– Так почему же он все-таки называется Мертвым?
– Разве Стивен не успел вам об этом рассказать? – склонившись ко мне, спросил Ричард. – Хотя бы по дороге сюда, если не ранее?
От его близости у меня перехватило дыхание, и, замешкавшись с ответом, я поневоле уступила Стиву право объясняться. Он, сразу поскучнев, протянул:
– Ну вот, опять этот местный фольклор… Подозреваю, и не без оснований, что с этим местом связана какая-нибудь очередная семейная легенда, которую я даже не хочу знать. И не смотри на меня так! – бросил он брату. – Селена, я же говорил, что историк рода и географ Розы Ветров из меня никакой. Ну мыс, ну Мертвый… Что такого? Может, он испокон веков так называется?
– Нет, – раздался над моей головой глубокий голос. – Раньше он назывался Северным.
Я заметила, как Стив заметно приободрился, когда Ричард перехватил инициативу в рассказе, тем самым избавив его от необходимости выкручиваться, хотя никто его к этому не принуждал.
– Можно узнать, почему? – робко поинтересовалась я.
– Что почему? – не понял Стив, приняв мой вопрос на свой счет.
Осмелившись, я добавила, уже напрямую обращаясь к Ричарду:
– Почему мыс переименовали? Ведь не просто так, верно? Что же случилось?
Прежде чем заговорить снова, старший Логан долго молчал, и мне уже начало казаться, что он либо не собирается мне ничего рассказывать, либо вовсе меня не слышал. Но я была твердо уверена, что слышал, и его следующая фраза была тому подтверждением.
– Мне сложно ответить на ваш вопрос, – задумчиво произнес он, глядя не на меня, а куда-то себе под ноги. – Но не потому, что я не знаю на него ответа, а как раз наоборот. И если бы вы позволили, я бы предпочел не отвечать, однако…
– Однако? – неожиданно вставил Стив, опередив меня.
– …если вы настаиваете, – при этом Ричард остановился и посмотрел на меня в упор. От растерянности я просто кивнула, хотя собиралась сказать, что, наоборот, не настаиваю, и если он не считает нужным, может ничего не рассказывать. В конце концов, он имеет на это право и вовсе не обязан удовлетворять мое праздное любопытство, более подходящее для туриста, чем для гостьи.
Но мне действительно было интересно, и я приготовилась слушать рассказ Ричарда, непроизвольно подвинувшись ближе к нему. Даже если Стив и заметил это, вида он не подал.
– Северный мыс переименовали после того, как там было найдено тело нашего прадеда, Патрика Логана.
Я слушала, затаив дыхание, но не удержалась:
– Он погиб там? Как?
Спрашивала я не просто так. Разговор не только развлекал меня, он помогал мне отвлечься от усиливающейся дурноты, причину которой я не понимала.
– Это еще один вопрос, на который я затрудняюсь ответить. И думаю, не ответит никто из ныне живущих.
– М-да… – глубокомысленно изрек Стив, всем своим видом выражая иронично-вежливую скуку.
Я пихнула его локтем, призывая к смене тона и поведения, и вновь обратилась к Ричарду:
– Когда это произошло?
– Патрику было сорок пять. Он был уже немолод, но полон сил и энергии, крепок, как все ирландцы, и вдобавок мог похвастаться изрядными деловыми способностями, как сейчас принято говорить, обладал бизнес-жилкой.
– Стив рассказывал мне о нем.
– Неужели?
– Да, по дороге сюда я рассказал Селене все, что знал, – пояснил Стив, – разумеется, без подробностей, так что если ты что-то и повторишь, большой беды не будет.
– Я не хотел бы утомлять нашу гостью длинными историями.
– Но мне действительно очень интересно! – воскликнула я, сама до конца не понимая, чего же мне хочется больше – узнать мистическую историю обрушившегося на моих глазах Мертвого мыса или просто подольше слушать звучание голоса Ричарда.
Он скупо улыбнулся и продолжил:
– К тому времени, как у Розы и Патрика здесь, на острове, родился сын, Кристофер, наш прадед уже крепко стоял на ногах, несмотря на то что в Галифаксе дела у него не заладились, – я кивнула, давая понять, что в курсе этого факта. – Он собирал бригады сезонников – рыбаков, нанимавшихся на промысел в разгар сезона, когда не хватало умелых рук. И все складывалось благополучно – уловы были обильными, торговля с материком налажена. Дом был построен и обжит еще до рождения Кристофера. Казалось, все шло замечательно, но однажды Патрик исчез. Исчез и не появлялся несколько дней. Сначала думали, что он отправился на материк по делам, навели справки и выяснили, что Патрик отплыл на остров на собственном катере, это видели несколько человек на пристани Торнвилля. Тогда начали обыскивать остров и нашли его там, на Северном мысе. По утверждению коронера, к тому времени он был мертв более недели.
– Коронера… – опять хмыкнул Стив.
Я ощутила приступ тошноты, представив себе эту картину, и несколько раз глубоко и медленно вздохнула, чтобы побороть дурноту, прежде чем спросить:
– И в чем же была причина его смерти?
– Боюсь, я не могу ответить на этот вопрос. И подозреваю, не сможет никто. Только с того дня, как там, на обрыве, нашли его тело, мыс стали называть Мертвым.
– Да, Ричард, – протянул Стив. – Я и не представлял, что ты умеешь так рассказывать! Тебе надо книги писать.
– Я этим и занимаюсь.
– Ну да, я хотел сказать, романы или страшилки какие-нибудь. У тебя здесь весьма подходящий для этого антураж: ветхие лестницы, осыпающиеся скалы, переходы в доме без освещения… готика в чистом виде!
– Я подумаю над твоим предложением.
Мы как раз входили во внутренний двор, когда из окна второго этажа, как раз над той комнатой с французскими окнами, где утром я увидела Ричарда, нас окликнула Мария:
– Мистер Логан, а вот и вы! Как хорошо, что вы вернулись! Мистеру Стивену уже трижды звонили из больницы. Просили срочно перезвонить, как только я вас увижу.
Стив едва слышно чертыхнулся, а потом крикнул, задрав голову:
– Спасибо, Мария! Уже бегу.
Ричард опередил брата, ответив на его невысказанную просьбу:
– Я провожу Селену в комнату, можешь не беспокоиться.
– Прости, что опять бросаю тебя, – сжал мою руку Стив.
– Ничего, все нормально. Ты должен поторопиться со звонком. Похоже, его очень ждут.
– Да, конечно. Как только поговорю, сразу загляну к тебе.
– Хорошо.
Мы остались во дворе вдвоем с Ричардом. Ни он, ни я не торопились войти в дом, просто стояли и молчали, но это молчание показалось мне дружелюбным, и с души сразу словно камень свалился, несмотря на то что мое физическое состояние все еще оставляло желать лучшего. Значит, Ричард не сердится на меня за проявленное любопытство и за происшествие на Мертвом мысе?
Подумав так, я тут же одернула себя: что за глупость! Обрушение мыса – это уж точно не моя вина! Но вот что странно, в присутствии хозяина дома я ощущала себя виновной в чем угодно, даже в падении сухого мертвого дерева.
