уже приходилось убивать множество существ, но человека – ни разу. До сих пор она не решалась взвалить на себя груз вины за смерть другого человека. Но теперь, решив идти до конца, она не могла избежать предстоящего ей дела. Не то чтобы благородные причины как-либо оправдывали убийство для Ёко – она всё равно наверняка постоянно будет помнить лица людей, чьи жизни забрала. Но тяжесть вины не отменяла неизбежности подобных жертв на войне.
– Ты уверена, что готова? – спросил её король Эн. Ёко кивнула в ответ. – Будь осторожнее. Будет настоящей трагедией потерять королеву Кэй сразу же после того, как она наконец решилась стать королевой.
– Меня трудно убить, знаешь ли. Я не слишком-то хорошо умею смиряться с поражением и отступать.
Услышав слова Ёко, правитель Эн озадаченно нахмурился, но спустя пару мгновений улыбнулся ей. Ёко извлекла меч из ножен и направила своего скакуна в сторону вражеской кавалерии. Кицурё галопом помчался по воздуху. Два войска столкнулись, постепенно взмывая всё выше и выше в небо над дворцом.
Глава 66
– Кирин… Кэйки!
Его стройные ноги, напоминавшие ноги оленя, были закованы в кандалы. Кэйки молча смотрел на Ёко большими грустными глазами. Когда она подошла поближе, он вытянул голову и осторожно ткнулся носом в её руку.
– Кэйки… – заворожённо пробормотала Ёко. Услышав её голос, Кирин поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза. Затем он подогнул передние ноги под себя и склонился перед ней в поклоне. Когда Ёко сама опустилась на колени и протянула к нему руку, он не отпрянул. Ёко осторожно погладила Кирина по холке, от чего тот закрыл глаза.
«Моя вторая половинка», – подумала Ёко. Сказочный зверь, изменивший её судьбу.
– Я искала тебя, – произнесла Ёко. В ответ Кирин пододвинулся поближе к ней и несколько раз ткнулся носом ей в колени, словно кланяясь. Ёко снова погладила его, но затем её внимание привлёк звон цепей под его ногами.
– Подожди-ка. Я сниму с тебя эти штуки.
Ёко поднялась на ноги и прицелилась остриём меча в его оковы. Парой резких ударов она перерубила заклёпки, державшие кандалы на ногах Кэйки. Кирин с лёгкостью вскочил на ноги, продолжая при этом держать голову опущенной и протягивая свой рог в сторону Ёко.
– В чём дело? – спросила Ёко. Присмотревшись повнимательнее, она увидела у основания рога какие-то узоры и символы, написанные чем-то красно-коричневым, очень напоминавшим засохшую кровь.
– Что это? Откуда оно взялось? – поинтересовалась она.
Вместо ответа Кэйки потёрся рогом об её руку. Его поведение выглядело… странным. Ракусюн был хандзю, но он мог разговаривать в звериной форме. Даже сирэй Кэйки – звери – умели говорить. Разве Кирин, священное существо, не должен уметь разговаривать в звериной форме?
Задумавшись об этом, Ёко вспомнила, что в том видении Корин упомянула что-то вроде «с запечатанным рогом он не сможет говорить и превращаться в человека». Когда Ёко попыталась стереть символы рукой, Кэйки тут же заметно успокоился. Она усиленно тёрла сперва рукой, а затем рукавом, но тщетно – символы оставались на месте. Наклонившись поближе и внимательнее рассмотрев их, Ёко увидела, что они словно вырезаны на поверхности рога.
Если это считалось ранением, то у неё было кое-что, что могло исправить положение. Ёко достала из кармана лечащий самоцвет, перевязанный тесьмой. Осторожно приложив его к рогу, она заметила, что символы начали блёкнуть. Она продолжила водить камнем вокруг рога до тех пор, пока символы не стали едва различимы. Внезапно она услышала голос. Голос, который она не слышала уже очень давно.
– Спасибо.
– Кэйки? – удивлённо воскликнула Ёко.
– Да, – слегка прищурившись, ответил Кирин. – Я сожалею обо всех невзгодах, которые вам пришлось пережить по моей вине.
Ёко невольно улыбнулась. Оказывается, она даже немного скучала по этому холодному и собранному голосу.
– Вы одна? – спросил Кэйки.
– Король Эн пришёл вместе со мной. Королевская Армия Эн сейчас сдерживает войска лжекоролевы.
– Понятно, – кивнул он, после чего громко позвал: – Хёки! Дзюсаку!
Из стен темницы вынырнули двое ёма.
– Мы здесь. Приказывайте.
– Отправляйтесь наружу и помогите правителю Эн.
Сирэй низко поклонились и устремились к выходу из темницы.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спросила Ёко.
– Конечно, – кивнул в ответ Кэйки. Его невозмутимый тон немного позабавил Ёко.
– Значит, когда твой рог запечатали, ты не мог вызвать сирэй?
– А вы многое узнали, – задумчиво протянул Кэйки. – Да, всё верно. Простите, если это создало вам дополнительные проблемы.
– На Дзёю это не повлияло, так что всё в порядке. А что с Кайко и Ханкё?
– Они со мной. Мне позвать их?
– Нет, не нужно. Главное, что с ними всё в порядке. Но я была бы не против поговорить с ними позже.
– Это можно устроить.
– А, кстати, если подумать – мне нужно, чтобы ты кое-что сделал, – неожиданно вспомнила Ёко.
– Что именно? – озадаченно склонив голову, спросил Кэйки.
– Мне нужно, чтобы ты отменил приказ молчания Дзёю. Но не извлекай его из меня – он ещё понадобится мне.
Кэйки окинул Ёко задумчивым взглядом.
– А вы и правда стали другим человеком.
– Есть такое. Я хотела поблагодарить тебя и Дзёю – вы оба позаботились обо мне. А, кстати, скажи мне ещё кое-что.
– Что такое?
– Как пишется его имя?
– Неожиданный вопрос.
– Ага. Но меня давно это интересовало, так что…
Не успела Ёко договорить, как по её руке прошёлся знакомый холодок. Рука поднялась, словно бы по собственной воле, и её указательный палец нарисовал в воздухе иероглифы: «бесполезный» и «помощник».
Ёко улыбнулась.
– Спасибо тебе, Дзёю, мой Бесполезный Помощник.
«Сирэй служат Кирину, а значит, и королю. Вам нет нужды благодарить меня», – прозвучало у неё в голове. Услышав это, Ёко рассмеялась. Кэйки внимательно разглядывал её.
– Вы так сильно изменились…
– Да уж, это был тот ещё опыт.
– Если честно, я и поверить не мог, что увижу вас снова.
– Я тоже. Слушай, а ты можешь превратиться в человека?
– Да, но я не хочу представать перед вами голым! – запротестовал Кэйки. Услышав возмущение в его голосе, Ёко не смогла сдержать улыбки.
– Ну, тогда я пойду, найду тебе какую-нибудь одежду. Нам пора возвращаться. Но перед тем как мы вернёмся во дворец Кимпа, нам нужно будет заскочить во дворец Гэнэй.
Ёко уже собиралась уходить, как вдруг Кэйки вновь припал к её ногам. Каждое его движение буквально излучало благородство и изящество.
– Примите Волю Небес, моя королева. Я клянусь никогда не оставлять места у вашего трона. Я заверяю
