Я выпутался из пледа, вскочил с дивана, сделал звук погромче и прилип к телевизору, нажав мимоходом кнопку записи на видеомагнитофоне.
Лилия Владимировна, одетая в жуткую кожаную куртку со множеством железных заклепок и ремней и с не менее экстравагантной прической, сидела, закинув ногу на ногу, и скептически смотрела на ведущего. Тот улыбнулся в камеру и произнес:
— Какие у вас планы на будущее, Лили?
«Лили» пожевала жвачку с раскрытым ртом и ответила:
— Скоро мы планируем выпустить новый CD. Я уверена, что он произведет оглушительный успех, больший, чем все предыдущие диски вместе взятые. — Окончив фразу, женщина сделала какой-то непонятный жест руками, который, должно быть, считался в кругах поклонников «Вкуса крови» очень крутым.
— Ого! — поразился веснушчатый парень-ведущий. — Неужели это возможно? Большего успеха не бывает!
— Бывает, поверьте мне… Вот увидите, — снисходительно сказала Прокопьева, надув выдающийся по размерам и по правильности формы пузырь из жвачки. Я на него прямо засмотрелся.
«Интересно, долго она тренировалась? И когда? После уроков?» — подумал я.
Ведущий тоже уважительно посмотрел на пузырь, с трудом оторвал от него взгляд и обратился уже к телезрителям:
— Напоминаем, что вы смотрите эксклюзивное интервью с Лили — продюсером, композитором и автором текстов всех песен самой популярной российской группы «Вкус крови». То, что Лили решила появиться в программе в столь поздний… или ранний час, еще раз подтверждает неординарность «Вкуса крови», а точнее, создательницы этой замечательной группы… В нашей программе Лили впервые открыла свое лицо. Теперь мы знаем, кто сотворил самый шокирующий, безбашенный и знаменитый коллектив.
— Ну все, хватит уже соловьем разливаться, чувак, — изрекла моя классная руководительница и посмотрела куда-то поверх камеры. — А ты вырубай свою фигню, мне идти пора. Ждите меня еще в гости, завалю к вам как-нибудь.
Ведущий немножко удивился такому внезапному и бестактному уходу своей собеседницы и проговорил:
— Желаем удачи вам и вашей группе.
Вместо слов благодарности Лили показала в камеру неприличный жест, встала и, поправив кислотно-зеленую юбку, удалилась из поля зрения, напоследок сказав в экран:
— Ха! Ну, я фигею, — и еще раз надула пузырь.
Ведущий смешался, проводил Лили пораженным взглядом, потом быстро распрощался со зрителями и поставил клип «Вкуса крови», в котором то и дело мелькали тошнотворные кадры.
Я дождался, когда закончится клип (вдруг Лилия Владимировна вернется?), но после него началась уже новая программа про какую-то давнишнюю группу. Я выключил видеомагнитофон и телевизор и откинулся на спинку дивана. Я был совершенно растерян. Ну, и как же все это понимать?
Вероятнее всего, программа, на которую я случайно наткнулся, была показана под утро в тех целях, чтобы ее увидело как можно меньше людей, ведь в такое время зрителей, особенно подросткового возраста меньше, чем днем. Все еще спят, набираются сил перед новым учебным днем… А взрослые «MS-TV» почти не смотрят. Если для примера взять мою маму, то она лучше какое-нибудь ток-шоу посмотрит, чем клип «Вкуса крови»… И уж тем более не в такое время.
Стоп! А какой смысл вообще появляться на экране, если передачу никто не смотрит? Ради интереса?
— Ну, Прокопьева, погоди! Я все про тебя узнаю, представлю всем на обозрение твою мерзкую душонку! Еще будешь жалеть, что связалась с оборотнями! Попляшешь ты у меня! — зловеще расхохотался я. — Нет, ну вы только посмотрите на нее, какая хитрая: именно она, оказывается, создательница «Вкуса крови»! А сама, а сама… Устраивает классные часы по поводу плохой музыки, в особенности неблагополучного «Вкуса крови» и его влияния на хрупкую детскую психику. И как это я раньше не замечал за ней никаких странностей? Или их раньше не было? Может, все началось совсем недавно? Ну вот, еще одна тайна…
Не знаю, что поразило меня больше всего — жаргон затянутой в кожу Лили или то, что она — создатель группы, в которой поют оборотни. А может, все вместе. Трудно представить, что она пишет тексты этих ужасных песен и вместе с тем ругает своих учеников, что они их слушают.
«Да уж, вот тебе и тайны мадридского двора», — обобщил я и укутался пледом.
Впрочем, зачем так далеко ходить? Не мадридского, а нашего школьного. Мадридский двор отдыхает.
В положенное время я позавтракал, не ощущая вкуса еды и чая. Все мои мысли были заняты оборотнями и Лилией Владимировной. С этого дня я решил установить за Прокопьевой слежку и не спускать с нее глаз и ушей.
Вопреки моим ожиданиям, «странности» нашей классной не заставили себя долго ждать. Она попалась в мои сети в самый первый день слежки.
После урока географии я незаметно спрятался за партой и остался как бы наедине с Лилией Владимировной. Знаете, это оказалось очень интересно — наблюдать за человеком, который не подозревает, что он в помещении не один.
Она проверяла контурные карты, собранные на нашем уроке, и что-то напевала себе под нос. Прислушавшись, я уловил мотив одной из песен «Вкуса крови».
— Ой-ой-ой, — сказала себе под нос Прокопьева и порылась в контурных картах. Нахмурилась, внимательно просматривая одну из работ. — Так-с… Шатров… Работа безукоризненная… Как жаль, что мне придется ее немножко подкорректировать… — Географичка достала из ящика стола цветные карандаши и принялась обводить контуры поверх тех, что обводил я. Получался, соответственно, другой цвет. Закончив свое черное дело, негодяйка улыбнулась. — Таким образом «пятерочка» превращается в… нет, «двойку» не поставлю, надо ж хоть немного совесть иметь, а вот «тройка» будет в самый раз… — И она размашисто вывела в контурных картах «тройку».
Трудно описать, что я испытывал в эти минуты. Хотелось выскочить из-за парты и уличить географичку на месте преступления, но пришлось сдержать свои эмоции и молча наблюдать за тем, как она портит мою работу.
Прокопьева с хрустом потянулась и взялась за следующую тетрадь с контурными картами.
— Кто у нас на очереди? Староста наша… Ей, пожалуй, тоже «тройбан» влеплю, а то слишком умная стала…
И вдруг в сумочке классной руководительницы зазвенел полифонической мелодией мобильный телефон. Слава богу, хоть в нем мелодия была какой-то классической, а не из песни «Вкуса крови».
— Ой! — увлеченная переделкой работ, Прокопьева подпрыгнула на месте от неожиданности. — Кто это там…
«Взяла моду подпрыгивать… — отметил я, вспомнив нашу встречу на Дне города. — Нервишки, похоже, шалят… Ну-ну…»
