охоту, когда все эти факты прямо перед нами.
Бернс вздохнул.
- Тогда ты совершаешь ошибку.
- Здесь командую я, капитан, - отрезал Мокси.
- Прекрасно. Позвони им. - Бернс не хотел спорить. - Джонс сбежал в мое дежурство, так что это моя ошибка. Но я знаю этих людей, а вы – нет. Я поговорил со всеми. Они вели себя так, словно все еще что-то происходило – что-то важное для них. Дуги все еще в городе, но он изо всех сил старался заставить нас думать, что это не так. Вот что я сейчас вижу.
Щеки Мокси порозовели от сдерживаемого раздражения.
- Ладно, сделаем по-твоему... и я, скорее всего, потеряю работу.
Бернс добродушно рассмеялся.
- И я заодно.
Мокси заскрежетал зубами и передал по рации:
- Центральная связь, это шериф Мокси. Закажите все доступные подразделения в Вамспорт.
- Умный ход, - сказал Бернс. Пицца пахла вкусно, но, увидев лицо неизвестной, он забыл об этом.
Мокси посмотрел вниз.
- Хорошо, капитан Бернс. Есть идеи, где сейчас может быть Джонс? Где именно?
Бернс встал и посмотрел в темноту ночи.
- Да, у меня есть идея...
6
Венеция никогда в жизни не видела ничего более жуткого. Кровь, которую Дуги вылил в юго-восточном углу, казалось, забилась в конвульсиях, как только упала на пол, в то время как испорченные лужи в других углах делали то же самое.
Затем начал подниматься слабый багровый туман.
Она почувствовала это сразу, ощущение – как статика – покалывало ее кожу. Несколько прядей ее волос поднялись, словно левитируя, а в животе она заметила отчетливое, неприятное жужжание.
Улыбка Дуги стала ослепительной.
- Чувствуешь?
- Да, - прохрипела она.
- Фредди был прав во всем, даже в выборе времени. Инволюция заряжается, энергия накапливается. - Он вышел вперед с пистолетом. - Скоро нам придется уехать. - Он ухмыльнулся. - Но не сейчас...
Венеция могла себе представить, что у него на повестке дня. Она отступила в тень под лестницей, надеясь, что подобралась поближе к тому месту, где видела бритву. Его руки сразу же оказались на ней, развернув ее. Тошнота усилилась, когда он наклонил ее над краем дивана, который был отодвинут в сторону; затем он стянул с нее юбку и трусики, схватил ее за волосы и толкнул вниз.
- Я думала, тебе нужна девственница, - выдавила она.
- О да, но я войду через заднюю дверь, если ты понимаешь, что я имею в виду. Твоя девственность не будет нарушена.
О боже мой...
Она слышала, как он расстегивает молнию на брюках, потом почувствовала, как кончик ствола пистолета коснулся ее голых ягодиц. Она могла только надеяться, что возбуждение от анального изнасилования отвлечет его достаточно, чтобы она схватила бритву, повернулась и порезала его.
- Вот это я и называю большой задницей.
Его руки раздвинули ее ягодицы... и она позволила своей правой руке скользнуть к углу подоконника...
Бритвы там больше не было.
Она услышала, как он отхаркнулся, поморщилась, когда почувствовала, где он приземлился, но когда она ожидала, что начнется вторжение в ее тело ...
Ничего не произошло.
Она услышала вздох.
Что...
Венеция резко повернулась. Дуги стоял позади нее, дрожа и выгнув спину. Его руки, казалось, отчаянно сжимали горло, а между пальцами хлестала кровь.
Когда Дуги упал, она увидела еще одну фигуру прямо за ним.
Венеция застыла на месте.
Фигура наклонилась и взяла пистолет Дуги.
Бам!
Венеция вскрикнула от шока. Дрожь Дуги прекратилась, когда половина его головы раскололась.
Теперь фигура указывала на... атриум...
Венеция проследила за ее взглядом. Кровь в юго-восточном углу медленно начала следовать по инкрустированной спирали, в то время как лужи в трех других углах удлинялись к центру.
- Инволюция идет, - сообщил ей торжественный голос. Фигура вышла на свет – отец Уайтвуд. - Следуй за мной, дитя. Пора идти к Нижнему Алтарю...
- Это твоя судьба – дар Свыше, - сказал он, ведя ее через залитый лунным светом задний двор. - Ты поистине, поистине благословенная.
Венеция последовала за ним, главным образом потому, что чувствовала себя вынужденной, что-то в ее сердце подсказывало. Странно, но она не чувствовала страха, только жгучее любопытство.
- Я думала, они хотят принести меня в жертву.
- Нет, нет, дитя, - сказал Уайтвуд. - Их успех полностью зависит от того, останешься ли ты в живых... как и наш успех. Они оба зависят от одного и того же.
- От чего?
- Твое успешное проникновение в Сердцевину. Но мы давно проникли в их мотивы. Мы подумали, что лучше всего позволить секте Тессорио начать все сначала и поменяться с ними ролями так, чтобы они не поняли этого. Троянский конь. Ты.
- Я не понимаю, отец.
Старик улыбнулся в тусклом лунном свете.
- В этом нет необходимости. Тебе нужно только иметь веру в Господа Бога, вашего Защитника и Искупителя.
"Я верую", - подумала Венеция.
- Это была работа Дрисколла – заново благословить приорат после того, как моя трусость заставила меня покинуть мой пост. После убийств оборона здания ослабла. Приют для переназначенных священников был просто прикрытием. Это не приорат и никогда им не был. Это гробница.
- Гробница для кого?
Усталый голос Уайтвуда скрипел, как старые бревна.
- Для шести ангелов, которых развратили сообщники Люцифера. Они были изнасилованы и оплодотворены, а затем с помощью новейших колдовских наук сатаны отправлены сюда, в этот дом.
- Почему сюда?
Уайтвуд тронул ее за плечо.
- Имей терпение и силу. - Потом он отвел ее в сарай посреди двора. Что здесь может быть? Венеция задумалась, но потом увидела, что продолговатая панель пола поднята и черная пасть ведет вниз.
Лестница.
Уайтвуд включил фонарик.
- Энн Макгоуэн сказала, что призрак все время велел ей спуститься в подвал, но в приорате подвала нет, - сказала Венеция. - Так вот что она имела в виду.
Старик кивнул. Он повел ее к катакомбам под домом.
- Она ведет прямо к точке прямо под центром Инволюции, - сообщил Уайтвуд. - В Аду есть такие же катакомбы. Оба ведут к Сердцевине.
Любопытство Венеции тянуло ее вперед. Дорожка была укреплена шлакоблоками, но была очень узкой. Уайтвуд продолжал:
- Одно из немногих преимуществ, которое имеет Lux Ferre над Богом, это безвременье Ада. Он хочет принести что-то из Ада в мир, а затем забрать что-то из мира обратно в Ад. Колдовство объединяет сразу
