Обратной дороги после первого выстрела не будет.
— Нет, Виктор. Я вообще ни о чём не жалею. То, что они устроили — это беспредел, выходящий за все рамки. Взяли одного свидетеля, похитили девчонку-студентку, приплели туда боевую химеру и теперь ещё смеют мне угрожать… Я такого в своём городе не потерплю.
Я хмыкнул, глядя в тонированное окно, за которым колонной шли ещё шесть таких же тяжеловозов, набитых вооружёнными до зубов бойцами.
— Слушай, а с каких это пор у тебя такая интересная армия появилась? Раньше ты как-то скромнее свои силы оценивала.
— С тех самых пор, как поняла, что иметь с тобой партнёрские отношения не только крайне прибыльно, но ещё и смертельно опасно. Приходится соответствовать.
— Ну… справедливо, — кивнул я. — А у нас вообще есть план?
— Сейчас будет, — она кивнула в сторону водителя. — Макар его разрабатывает на ходу, мы разделим группы по секторам, перекроем пути отхода…
— У меня есть идея получше. Полный вперёд. Пробивайте ворота.
С переднего сиденья обернулся Макар. Вид у молодого начальника гвардии Новиковых был не такой уверенный.
— Госпожа, лобовой таран укреплённых ворот поместья — это далеко не самая лучшая идея. Мы подставимся под удар.
Но Агнесса даже не посмотрела в его сторону.
— Выполняйте.
Макар спорить не рискнул, рявкнул что-то в рацию, и наш броневик резко набрал скорость, вдавливая меня в спинку сиденья.
Мы вылетели на финишную прямую. Впереди замаячили массивные кованые ворота поместья Лазаревых. Двигатели заревели на пределе возможностей, и усиленный бампер с грохотом врезался в металл. Створки вырвало с петлями, они разлетелись в стороны, и наша колонна ворвалась на территорию.
Внутри мгновенно закипело. Вспышки выстрелов осветили ухоженные газоны, по обшивке машины забарабанили пули. Гвардия Лазаревых явно не спала и встретила нас плотным огнём.
Я спокойно потянулся к ручке, приоткрыл бронированную дверь ровно настолько, чтобы образовалась щель, и в салон ворвался визг рикошетов. Опустил взгляд на пол, где мирно сидел Псих.
— Так, я не понял… — сказал я, легонько пихнув пса носком ботинка, — а тебе что, особое приглашение нужно?
До Психа мгновенно дошёл смысл моего тонкого намёка. Он радостно гавкнул, протиснулся в щель и молнией вылетел наружу. Спустя секунду снаружи раздался первый сдавленный вопль — кому-то из защитников поместья очень сильно не повезло.
Я подхватил с сиденья спортивную сумку, которую прихватил с собой из клиники, и выкинул её прямо на газон.
— А это зачем? — не поняла Агнесса, провожая сумку взглядом.
— А неважно, — отмахнулся я. — О, смотри, что там такое светится?
Я указал пальцем куда-то в сторону декоративного фонтана. Агнесса рефлекторно повернула голову. В это время молния на выброшенной сумке разъехалась, и оттуда чёрным ручейком брызнули мои хомяки-диверсанты, мгновенно растворяясь в высокой траве.
— Там ничего нет, — нахмурилась графиня, поворачиваясь обратно.
— Значит показалось, бывает.
Гвардия Новиковых начала десантироваться. Бойцы выпрыгивали из машин, прикрываясь щитами, и занимали позиции. Завязалась плотная войнушка. Лазаревы огрызались магией, летели какие-то кислотные сгустки, трава на газонах горела от огненных шаров.
Я выбрался из машины и пошёл прямо по дорожке. Один из местных защитников, выскочив из-за фонтана, выпустил в мою сторону град каменных шипов. Я выставил барьер, сотканный из моей энергии, и шипы рассыпались в пыль.
Сбоку на меня бросился здоровый мужик с виброклинком. Я чуть довернул корпус, пропуская лезвие мимо. Моя правая рука мгновенно трансформировалась, кости предплечья вытянулись, пробивая кожу и образуя плотное костяное лезвие. Короткий шаг вперёд, и я просто вогнал это лезвие человеку под рёбра. Он захрипел, оседая на траву. Моя рука приобрела прежний вид.
— Не люблю убивать, — сказал я, перешагивая через тело. — Но и себя убить не позволю.
Ситуация с Лазаревыми вообще оказалась на редкость паршивой. Когда мы начали поднимать по ним базы данных и раскапывать информацию, всплыло столько грязи, что даже у Донского глаз задёргался. Эти ребята оказались полными беспредельщиками.
Оказалось, они сами спровоцировали конфликт. Тот ублюдок, племянник фактического главы рода, докопался до девчонки-студентки на улице. Та якобы защищалась, зацепила его каким-то защитным артефактом. Он запрыгнул в машину, а там его уже ждала моя обезьяна, которая провела с ним воспитательную беседу.
И вместо того чтобы замять свой косяк, Лазаревы подключили административный ресурс. Сфабриковали дело, обвинили студентку в покушении на главу рода, подтянули туда какие-то жуткие статьи об измене Империи. Планировали посадить в темницу пожизненно всю её семью. Подкупили полицейских и липовых свидетелей. Мгновенно нарисовали фейковые экспертизы… И эта схема могла бы прокатить, если бы бумаги легли на стол обычному клерку.
Но они не учли, что Агнесса сейчас на очень хорошем счету в Императорской Канцелярии. Она связалась со своим куратором. Донской тоже впрягся, воспользовавшись тем, что в деле фигурировала химера, а у его отдела были максимальные уровни допуска. Всю эту коррупционную цепочку сейчас активно паковали в автозаки по всему городу.
А мы приехали разбираться с первоисточником проблем.
Бой сместился к главному входу. Я обошёл фонтан, когда Агнесса вдруг указала рукой на крышу особняка.
— Смотри!
С плоской крыши с гудением поднимался гладкий серебристый аппарат — флаер. Штука в этих краях крайне редкая и безумно дорогая. На нём, судя по всему, решил свалить глава рода, поняв, что оборона смята.
— Не собьём, — процедила Агнесса, глядя, как машина набирает высоту. — Оружия такого калибра у нас с собой нет.
— Не переживай, собьём.
Сосредоточился, собирая эфир в плотный комок, и резко выпустил его широким куполом вверх. Энергия, пропитанная определёнными гормональными маркерами, разошлась по воздуху.
Примерно через минуту небо над особняком потемнело. Со всех сторон — из леса и с крыш соседних заброшенных строений, к флаеру начали слетаться дикие летающие химеры: гарпии и мутировавшие вороны… Они быстро облепили серебристый корпус сплошным ковром.
— Даже не хочу спрашивать или знать, как ты это сделал, — Агнесса сглотнула, глядя на этот рой. — Но эти птицы не пробьют броню флаера. Он у него какой-то навороченный. Там явно композиты…
— А зачем им пробивать? — хмыкнул я. — Их задача просто находиться рядом.
В следующую секунду над городом завыла система противовоздушной обороны. Автоматические зенитные комплексы, настроенные на уничтожение крупных скоплений химер в воздушном пространстве столицы, засекли цель.
Небо расчертили яркие линии трассеров. Плотный заградительный огонь ударил прямо в рой птиц, а заодно и в флаер, который оказался
