я.
— Ну, рассказывай, — сказал я.
Глав поставил кружку.
— По рынку слухи ходят.
— Какие.
— Что ты колдун. Душу нечистому продал, взамен на блага мирские. И что ты Марию Борисовну околдовал, вот и возвысился так быстро.
Я переглянулся с Лёвой, и тот сильно нахмурился. Все мы понимали, какие проблемы из-за подобных слухов могут быть.
— Это очень нехорошо, — сказал я.
— Вот именно, — сказал Глав.
Я встал, подошёл к кувшину с квасом. Налил себе и, сделав глоток, скривился. Видимо не настоялся, потому как был очень кислым.
— Откуда слухи удалось узнать? — спросил я.
— Нет.
— А хотя бы примерно?
Глав посмотрел на меня.
— Дмитрий, ты здесь один день, и я здесь один день. Я успел поговорить с несколькими людьми у ворот, да на торге. Кто именно за один день не узнаешь.
— Наверняка бояре воду мутят, — вслух произнёс я свои мысли.
— Ну, а кто ещё, — тут же сказал Глав. — Ты им как бельмо в глазу. Они старше, родовитее, при дворе давно.
— Глав, так ты что-то слышал или нет?
— Дмитрий, то, что ты не пользуешься любовью среди знати, и так понятно. И я бы обязательно перешёл к этой теме. Но установить связь между боярством и слухами в колдовстве я пока не смог.
— И что ещё обо мне говорят в народе?
Он тяжело вздохнул.
— Тебе с хороших слухов или с плохих? — как-то странно усмехнулся Глав.
— Давай с плохих, — ответил я.
— Ну, вот и славно. Потому как хороших я почти не слышал, — сказал Глав, и я аж поперхнулся, услышав эти слова. И посмотрел на лыбящегося друга. — Ну, а что ты так на меня смотришь? Поверь, если бы я не знал тебя лично, тоже подумал, что нечистый с тобой за ручку здоровается.
— Глав, а ты часом не охренел мне такие слова говорить?
— Может, и охренел, — ответил спокойным тоном Глав. — Но ты сам погляди, что получается. Жил Митрий, никто его не знал, а потом вдруг боярского сына из рода Ряполовских спас. А потом этот самый Ряполовский, — он сделал глоток квасу, — убил Великого князя Ивана Васильевича. И тут люди с чьей-то подачи стали судачить будто ты тогда в Глеба нечистый дух вселил. Чтобы в нужный момент тот убил князя.
— ЭТО ГОВОРЯТ НА УЛИЦАХ? — возмутился я.
— Да, — ответил я.
— Ох-ох-ох… что ж я маленьких не сдох, — пребывая в шоке, сказал я.
— Что ещё? — спросил тем временем Лёва.
— Ну-у, из самого очевидного, что умения твои не от Бога, а от нечистого. Про Великую княгиню я уже говорил. — Он сделал паузу. — Ну, по большому счёту, всё.
— Кровь младенцев, по слухам, я ещё пить не стал? — съязвил я.
— Нет, — на полном серьёзе ответил мне Глав. — Однако, если так продолжится, могут поползти и такие слухи.
Я помолчал. Сказать, что я был в бешенстве, ничего не сказать.
Конечно, то, что бояре мне будут гадить, было вполне ожидаемо.
— И что мне делать? — спросил я у друзей.
Лёва и Глав переглянулись.
— Не знаю, — честно сказал Лёва.
— Я тоже, — добавил Глав.
— Полезные советники, — проворчал я.
Лёва пожал плечами.
— Ты обычно сам всё придумываешь.
Я задумался, хотя правильнее будет сказать, ушёл в себя.
Если кто-то распускает слухи о колдовстве, значит, им нужно, чтобы Мария Борисовна усомнилась в том, кому она доверяет. Слухи такого рода — это не шутки. Особенно здесь, особенно сейчас, когда у власти регентша с малолетним сыном, и половина думы смотрит на неё и ищет за что зацепиться. Если даже часть бояр начнёт шептать друг другу, что воевода Строганов завёл какие-то дела тёмные, это потянет за собой всё остальное.
Значит, надо перебить слух раньше, чем он укоренится.
Кто мне может в этом помочь? Точно не Мария Борисовна… Ведь если она станет публично защищать меня от слухов о колдовстве, это будет выглядеть будто она это делает под действием колдовства.
— «Сука… как же не вовремя. Ещё и остров этот проклятый… Капища, водяной… я-то думал, что смогу использовать эти слухи себе на пользу, а теперь что? Так! Надо узнать, кто Марии Борисовне предложил этот остров отдать мне под строительство мастерских! СТОП, это всё потом. Вначале, надо избавиться от слухов или хотя бы сделать их не такими… правдивыми? Боже, какой же тёмный здесь народ!»
Нужен кто-то, чьё слово здесь весит больше любых боярских пересудов.
В этот момент мой взгляд встретился с Лёвиным. И друг словно прочёл мои мысли.
— Может, обратиться к митрополиту? — спросил он.
— Именно.
Глав приподнял голову.
— Ты думаешь он поможет?
— Причин отказывать мне у него нет, — сказал я. — И, если кто-то может заткнуть рты лживым людям, так это именно церковь.
— А если не станет? — спросил Глав.
— Ты что-то знаешь? — спросил я.
— Слухи по Москве ходят дольше месяца. И никто на воскресных проповедях не вступился за тебя. Это навевает на плохие мысли.
— Вот оно как… — задумчиво произнёс я. Немного подумав, я сказал. — Значит, слушайте меня внимательно. Завтра, Глав, ты берёшь с собой двадцать дружинников, и те расходятся по тавернам. Перед этим я выделю им денег, чтобы они могли угостить людей хмельным. Твоя задача объяснить дружинникам, какие вопросы задавать, чтобы понять откуда ноги растут. Понял?
— Понял, — ответил Глав.
— Отлично. — После этого я посмотрел на Лёву. — Завтра утром ты и я отправляемся в Кремль. Вначале говорим с Марией Борисовной, потом идём к митрополиту.
— Я с тобой пойду?
— Да, — ответил я, и добавил. — Богдана тоже с собой возьмём. Пусть в Кремле привыкают видеть ваши лица.
— Зачем?
— Затем, что расти вам надо, обрастать нужными знакомствами. Они могут пригодиться как вам, так и мне.
— Ладно, я понял, — произнёс Лёва и тут же вспомнил. — Так завтра же к нам с утра строители придут.
— Значит, перенесём на потом. Уж лучше на день позже въехать в свой дом, нежели голову сложить из-за чьих-то наветов.
Глав кивнул, встал, взял кружку.
— Тогда
