себя человеком.
Она думала о своей матери днем и ночью. Их близость, связь, которую они разделяли, и уют, который Джеральдина испытывала, погружаясь в воспоминания о своей матери, были единственным, что могло утешить ее во время экспериментов.
Наконец, ее осенила идея:
"Я выкопаю ее".
Она поручила Року раскопать тело своей матери на приусадебном участке. После той ночи она стала хранить труп Милдред в холодильнике в своей комнате. Она разрезала тело на несколько частей, чтобы было удобнее маневрировать.
Но она также обнаружила скрытую особенность.
Джеральдина оставила тазовую область размораживаться на полотенце. А когда все достаточно оттаяло, она положила холодный череп Милдред на кровать. Затем, вылизывая гнилую задницу трупа своей матери, она смогла заглянуть в тающие глаза внутри ее отрубленной головы.
Упражнение с чувством вожделения сработало хорошо. Это не только помогло Джеральдине успокоиться после теста Фукса, но и подарило ей одни из лучших оргазмов, которые она когда-либо испытывала, - подобных которым она не испытывала с тех пор, как была жива ее мать.
Когда Фукс узнал о ритуале Джеральдины, он увидел в этом возможность произвести на нее впечатление. Поскольку его эксперименты с зачатием были трудоемкими и практически безрезультатными, он знал, что ему нужно найти способ доказать свою состоятельность.
И поначалу он именно так и поступил.
Создав для Джеральдины секс-робота в натуральную величину по образу и подобию ее покойной матери, он знал, что она будет довольна. Фукс перенес бы ее в то время ее жизни, когда она была одержима бессмысленным потаканием своим желаниям. Когда он впервые представил свой план Джеральдине, он показался ему таким идеальным.
Фукс объяснил, что придумал специальное масло для кожи Милдред, чтобы оживить ее сухую кожу. Предполагалось, что масло, нанесенное на кожу, сохранит мякоть, а также создаст приятный синтетический аромат, который перебьет запах смерти, который Джеральдина, несмотря на то, что научилась с ним мириться, никогда не любила. Это также позволило бы оставить Милдред в любом месте и при любой температуре, чтобы она не сгнила.
Меньше всего Джеральдине хотелось постоянно беспокоиться о своей матери после смерти.
Но результат, который обещал ей Фукс, не оправдался. Вместо этого Фукс проиграл во второй раз.
Хотя масла и помогли скрыть запах омертвения, однажды вечером, когда Джеральдина активировала переключатель удовольствия Милдред, она обнаружила, что вокруг ее спальни жужжит множество мух. Но к тому времени, как она поняла, что масла для кожи только заглушили запах гниения, Милдред уже была на ней. Извращенная программа сексуального киборга заставила Милдред тереться о Джеральдину протухшей плотью на ее разложившейся заднице.
Когда гнилую салфетку протащили по лицу Джеральдины, словно адскую мочалку, теплые, жирные личинки вывалились из эластичного влагалища. Многие из них заползли Джеральдине в рот, а некоторые даже проползли по пищеводу.
Лопнувшие личинки образовали отвратительную, пульсирующую кашицу - теплую слизь от насекомых, которая к концу полового акта покрыла все лицо Джеральдины.
Когда Милдред наконец отпустила ее, в ноздрях у нее застряли комочки раздавленных, все еще извивающихся личинок, которые прилипли ко лбу и щекам.
Они так и остались там, когда она бросилась в ванную, чтобы привести себя в порядок.
Джеральдина увлекалась многими странными вещами, которые, как понимала даже она сама, могли вызывать отвращение у окружающих, но одной вещью, которую она не могла делать, были насекомые. Она ненавидела жуков. Это была четкая грань, которую она провела за пределами некрофилии.
После этого ужасного инцидента Джеральдина изгнала секс-робота-версию Милдред. Ей было все равно, что с ней сделает Фукс, лишь бы ее убрали из главного дома.
Но ущерб их отношениям был нанесен. Джеральдина была так взбешена неудачей, что подумывала о том, чтобы Рок навсегда избавился от старика.
Только когда она придумала концепцию детской площадки, она решила оставить Фукса при себе. Если она собирается осуществить такой амбициозный проект, ей потребуется его помощь.
Тем не менее, он отнял у нее единственное, что ей нравилось: возможность заниматься сексом с трупом ее мертвой матери. Прошло много месяцев, прежде чем Джеральдина смогла вернуться к сексуальным фантазиям, которые доставляли ей наибольшее удовольствие.
Однако любая мысль о матери воспринималась ею совсем иначе, чем раньше. Теперь к ее кнопке удовольствия была привязана определенная травма.
Некоторое время спустя она нашла другой способ отвлечься. Поскольку труп Милдред больше не фигурировал в игре, Джеральдине пришла в голову новая идея. Она обратилась к Року с просьбой расширить массивную гардеробную в своей спальне и создать
зеркальный зал. Место, куда она могла бы пойти и побыть вдали от всех. И место, где она могла бы наслаждаться формами своего тела со всех сторон, постепенно возвращаясь к воспоминаниям о первых днях, проведенных с матерью.
- Я некоторое время держал ее в морозилке в подвале, - объяснил Фукс, прерывая воспоминания Джеральдины. - Я знал, что однажды снова найду для нее цель.
- Такой приятный сюрприз, - сказала Джеральдина.
- Я рад, что вам понравилось, миледи.
Джеральдина вздрогнула.
- Хотя я бы никогда больше не хотела видеть ее лично, приятно видеть, что мама дает о себе знать среди детей.
- Так оно и есть, - сказал Фукс со зловещей ухмылкой. - И будьте уверены, это не единственный сюрприз, который я приготовил для вас. Моей целью было доказать вам свою состоятельность - исправить трудности прошлого. Сегодня ваш день, и ничто не остановит то, что мы запланировали.
- Что ж, считай, что ты искупил свою вину, - сказала Джеральдина.
Ее взгляд скользнул по изуродованным телам двух детей, которых Милдред оставила позади, покинув кадр в погоне за остальными. Затем она перевела свой полный любви взгляд на Рока, чтобы ненавязчиво напомнить ему о его многочисленных недостатках.
- Может быть, однажды ты поступишь так же, - выпалила она, и по ее тону стало ясно, что на самом деле она не ожидала, что Рок исправится.
Она поморщилась, когда повернулась к панели управления и медленно села обратно. Подушка от геморроя на ее сиденье слегка скрипнула, когда она устроилась поудобнее. Она заметила, что экран рядом с первым монитором, на котором были изображены окровавленные дети, потемнел. Джеральдина нахмурилась и быстро повернулась к Фуксу.
- Почему мы их не видим? Это неисправность? Нам нужно установить камеры в каждой комнате. Весь смысл этого в том, чтобы мы могли...
- Здесь нет никаких неисправностей, - сказал Фукс, радостно ухмыляясь. - Помните, что некоторые изменения стоят того, чтобы их дождаться. Просто дайте нам немного времени и поверьте, что все так
