тем ниже вероятность взыскать долг
Если у компании-должника есть ликвидные активы – недвижимость, оборудование, – долг может быть возвращен с высокой степенью вероятности. В этом случае главный вопрос – время. Рано или поздно имущество будет реализовано и деньги вернутся кредитору. Но если у должника ничего не осталось – счета обнулены, активы выведены, – то ситуация кардинально меняется.
● Чем платежеспособнее бенефициар, тем сложнее взыскать долг
Очень часто за крупным бизнесом или группой компаний стоит опытный и расчетливый бизнесмен, которого сложно достать. И чем крупнее долги, тем сложнее это сделать. Чем серьезнее ставки, тем более опытные и хитрые юристы работают со стороны должника, защищая его интересы и создавая дополнительные препятствия для взыскания.
● Чем больше времени прошло, тем ниже вероятность взыскания
Со временем должники успевают вывести активы, ликвидировать компании или просто исчезнуть из поля зрения. Счета могут быть обнулены, имущество продано, а связи, которые могли бы помочь в поиске должника или его активов, утрачены. Время в этом вопросе – не просто фактор риска, а определяющий показатель, который нужно учитывать при оценке перспектив.
На основании проведенной оценки перспектив взыскания долга принимается ключевое решение: есть ли реальная возможность вернуть деньги.
Если перспективы отсутствуют, долг считается окончательно безнадежным и дальнейшие усилия по взысканию становятся экономически нецелесообразными.
Однако, если шанс на взыскание сохраняется, дело переходит в новое русло – обсуждение условий работы юристов.
Вопрос стоимости услуг специалистов, которые занимаются взысканием сложных и безнадежных долгов, становится центральным, но, прежде чем говорить о стоимости, скажем пару слов о вечном – о времени.
III
Про время
Прежде чем взыскивать сложный долг, надо осознать и принять одну простую и в то же время тяжелую для понимания аксиому: «Сложные долги можно взыскивать крайне долго, и, даже если сделать все правильно, всегда существует риск ничего не получить».
За годы практики мне так и не удалось создать универсальную формулу, которая позволила бы точно предсказать, сколько времени потребуется на взыскание конкретного долга.
Например, в нашей практике есть случай, где взыскание с компании, владеющей активами на сотни миллионов рублей, длится уже более пяти лет.
В то же время встречаются ситуации, когда достаточно провести переговоры с собственником компании.
В таких случаях мы подробно объясняем ему, какие последствия ждут его в ситуации судебного преследования: арест имущества, нервы и финансовые затраты.
Мы рассказываем о том, что знаем о сомнительных сделках, совершенных за счет компании-должника, и что ему придется потратить значительные суммы на юристов, затем все равно оплатить долг, проценты за просрочку, а также покрыть расходы на процедуру банкротства, включая оплату услуг арбитражного управляющего и судебных представителей со стороны взыскателя.
Опытные предприниматели прекрасно умеют оценивать риски и считать деньги. С такими людьми чаще всего удается найти общий язык.
Наш ключевой аргумент в переговорах с ними звучит просто:
«На рынке взыскания долгов есть всего несколько десятков компаний, которые обладают таким уровнем активности и профессионализма, как мы. Если вы договоритесь с нами, мы уйдем и больше не вернемся.
А других кредиторов, которые наймут юристов, одновременно обладающих реальным опытом взыскания сложных долгов, человеческими и интеллектуальными ресурсами для достижения цели, а самое главное – упорством, порой граничащим с одержимостью, у вас не найдется с вероятностью 99%».
Проще говоря, мы доносим до собственника-должника, что мировое соглашение с нами позволит минимизировать проблемы и ограничиться только выплатой долга самому активному взыскателю, то есть нам.
Многих удается убедить уже на этапе переговоров, не уходя в долгие процедуры и годы судов.
Кстати, мы оказывались правы пугающе часто, ведь нам достоверно известна масса случаев, когда остальные кредиторы, которые действовали недостаточно активно для взыскания сложного долга, не получали ничего вообще.
Из сотен дел, которые мы провели, лишь в двух случаях мы не стали единственными, кто смог вернуть долг. В остальных ситуациях другие кредиторы остались ни с чем.
Когда мы взялись за это дело, ситуация уже была непростой. Реестр требований кредиторов был заполнен аффилированными лицами, а процедура банкротства шла под руководством лояльного должнику арбитражного управляющего.
На балансе компании отсутствовало имущество, а формально компания-банкрот принадлежала сыну обеспеченного бенефициара, у которого юридически тоже не было активов. Казалось, перспективы взыскания минимальны.
Мы разработали стратегию привлечения к субсидиарной ответственности как бенефициара, так и его сына и… проиграли все подчистую, пройдя все инстанции вплоть до Верховного суда.
Однако в процессе того, как мы пытались привлечь сына и отца к субсидиарной ответственности, нам удалось обнаружить документы, которые позволяли предъявить иск о взыскании убытков с сына.
Осознавая, что даже в случае выигрыша взыскать с него будет нечего, мы не остановились. Мы подали иск и продолжали работу, несмотря на очевидную экономическую нецелесообразность дела.
Через три с половиной года, понимая, что дело зашло в тупик, мы сами вышли на связь с бенефициаром, предложив компромисс.
Мы готовы были отказаться от иска к сыну в обмен на погашение долга перед нашим клиентом. Бенефициар принял это предложение.
В результате наш клиент получил свои деньги, а процедура банкротства благополучно завершилась. Остальные кредиторы, считавшие, что достаточно просто попасть в реестр, чтобы вернуть свои средства, не получили ничего.
Этот результат стал возможен только благодаря нашей настойчивости. Мы продолжали работать над делом, которое 99% юристов давно бы забросили, посчитав его бесперспективным.
Мы вели его три с половиной года – и если бы в самом начале, когда мы только взялись взыскивать этот долг, нам бы задали вопрос, понимаем ли мы, когда и за счет чего его взыщем, мы бы честно ответили: «Нет, не понимаем».
•
IV
Про стоимость услуг юристов
Если неисполненный договор не касался постройки ракетного комплекса на орбите Земли, то для получения решения суда, скорее всего, не нужно тратить миллионы на юристов. С задачей справится либо ваш штатный юрист, либо привлеченный, но за адекватные деньги. Чаще всего это несколько сотен тысяч рублей. Больше бывает редко.
То же самое касается исполнительного производства. Им занимается либо юрист компании, либо специалист на аутсорсинге за небольшой процент или фиксированную оплату за действие, например: за подготовку заявлений, за поездку в отделение приставов, за подачу жалобы и т. д.
Но все меняется, когда дело касается юристов, занимающихся взысканием через процедуры банкротства.
Почему так? Сейчас постараюсь объяснить.
В мире существует очень много способов, как можно
