сторону дома.

И правда, обежав дом, мы едва не столкнулись с Неждановым. Между ним и нашими бойцами было уже метров тридцать отрыва, и он стремительно увеличивался. Костыль нёсся как ветер.

— Стоять, сука! — крикнул запыхавшийся боец.

Нежданов и не думал останавливаться. На ходу вытаскивал из кармана телефон, ткнул пальцем по экрану.

— Не дайте ему… — прорычал я ускоряясь.

И тут удача отвернулась от беглеца. Отвлёкшийся на яркий экран телефона, Костыль оступился. Шлёпнулся на асфальт так, что смартфон отлетел в сторону. Тут же вскочил на ноги, но уже было поздно. Налетевший на него как ураган Савельев снёс его с ног. Прижал коленом и завернул руки за спину так, что тот взвыл.

Вокруг уже начинала собираться толпа. Кто-то доставал телефоны.

Да уж. Тихо не вышло.

Костыль, ухмыльнувшись завопил:

— Помогите! Убивают! Вызывайте полицию! Я не знаю этих людей, это похищение!

Я подбежал, поднял выпавший телефон, экран мигал, высветилось время 00:05. Вызов уже шёл. Абонент «Старший».

— Алло? Алло? — раздалось из динамика. — Костыль, ты чего хотел? Алё-о-о? Б. я, еб… ая связь…

Я молча держал телефон. Через пару секунд вызов оборвался.

— Плохо. — сказал Савельев поднимаясь с земли и отряхиваясь. — Это я так понимаю Головин. Он мог что-то заподозрить.

Телефон вздрогнул вновь — входящий вызов от «Старшего».

Я дождался пока гудки кончатся. «Пропущенные».

Точно что-то заподозрит. Лишь бы не «ушёл на дно».

Тем временем Костыль надрывался всё сильнее, а толпа вокруг становилась всё больше. Кто-то уже звонил в полицию.

— Уважаемые граждане! Не надо никуда звонить! Работает служба безопасности Империи. Вот моё удостоверение. Этот человек совершил преступление!

Моя маскировка трещала по швам. Морок едва держался. Чем больше людей и камер приходилось вводить в заблуждение, тем больше сил требовало его поддержание.

— Заткните его и пошли отсюда. — бросил я бойцам которым Савельев передал задержанного.

Те уже успели поднять Костыля на ноги, заботливо стряхнули с него пыль, застегнули руки на спине в браслеты.

— А-а-а- Помог… ахрхро. Тьфу… Хрр. — оборвался крик Нежданова — ему в рот засунули скомканную перчатку.

Давление становилось всё сильнее. Под носом потеплело. Я провёл ладонью — кровь. Виски стучали как молоты у кузнеца, давление поднималось. Надо быстрее уходить.

Мы подошли к машине. Савельев крепко выругался.

— Х… во что мы свои лица и документы засветили на толпу. Теперь если мы с ними что-то сделают то точно на нас повесят.