оно взялось, учитывая, насколько низкими были доходы деда за последние несколько лет, — нахмурился, Рамзи. — Дед всегда был клиентом банка в Кланвике. Может, он обращался в Банк Шотландии за ссудой, которую не смог получить в том? Но я не нашел никаких документов, которые подтверждали бы это.
— Я ничего об этом не знаю, — растерялась Сигни. — Жаль, что твой дед был таким скрытным.
— Да уж… Мне нужно написать в Эдинбург и выяснить, что это за счет.
— Ты собираешься потребовать возврата денег, которые Дункан раздал людям в качестве займов? — с беспокойством спросила Сигни.
Рамзи удивленно приподнял брови:
— За кого ты меня принимаешь? Конечно нет!
— Я знала, что ты так ответишь, а вот Роальд на твоем месте заставил бы людей вернуть деньги и сказал бы, что это просто бизнес.
— Верно, но для меня Торси не бизнес, а священный долг.
У Сигни сжалось сердце. Она не знала, что и он чувствует то же самое, что чувствовала она. Впрочем, иначе он не вернулся бы на острова.
Она допила свой эль, собрала остатки трапезы и посуду и предложила:
— Я захватила с собой альбом для рисования. Раз уж ты интересуешься древними развалинами, могу сделать несколько зарисовок, прежде чем мы снова отправимся в путь.
— А у нас еще есть время? Я не знаю, долго ли ехать до завода Роальда.
— Это самая узкая часть острова, так что, даже если задержимся здесь, мы все равно еще засветло доберемся до завода.
— Отлично! Я бы с удовольствием взглянул на развалины поближе.
Рамзи вытащил из седельной сумки блокнот и какой-то странный предмет.
— Что это за устройство? — с любопытством спросила Сигни, доставая альбом для рисования.
Рамзи показал ей небольшую складную лопатку.
— Голыми руками не очень-то удобно копаться в руинах. Идея обзавестись подобным инструментом пришла мне как-то в Константинополе, и один знакомый кузнец сделал для меня эту лопатку. Она удобная, легкая и очень полезная во время раскопок.
— Да, это то, что нужно каждому любителю древностей, — с улыбкой сказала Сигни.
— Если только любитель древностей не боится запачкать руки. Я хочу увидеть, что осталось от первоначальной постройки.
Рамзи обошел стену, которая защищала их от ветра во время пикника, и Сигни заметила блеск в его глазах, который свидетельствовал о живом интересе к древним памятникам. Этот интерес заставил молодого человека когда-то уехать из родного дома, и ей оставалось только надеяться, что на Торси достаточно старых развалин, чтобы удержать его на островах.
Она пошла вслед за ним вдоль стены с набором для рисования в руках. Это была плоская водонепроницаемая сумка, в которой лежал альбом, легкий каркас для его поддержки и несколько видов карандашей.
Рамзи подозвал ее подойти ближе.
— Посмотри! Здесь видны очертания главного здания, оно довольно большое, а неподалеку, похоже, стояли хозяйственные постройки. Жаль, что жители острова растащили большинство камней для своих нужд, но их осталось достаточно, чтобы составить представление о комплексе древних построек. Судя по всему, вокруг них был когда-то вырыт оборонительный ров, — правда, сейчас уже в основном засыпанный.
Внимательно наблюдая за жестикуляцией Рамзи, Сигни как будто воочию увидела очертания зданий, возведенных здесь человеком в глубокой древности.
— Надо что-то зарисовать? — спросила Сигни. — Развалины башни наиболее привлекательны с художественной точки зрения, но я полагаю, тебя больше интересует местоположение утраченных построек, карта этого поселения.
— Верно. — Рамзи отошел на несколько ярдов вправо. — Думаю, рисовать нужно с этой точки. Может, сначала пройдемся по всему участку?
Сигни кивнула:
— Это даст мне представление, что именно я должна рисовать.
Она пошла за ним следом, радуясь, что догадалась надеть сапоги. Ей было очень интересно со своим спутником, который указывал на едва заметные линии и углубления, позволявшие представить весь комплекс существовавших здесь когда-то построек. Картина прошлого оживала прямо на глазах.
— Как ты думаешь, сколько лет этим развалинам? — спросила Сигни.
— Им много веков! — Он окинул взглядом поросшую травой площадку, на которой были разбросаны камни. — Можно предположить, что на этом месте было множество строений на протяжении десятилетий, если не больше.
Сигни нахмурила брови:
— А как можно установить историческую истину?
— Для этого надо проделать большую работу. Нужно провести раскопки и изучить культурные слои. Все, что будет найдено, тоже подлежит тщательному изучению. — Он взмахнул маленькой лопаткой. — Изучение древностей требует огромного терпения.
— Зачем тебе все это нужно?
Этот вопрос давно мучил Сигни.
— Ну… скажем так, развалины буквально завораживают меня. — Он задумчиво помолчал. — Они разжигают во мне любопытство: кто жил здесь, какой была их жизнь? Были ли они нашими предками или коренным образом отличались от нас по языку, образу мыслей и внешности? Может быть, здесь в разные эпохи жили разные народы? Такое ведь тоже могло быть! Мы не узнаем этого, пока не изучим то, что они оставили после себя.
— Из тебя получился бы отличный университетский преподаватель, — с восхищением заметила Сигни. — Ты пробуждаешь во мне интерес к знаниям. На Торси можно найти множество исторических памятников, сооружений из огромных камней, разрушенных башен. Они разбросаны по всем островам, но я никогда не обращала на них особого внимания. И только теперь я понимаю, что эти камни могут рассказать бесчисленное множество интересных историй.
Рамзи ухмыльнулся и пообещал:
— Я помогу тебе развить интерес к истории и полюбить ее.
— Надеюсь, — с улыбкой сказала Сигни и направилась к каменному возвышению, откуда был хорошо виден весь участок.
Устроившись поудобнее, она достала карандаш и начала делать зарисовки. Позже рисунок можно доработать тушью, но карандашом быстрее и легче вносить исправления. Пока работала, Сигни поймала себя на том, что думает о людях, которые жили здесь когда-то. Каким был их мир?
Наверняка в постройках, от которых остались лишь очертания или груды камней, обитали целые семьи: любящие родители, озорные дети. Как они были одеты? Наверняка это было что-то очень теплое, ведь в северных краях всегда холодно. Значит, у обитателей этого древнего поселения были овцы, они умели прясть и ткать. Сигни начала понимать, почему Рамзи так увлечен историей.
Закончив обзорный набросок местности, она перешла к развалинам башни, которая была самым интересным объектом для изображения. Сохранился только ее нижний ярус с глухими стенами. Окон здесь не было — возможно, потому, чтобы захватчикам было труднее ее штурмовать.
Она уже почти закончила, когда услышала голос Рамзи.
— Сигни, иди сюда! Я хочу показать тебе кое-что интересное.
Она сложила карандаши и альбом в сумку и пошла к нему. Голова Рамзи едва виднелась над дальним краем каменной стены. Добравшись до нее, Сигни увидела, что он стоит в
