Йон Линдквист - Человеческая гавань

— Папа, почему мама далеко? Папа, ответь мне?

— Мы потом позвоним ей, — сказал Андерс, — потом, ладно?

Волна поднималась с поверхности воды, как огромное расплавленное зеркало, и остановить ее не было никакой возможности. Андерс повернулся и побежал, как вдруг услышал звук мопеда. Кристофер вытащил из сарая старый голубой мопед и завел его.

— Запрыгивай! — закричал он.

Андерс покрепче ухватил Майю и прыгнул на мопед.

— Кто это? — спросила она недоверчиво.

— Это Кристофер, — сказал Андерс, — он помогает нам.

Майя довольно кивнула:

— Он хороший. Как Симон. Правда?

Симон и Анна — Грета в безопасности, подумал Андерс с облегчением. Они в море, на пути к Капелыперу. С ними все будет в порядке.

Думаре. Опасно только на Думаре.

Они наконец добрались до остальных. Кристофер затормозил, и Астрид села на краешек багажника. Кристофер сделал приглашающий жест Матсу и Ингрид, но они отрицательно замотали головами: вполне может быть, что мопед поедет куда медленнее, чем они побегут. Андерс огляделся. Куда теперь? Кристофер вопросительно смотрел на него.

— К скалам! — закричал Андерс, — Там самая высокая точка!

Кристофер кивнул, и они затряслись по лесной дороге. Когда они проезжали мимо Матса и Ингрид, Андерс прокричал то же самое. Последний отрезок дороги проехать было уже нельзя, и Андерс, крепче сжав Майю, прихрамывая и задыхаясь, побежал наверх. Они добрались до вершины скалы как раз вовремя. В этот момент волна обрушилась на Думаре. Пятнадцать метров высотой, темно — синяя, с верхушкой изо льда, она с ревом налетела на остров, сметая все на своем пути. Андерс успел увидеть, как Смекет рушится, раздавленный огромной массой воды. Лед долетел до дома Анны — Греты и сорвал с него крышу. Дом Симона разбился на мелкие щепки в следующую секунду.

Андерс поднял глаза. Ховастена больше не было. Маяк исчез, снесенный волной. Земля дрожала под ногами.

Вода начала отступать. Андерс услышал Матса:

— Там были люди…

Андерс повернулся и увидел, что Мате смотрит в бинокль. Опустив его, он покачал головой и сделал жест в сторону тонущего острова:

— Там были люди. И теперь их нет.

Андерс обнял Майю и ткнулся носом ей в шею. Вода отхлынула, и стало ясно, что деревни больше нет. Повсюду валялись обломки сараев, заборов и лодок. Единственное, что осталось на своем месте, — это бетонный пирс.

Это опасно. Не только для тебя. Но для всех, кто тут живет.

Вот что имела в виду Анна — Грета, вот что она пыталась предотвратить, вот о чем она говорила. Андерс еще крепче обнял Майю и ткнулся лицом в ее плечо.

— Папа, ты жмешь слишком сильно! Перестань!

Андерс улыбнулся и повернул ее к себе, нежно проведя пальцем по щеке. Майя плотно сжала губы. Это означало, что она о чем — то думает.

— Папа?

— Да? Что, милая?

— Мне снилось, что я звала тебя. Я правда звала тебя?

— Да. Звала.

Майя серьезно кивнула:

— И что ты сделал?

Андерс посмотрел ей в глаза. Затем он погладил ее по голове и поцеловал в лоб:

— Я пришел. Конечно, я пришел.

На церковном дворе в Нотене был установлен старый тяжелый якорь с медной табличкой.

После того чудовищного шторма якоря на том месте больше нет. На церковном дворе осталась глубокая борозда, как будто якорь протащили на цепях, как плуг, и вот он оставил такой след, перед тем как навсегда исчезнуть в море.

То, что в людской памяти было связано с этим якорем, исчезло вместе с ним. Или освободилось.

Охотники за привидениями (англ.).

Спиритус — согласно народным поверьям, маленькое насекомое или червячок, который может дать своему владельцу сверхъестественные силы или материальные блага.

Smacket (шв.) — удар, оплеуха.

И если в нас врежется двухэтажный автобус, умереть с тобой рядом… (англ.)

Аллюзия на песню The Smiths «Panic» с припевом «Burn down the disco / Hang the blessed DJ».