сражённые секирой, и даже смерть товарищей не могла заставить бойцов сдвинуться с места.
И это было им же во благо. Те, кто стоял чуть в стороне от моего пути, остались в живых, пока я небрежно ломал тела их товарищей, глядя в глаза адермаха, всё ещё сохранившего контроль.
— Порою самоуверенность может быть даже полезна, да? — заметил я, оказавшись лицом к лицу с отборным бойцом Кунас.
— Да как ты смеешь⁈ — возмутился тот, исчезая из поля зрения и тут же появляясь за моей спиной.
Я всего лишь вовремя вытянул руку назад и тут же схватил андермаха за лицо, указательным пальцем выдавливая его левый глаз.
— Как же банально, — покачал головой я. — Вы все такие одинаковые и предсказуемые, что аж стыдно.
Когда мозги эльфа брызнули из расколотой черепной коробки, окружающих меня солдат уже отпустило, и они испуганно отстранились. Всё, что им оставалось, это молча наблюдать, как я прохожу вглубь лагеря.
Вирго в этот момент выслушивала какой-то доклад и довольно ухмыляясь, кивала головой. Видимо, всё у неё шло по плану. До этого момента.
Краем зрения она заметила, что происходит что-то неладное, и повернула голову в мою сторону.
Я небрежно бросил к её ногам труп убитого андермаха и произнёс:
— Я не договорил.
Лицо матриарха заметно посмурнело. Ещё сильнее оно напряглось, когда она поняла, что её контроль больше на меня не действует. Лишь по движению губ я понял, что она прошептала: «Как ты смог?» А ведь она говорила даже не на русском. Настолько велико было её удивление.
Но Вирго не была бы собой, если бы не умела контролировать эмоции в должной степени. Её взгляд тут же заметался из стороны в сторону, оценивая ситуацию.
Я тоже прикинул свои шансы. Рядовые бойцы были не проблемой, а скорее даже ресурсом. За счёт них я смогу ускоряться и поддерживать своё здоровье. Если Вирго их сейчас не уведёт подальше, конечно же. А вот на что способны андермахи и мутанты Мерунеса, было не до конца ясно.
«Хотя, стоп! Чего я парюсь?» — подумал я. Оскалившись улыбкой маньяка, я медленно подошёл к всё ещё лежащему сосуду с вирусом, и Вирго поняла мои намерения.
— Постой! — воскликнула она. — Давай договоримся!
— Матушка, о чём с ним договариваться⁈ — воскликнул рядом стоящий отпрыск матриарха. — Нужно покончить с ним!
Его сестра также была рядом, но ей хватило ума промолчать. А Вирго на этот раз не сдержала эмоций. На её лице вспыхнул гнев, обращённый к подростку, и она отвесила ему звонкую пощёчину:
— Заткнись!
Глаза малолетки округлились от испытанного шока. Он явно не привык к такому обращению, и возникшее в нём возмущение требовало выхода. Но он не мог пойти против матери. Поэтому в тупом самодовольном мозгу «виргёныша» возникла самая очевидная, но при этом самая глупая идея в его жизни — доказать матери свою правоту.
Он молча выхватил свою саблю и ринулся в мою сторону. Я же даже не стал применять [Бойню]. Встретив молодого дроу прямым ударом ноги, я выбил из него дыхание, и тот упал на землю, хватаясь за живот.
Я медленно подошёл к лежащему на земле принцу и наклонился, хватая его за волосы. Гордыня и гнев внезапно сменились в нём на осознание своей глупости, но уже было поздно. Он лишь успел жалобно проблеять:
— Не надо.
Но я ответил:
— Надо, Федя. Надо.
Точный удар кулаком в голову покончил со взбалмошным дроу, и я посмотрел в глаза Вирго.
Я ожидал хотя бы реакции, как у Сунеры. Но матриарх Кунас, напротив, взяла себя в руки и спокойным голосом спросила:
— Надеюсь, теперь ты доволен, и мы сможем поговорить?
— Поговорить? О чём же? — поднял брови я. — О твоих манипуляциях и обмане⁈ О том, как ты меня использовала⁈
— Ну а чего ты хотел⁈ — возмутилась Вирго. — Чтобы я, матриарх сильнейшего дома всей расы дроу, тебя уговаривала⁈
— Справедливо, — согласился я. — Вот только ты допустила одну фатальную ошибку, Вирго. — Последнюю фразу я практически прорычал. — Ты убила моих друзей!
Матриарх подняла руки в примирительном жесте:
— Хорошо. Я согласна. Это было моей ошибкой. Но я могу возместить ущерб. Чего ты хочешь? Артефакты? В моей сокровищнице ты сможешь взять что угодно? Также как и эссенцию. Я могу улучшить твоё тело настолько, что ты сможешь стать непобедимым! Ты станешь избранным чемпионом дома! Занять высшее место в иерархии после меня! Либо же… рядом со мной.
От последней её фразы меня чуть не вывернуло, так как я знал природу этой (или, правильнее сказать, «этого»?) дроу. Нет уж, спасибо. Мне и поцелуя на всю жизнь хватило.
Тем временем видя, что предложенные мне плюшки эффекта не имеют, Вирго решила выложить козыри:
— Либо же ты хочешь, чтобы я вернула тебе твой клан? Проклятые, да?
Матриах аж заулыбалась, когда поняла, что смогла меня зацепить. И она тут же попыталась развить успех:
— Я знаю, где они находятся. Помоги мне захватить власть в городе, и я клянусь, твоих людей освободят и доставят сюда в целости!
Вирго лила мёд мне в уши, но я всегда умел извлекать жизненные уроки. Поэтому, покачав головой, я ответил:
— У тебя был шанс, Вирго. Теперь уже поздно.
В тот момент я думал о том, что возможно буду жалеть о принятом решении. Что рациональнее было бы принять предложение матриарха, гарантирующее, что Проклятых найдут в кратчайшие сроки. Но последние дни я только и делал, что поступал рационально. Подчинялся, шёл на поводу, был послушной собачонкой. И к чему это привело? Я всё это делал ради друзей, но теперь те, ради кого я старался, всё равно были мертвы. Так что с меня хватит!
Ударом с разворота я врезал [Бойню] в металлический сосуд, доставшийся мне от Венатур. Давление в нём было настолько высокое, что от хлопка у меня аж заложило уши, а сосуд разорвало на две части.
Вирго только и успела, что вскрикнуть: «Нет!» А все окружающие нас дроу застыли. Даже андермахи.
Повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь звуками сражений где-то на отдалении. Со стороны казалось, что сосуд Венатур был абсолютно пустым. Не было ни густого тумана, ни зелёного дыма как раньше, ни магических всполохов. Лишь мелкая пыль поднялась вверх, рассеиваясь по всей округе. Поэтому вскоре дроу заметно расслабились, и один из андермахов магического класса даже усмехнулся:
— И это всё⁈
И действительно. В мире, где мощный взрыв можно вызвать щелчком пальцев, хлопок сосуда не казался чем-то опасным. Но я не спешил с
