Посмотрев на часы, я решил, если завтра получится, то выдвинуться сюда вновь и обыскать дома охотников. Лишним боезопас точно не будет, его всегда можно обменять.
На заправочной станции все прошло опять гладко. Несмотря на мои опасения. Винт завел генератор, после чего заправились под пробку, набрали канистры бензина и солярки, перетаскали масло и тосол. В результате вонь нефтепродуктами в кабине «Мародера» была настолько густой, что вряд ли даже самый отчаянный товарищ рискнул бы закурить. Я же даже представил картину, если по нам сейчас кто-то начнет стрелять из той же TRK‐10. Братская могила однозначная. Прожарились бы все.
Путь домой всегда короче. Поэтому минут через двадцать мы подъезжали к стальным воротам форпоста.
Настало время подводить итоги. Они в принципе оказались лучше, чем я рассчитывал. Многое прошло удачно, взяли кучу трофеев, добыли предметы первой необходимости, но главное, удалось посмотреть на своих людей в боевой обстановке. И это здорово. Теперь уже завтра примерно представлял, что и от кого мне ожидать. Конечно, жаль, что совсем глупая попалась девка-наркоманка, самое слабое звено, которое могло бы всех, включая меня, под молотки подставить. И лучше пусть она одна, чем все мы. Сегодня отряд пролил первую кровь, свою и чужую, но, учитывая жизнь в Стиксе, это всего лишь капля в море. То ли еще будет.
Глава 17
Зарубка на приклад
Опять выступал головным дозором. «Мародер» уверенно, взрыкивая мощным двигателем, пер по пыльному, размякшему под лучами светила Стикса асфальту, держась впереди на расстоянии ста – ста пятидесяти метров от колонны, возглавляемой БТР‐80, смотревшимся детской игрушкой на фоне пары «Мастодонтов» позади. За ними следовали два американских седельных тягача «Форда» с длинными фурами, в хвост им пристроилась самоделка на базе «Татры» восемь на восемь.
Выглядела она внушительно, даже как-то не по моде Улья, где часто машины напоминали киноленту «Безумный Макс» в чистом виде. Функциональность большинства технологических решений на уровне придурков на шестах. Какие-то шипы, между которыми спокойно могла протиснуться и элита, броня чуть ли не из консервных банок. Ее не только брал обычный автоматный патрон, но и для зараженных выше бегуна жесть не являлась особой преградой, служа некоторой перчинкой, когда, чтобы добраться до вкусных людишек, требовалось чуть попотеть, нагуливая аппетит. Здесь же даже не забыли об аэродинамике, на корпусе мощные заклепки на бронелистах, они внушали ощущение надежности только своим видом. Мощный отвал впереди, на крыше боевой модуль с КПВТ, спаренный с ПКТ. Замыкающей выступала еще одна бронированная машина от десяточников. А тыловым дозором пустили «Тигра» с «Утесом» на турели.
Над нами постоянно держалась пара небольших дронов, управляемых непосредственно из «Мастодонтов». Пролетели вперед и две боевые тройки, которые базировались в форпосте.
Впрочем, кажущаяся мощь не вселяла мне уверенности в благополучности исхода предприятия.
Мои люди, сосредоточенные и серьезные, сегодня походили на боевой отряд. Все в «горках» и военных ботинках, очень похожих на американские «коркораны» цвета оливы. Наколенники и налокотники, легкие бронежилеты, новенькие арамидные шлемы, эрпээски, тактические очки и штурмовые перчатки. Винт, Милли и Анна получили по «AK-R», к которым я докупил патронов и магазинов, чтобы на каждый ствол приходилось по двадцать, не считая примкнутого к автомату. Десять у каждого с собой, остальные в машине. Местный оружейник установил на каждый подствольник ГП‐30, в подсумках по десять ВОГ‐25. Конечно, цветочнице это все было выдавать рано, учитывая всего лишь часовой инструктаж, а затем стрельбы, где она показала себя для первого раза пусть и отлично, но отсутствие какого-либо опыта также сказывалось. Вооружил ее единообразно на случай, если будет совсем туго, так хоть сработает подносчиком гранат и патронов той же Анне, которая на диво ловко управлялась с оружием. Вольф попросил TRK‐10, винтовка была отлично ему знакома, и получил желаемое вместе с двадцатью магазинами. Больше не нашлось даже в продаже. Мария так и осталась пока с «ПКМом», я в очередной раз только удивился, как легко она обращалась с пулеметом, практически не чувствуя веса.
