вас! — отмахнулся Ричард с большей беспечностью, чем испытывал на самом деле. Он начал понимать, куда клонит приятель. — Его магнетические возможности превосходили все, что я видел доселе. Я ведь и сам поддался его чарам. А вот нашей милой спутнице вы отдали револьвер совершенно напрасно. А если бы она выстрелила?
— Исключено. Я проверил револьвер — он не был заряжен. Зато мисс Лидгейт быстро пришла в себя и перестала нас бояться.
— Вот это да! — Ричард рассмеялся. — Ловко это у вас вышло.
В это время на углу они заметили экипаж. Ричард быстро условился с возницей о цене, и джентльмены устроились внутри, чтобы продолжить путь в комфорте. В кебе Стил вернулся к прерванному разговору:
— Остался еще один щекотливый вопрос, который я, ценя нашу дружбу, хотел бы уладить.
Ричард весь превратился в слух.
— Когда Джек Потрошитель подавил нашу волю и спросил, как мы его нашли, вы показали ему маленький предмет. Я находился довольно близко и разглядел его. Это произошло невольно, уверяю вас.
— И что же вы увидели? — напрягшись, спросил Ричард.
— Миниатюрную фигурку птицы. Несколько раз я видел эту вещицу и раньше, хотя вы старались не держать ее на виду. А сегодня вы ясно дали понять этому монстру, что именно фигурке мы обязаны успехом поисков. И теперь, когда ваш секрет стал мне известен, я считаю бесчестным притворяться, что ничего не знаю. Непонятно, как вы это делаете, но все дело в этой птице. Ведь так?
Поколебавшись секунду, Ричард кивнул. Тайна, которую он хранил всю свою сознательную жизнь, была раскрыта, и не имело смысла унижать себя пустыми запирательствами. Хорошо еще, что человеком, узнавшим ее, был Стил, на которого Ричард мог положиться как на самого себя. Оставались детали, и Ричард, чувствуя даже какое-то облегчение от того, что так долго оберегаемая история нашла своего слушателя, начал свой рассказ.
Под ритмичное покачивание экипажа он поведал другу все, что знал о соколе и его свойствах. Он начал с того, как был найден на брошенном судне посреди океана, затем в красках описал свое противостояние с капитаном Морхаузом, а после этого коснулся тягот жизни в приюте, где любая мало-мальски ценная вещь быстро становилась достоянием более сильных и наглых мальчишек. В конце концов рассказчик остановился на деталях своей сыщицкой карьеры, представших перед Стилом в совсем ином свете, нежели виделись прежде.
— Так вот что значит прозвище — Пустельга? — догадался Стил, когда Ричард показал фигурку сокола поближе. — Однако же история ваша просто невероятна.
— Тем не менее она правдива от начала до конца.
— О, я в этом нисколько не сомневаюсь! Но трудно поверить в наш просвещенный век, что в мире существуют такие поистине мистические предметы, как ваш сокол. Если бы я не знал вас близко и не был осведомлен о ваших успехах, то решил бы, что стал мишенью для розыгрыша.
Ричарду оставалось пожать плечами. Он подавил порыв взять со Стила клятву хранить в секрете услышанное, понимая, что такая просьба оскорбит приятеля. Вместо этого он достал из кармана шкатулку с мышью.
— А теперь взгляните сюда, — предложил он, вынимая фигурку и выкладывая ее на ладонь рядом с Соколом.
Эдуард внимательно рассмотрел оба предмета.
— Сходство очевидно, — заключил он. — У этой мышки тоже есть какое-то необычное свойство?
— Вероятно. Я думал об этом, но понять, в чем оно заключается, пока не удалось.
— А как вы разобрались с соколом?
— В том-то и дело, что не помню. Я просто знал, как он работает, когда меня нашел капитан Морхауз, а откуда — ума не приложу.
Стил задумался.
— Хозяину мыши ее возможности наверняка известны. Судя по тому, что вы рассказали, он ею очень дорожил и при этом скрывал сам факт ее существования. Даже его доверенное лицо — Сэмюэл Крабб — ничего не знал до вчерашнего дня.
— Вы, скорее всего, правы, но чем это нам поможет?
— Пока не знаю. Просто такого рода информация не бывает лишней.
Стил посмотрел в окно.
— Эй, да ведь мы уже приехали! — воскликнул он. — Любезный, остановите возле того заведения на углу.
Последние слова были обращены к вознице. Тот придержал вожжи, и кеб остановился. Друзья сошли и оказались у дверей, вывеска над которыми сообщала любопытным горожанам название заведения — «Фиолетовый Будда».
Внутри таверна полностью соответствовала тому представлению, которое Ричард успел о ней составить по рассказам Стила. Это было плохо освещенное и довольно мрачное помещение, уставленное массивными дубовыми столами и скамьями, прибитыми к полу, дабы не ввергать в искушение разошедшихся посетителей.
Впрочем, в данный момент в таверне царило спокойствие. За одним из столов без особого азарта играла в кости компания матросов. Судя по истрепанным бушлатам, морские волки сошли на берег далеко не вчера и позабыли вернуться на родное судно. У каждого на боку висела короткая дубинка. Неподалеку от них деловито избавлялся от грима профессиональный «прокаженный». В дальнем углу дородный, хорошо одетый человек принимал у двух темных личностей какую-то мелкую добычу, дотошно рассматривая ее через увеличительное стекло. Несколько столов было занято угрюмыми людьми, чьи руки еще не успели отвыкнуть от тяжести кандалов, а по шеям уже давно плакала веревка.
Появление в помещении двух джентльменов не прошло незамеченным. Ричард поймал на себе несколько цепких, изучающих взглядов. Однако этим дело и ограничилось. Если у кого-то из завсегдатаев «Фиолетового Будды» и появились лихие мысли в отношении новоприбывших, то массивный револьвер на поясе у Стила изрядно охладил их пыл.
Друзья пересекли зал и заняли стол у окна, для разнообразия окруженный тяжеленными стульями вместо скамеек. Вскоре к ним подошел хозяин — старый однорукий шотландец, внешним видом напоминавший скорее пирата, чем владельца таверны.
— Что господам угодно? — спросил он, не слишком стараясь придать тону даже малую толику любезности.
— Пива, уважаемый, — сухо попросил Стил.
— Два пива? — уточнил хозяин.
Стил демонстративно огляделся по сторонам, как бы пересчитывая своих спутников, и, удостоверившись, что кроме него и Ричарда за столом никого нет, спокойно ответил:
— Два.
Хозяин ушел и вскоре вернулся с двумя кружками в единственной руке.
— Чего-нибудь еще? — спросил он еще менее любезно.
Эдуард невозмутимо отпил из своей кружки и, выдержав длинную паузу, сказал:
— Мы ищем приятеля. Его зовут Тоби Вильямс. Если вы окажете любезность и посодействуете в наших поисках, то получите крону.
В подтверждение слов приятеля Ричард достал монету в пять шиллингов и продемонстрировал ее шотландцу. Тот смерил посетителей в высшей степени подозрительным взглядом, очевидно, пытаясь определить, не явились ли эти господа прямиком из Скотланд-Ярда, затем оценил размеры
