Попал – не пропал. Книга 5 - Ринат Камильевич Назипов

в принципе, всего я и не перечислю, потому как передавал советским учёным очень многое из простейших технологий Содружества, что-то уже освоили и начали производство, к чему-то только ещё подбираются, а за что-то даже и не брались, понимая, что ещё не достигли необходимого уровня развития. Но, думаю, что это не на долго, лет десять-двадцать и всё освоят и внедрят. До уровня Содружества, будет, конечно, ещё очень далеко, но Солнечную Систему освоят, тем более, что уже и на Луне, и на Марсе постоянные исследовательские станции, а, точнее, целые городки под куполом уже есть и трудится в них несколько тысяч человек. Единственное, чего я никогда не делал, даже если просили, так это ничего не советовал, просто считаю себя не вправе. Даже своё мнение, по тем или иным вопросам, особенно касаемых политики, ни когда не высказывал, хотя многое мне и не нравилось, особенно в пятидесятые.

Да, когда Сталин узнал о моих ученицах, то по всей стране прокатилась волна поиска магически одарённых людей. К сожалению, поиски ничего не дали. Или это мне так повезло, сразу наткнуться на земных магов, или же они просто очень хорошо скрываются и не спешат демонстрировать свой Дар.

В общем, всё что можно, я этому Миру дал, всё что можно, с него получил, в том числе и Базы Знаний практически по всем земным наукам, ремёслам и умениям, который ежегодно обновляю, да и не только Базы Знаний и так информации накачал самой разной, в том числе и всевозможные чертежи и прочую документацию, ну и развлекуху разную. Нет, изучать я их не стал, просто не вижу необходимости, но в хранилище прибрал, мало-ли, вдруг понадобятся, а даже имеющиеся у меня полторы тысячи кристаллов с этими Базами и информацией, много места не занимают. Так что, можно считать, что моя миссия в Мире Земля-2 подошла к концу, да и скучновато что-то стало в последнее время, тем более что три года назад я остался один — жена, с которой мы прожили почти сорок лет скончалась. Я, конечно, мог её вылечить и омолодить, но… она отказалась. Честно, не знаю почему, догадки, конечно, есть, но… Я, после этого, прошёл через процедуру омоложения, заодно, наконец-то, вернув себе свой настоящий облик и просто исчез для всех многочисленных наблюдателей, что, до этого, буквально, ходили за мной по пятам, а с недавнего времени начал замечать, что я… мешаю, что-ли. Вот и получается, что все мои дела в этом Мире закончены и я стал в нём лишний, а с другой стороны, прожитые здесь годы ведь не вычеркнешь из жизни и вот так вот просто взять и уйти, как-то не получается.

Ладно, оставив в проходе к Портальному Залу портальный маячок, переместился в свою квартиру. Да, мой дом в Успенке, впрочем, как и в Ростове, уже давно не мои. Теперь я живу в Симферополе, в трёхкомнатной благоустроенной квартире, на пятом этаже двенадцатиэтажного дома. Я только и успел, что включить чайник, как затрещал дверной звонок. Пришлось идти открывать, гадая — кто бы это мог быть, а смотреть по ауре было просто неинтересно и лень.

— Привет. Теряешь хватку, Руслан. — передо мной стоял генерал-полковник Воронов, собственной персоной.

— Какими судьбами, Николаич? Ладно, заходи, нечего на пороге стоять. И с чего это я теряю хватку?

— Ну, раньше ты по всему Миру гонял и никто тебя засечь не мог, а теперь вон как лопухнулся, что здесь, что в Аркаиме.

— Ну так, раньше и такого количества камер на улицах не было, да их вообще не было, а теперь на каждом столбе висят, да и не по одной. Давно вы меня тут вычислили?

— Пару месяцев назад. Ты же тогда просто исчез, вот мы и засуетились. То, что искать тебя по старым изображениям смысла нет, поняли только с полгода назад. Пришлось поднимать архивы, помнишь, тогда, после экзамена в МГУ тебя у нас сфотографировали, вот загрузили то старое изображение и уже по нему искали, хотя, скажу откровенно, шансы расценивали как минимальные. А тут, вдруг, пару месяцев назад — звоночек, совпадение почти стопроцентное, ну и так вышли на тебя и эту квартиру, установили скрытое наблюдение, чтобы убедиться, что это ты. А три часа назад новый сигнал, мелькнул ты на одной из камер в Музее, а наблюдение говорит, что ты квартиру не покидал. Пока в Аркаиме камеры перенастраивали, ты уже и оттуда исчез. Хорошо, что я уже тут был, вот и решил заглянуть по старой памяти.

— Ясно. Обложили значит. И что вам от меня нужно?

— Ну, под наблюдением ты потому, что до сих пор остаёшься неизвестным фактором. Ты вот на постоянное наблюдение обижаешься, а ты знаешь, что мои люди почти три десятка покушений на тебя предотвратили? Даже на товарища Сталина и то меньше было.

— Ну, предотвратили и молодцы, так работа у вас такая. А что дальше-то?

— Дальше? Что ты там, в Аркаиме, нашёл-то?

— А вот это уже вас не касается, извини, Николаич.

— Ага, значит что-то из этих твоих магических штучек. Уходить собрался? — неожиданно спросил Воронов.

— Нет… да… не знаю я, Николаичь, не знаю!

— Не знаешь? Уходи, Руслан. Если можешь, то уходи. В Министерстве что-то зашевелились по твоему поводу, как бы брать не пришли, а ты ведь не сдашься, значит будет бойня. А оно нам надо? Ты, на сегодняшний день, так и остаёшься главной тайной Союза, они там, в кабинетах, о тебе толком ничего не знают, поэтому могут столько дров наломать, что потом хрен расхлебаешь. Так что, уходи. Это я тебе не как генерал МГБ говорю, а как, надеюсь, твой друг.

— Чем же это я не угодил твоим начальникам?

— Они считают, что пришло время потрясти тебя как следует, да под химией. Считают, что слишком многое ты скрываешь. Да и мой пример, как и Иосифа Виссарионовича, ведь перед глазами, ты думаешь, что в Политбюро, в Совмине и в ЦК никто не хочет в сто с лишним лет выглядеть на тридцать?

— Ну… правильно считают, в принципе. А ты, значит, пришёл…?

— Задержать тебя, не дать исчезнуть.

— Ясно. Спасибо тебе, Николаич, что помог определиться и… прощай. Помни, я не держу на тебя зла. — последние слова я говорил уже перешагивая через зеркало портала.

— Стой! — рванулся ко мне Воронов, но было поздно.