Вот же лошадь ломовая!
Каждого бойца оснастил шестью гранатами, по три «РГД‐5» и «Ф‐1». Докупил еще четыре «Аглени». С ними умели обращаться, в чем ни капли не сомневался, валькирия, сразу же схватившая одну трубу, с сияющими глазами, как будто куклу под елкой нашла, ее она ждала от Дедушки Мороза весь год, Анна и Вольф – реакция обоих мне понравилась, деловитая, какая-то основательная. «РПГ‐7» тоже лежал в автомобиле со всеми имевшимися у меня к нему зарядами.
Еще каждый имел по пистолету «Глок», кроме бывшей подопечной Хельги, так и оставшейся с «береттой», нормальному боевому ножу и клевцу. Не той жалкой ржавой поделке, а нормальной доработке. Рации ресов выдал всем, кроме Милли, ей просто не хватило. В костюме MSE, который удалось местному спецу восстановить из двух, имелась встроенная. К слову сказать, сама работа по восстановлению у него не заняла и двух часов, остальное время было потрачено на перепрошивку «мозгов», снятию закладок, как с брони, так и с трофейного оружия и раций.
Сам я был вооружен «DRK‐10», к нему десять магазинов в подсумках, пять снаряженных в мародерке и двадцать в машине. К подствольнику сорок гранат, как сказала Герда, мелкую элиту они останавливали на раз. Еще десять обычных земных – «РГД» и эфки. «РПГ‐26» рядом, но он разместится за плечами. Десять мин «МОН‐60», два ящика «Ф‐1» с запалами.
Влетели мне «подарки» в копеечку… Почти сорок пять тысяч рублей ушло, то есть все мои накопления, пришлось продавать имеющийся жемчуг. Львиная доля оказалась в кармане спеца по ресовскому барахлу, за ремонт, снятие закладок, перепрошивку и другую специфику.
Снял и ангар на четыреста квадратов, плюнув, заплатил за все крыло, где мы разместились. Пока еще ничего не успел распланировать. Забегался до глубокой ночи. Успел пообедать со своими бойцами, каждому выдал по двести рублей и добавил столько же сектанту – премия. Здесь же и раздал карты на пропитание от Княжества, заставившие их скривиться, а Марию гулко гыгыгнуть. Своих людей я никак не ограничил в перемещениях. Лишь отозвав в сторону валькирию, сообщил ей:
– Любой залет или косяк – я тебя лично пальцем не задену, но сразу все переводятся на режим, как у остальных командиров, то есть выезд только с клевцами, в туалет по часам, остальное время, кроме рейдов – комната без удобств и развлечений. Сообщу им, почему так. И через три дня разрешу остальным сделать с тобой все, что они захотят. Пусть хоть на ремни режут.
Та, видимо, представила, что с ней будет, слегка сбледнула с лица. Кивнула.
Затем прошли ментата, сдал потроха, а потом по рации связался со строителями и привлек их к разгрузке транспорта. Заплатил и за сборку, и установку мебели, как в комнате девушек, так и в мужской. Оставив разбираться с имуществом подопечных, отправился к Фоксу, после посещения которого стал беднее на тысячу. Зато арендатором больших площадей.
Моя возросшая паранойя, как я и предполагал, оказалась умением Стикса – «злой» или «дурной взгляд». Как пояснил знахарь, этот Дар позволял чувствовать, когда в отношении тебя испытывают сильные негативные эмоции, а именно, злость, ненависть, зависть и подобные им. Если человек равнодушен, когда даже целится в тебя и готов нажать на спусковой крючок, то это не вызовет отклика умения. Дальнейшее его развитие – возможность включать и выключать по своему желанию, а также точно фиксировать направление угрозы.
Такой возможности не имелось, поэтому даже в безопасных местах чувство тревоги будет проявляться при наличии рядом разных… хотел сказать «лярв», но пусть будет «мухоморов», которым я так или иначе перешел дорогу. В результате целая куча новых впечатлений от прорезавшегося умения гарантирована.
