а он — на меня. Он не слышал слов, но видел моё лицо и уже понял: беда.
— Всё нормально, — сказала я сестре слишком быстро и чересчур уверенно. — Мы… мы просто переехали. В соседний комплекс. Здесь связь плохая, вот я и не сообщала.
— В соседний? — сестра не поверила ни на секунду. — Какой ещё соседний? Ты мне ничего не говорила! Зачем?
— Просто… — я запнулась, лихорадочно собирая слова в кучу. — Просто так вышло. Не езди сюда, слышишь? Не сюда. Я сейчас… я всё объясню.
— Что значит «не езди»? — голос сестры стал жёстким. — Считай, я уже там. Я не уйду отсюда, пока не увижу тебя своими глазами. Алина!
— Стой. Подожди! — почти крикнула я, но в трубке уже послышались гудки.
Я опустила телефон, он вдруг показался тяжёлым, как камень. Сердце билось где-то в горле.
— Что? — спросил Тимур. Одно слово, и в нём было всё.
— Сестра… — я судорожно вдохнула. — Она приехала. Она… она в соседнем комплексе. Администратор сказал ей, что меня и Марата… — язык запнулся на имени, как на лезвии. — …что нас увезли вчера какие-то люди.
Тимур не выругался. Только резко поднялся.
— Одевайся, — велел он.
Я уже натягивала джинсы, путаясь в штанинах, забывая, где что лежит. Руки дрожали так, что пуговицы не слушались. Тимур двигался быстро, без суеты — как человек, который привык решать, а не паниковать.
— Ты сказала ей, где ты? — спросил он.
— Нет… — я судорожно мотнула головой. — Я сказала… что мы переехали… что она не должна… Чёрт, Тимур, я не успела…
Стук в дверь оборвал меня на полуслове.
Короткий, уверенный. Без «можно ли».
У меня внутри всё обвалилось.
Тимур замер на секунду — ровно на одну. Потом пошёл к двери. Я шагнула следом, чувствуя, как земля под ногами становится ватной.
Дверь открылась.
На пороге стояла сестра — в куртке, с распахнутыми глазами, с тем самым выражением, когда она уже всё решила, но еще сама до конца не поверила. Посмотрела на меня. Потом — на Тимура.
И выдохнула, глядя прямо на него:
— Ну здравствуй, Марат.
Глава 26
— Ну здравствуй, Марат.
В комнате повисла тишина. Я почувствовала, как в груди неприятно кольнуло — не из-за него, из-за себя. Из-за того, что снова не сказала правду вовремя.
Тимур не изменился в лице.
— Меня зовут Тимур, — представился он спокойно.
Сестра перевела взгляд на меня, потом снова на него. Оценивающе.
— Можно войти? — спросила она сухо.
— Конечно, — произнес Тимур и сделал шаг в сторону.
— Это моя сестра Марина, а это Тимур, — запоздало затараторила я, чувствуя, как в комнате повисает напряжение.
Сестра прошла внутрь, сняла перчатки, оглядела домик — быстро, но внимательно. Ничего не прокомментировала.
— Я приехала в первый комплекс, — сообщила она. — Администратор сказал, что вас вчера увезли какие-то люди. И что ты была с Маратом.
Она намеренно произнесла имя.
— Это недоразумение, — ответил Тимур ровно. — Алина с самого начала была со мной.
— С самого начала? — сестра приподняла бровь.
— На этих праздниках, — коротко пояснил он.
Марина кивнула, но взгляд не смягчился.
— И давно вы знакомы? — спросила она уже без нажима.
— Достаточно, — ответил он.
Я почувствовала, как между ними натягивается тонкая нить — не агрессия, предубеждение.
Повисла пауза.
— Думаю, вам лучше поговорить наедине, — произнес Тимур ровно и перевёл взгляд на меня. — Я выйду.
Я кивнула.
Он накинул куртку, взял телефон и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Тишина в домике стала плотной.
Сестра посмотрела на меня внимательно.
— Ты же говорила, что едешь сюда с Маратом, — произнесла она вопросительно. — Что у вас всё серьёзно.
Я молчала.
— А теперь я приезжаю — и здесь какой-то Тимур. — Она не повышала голос, но в нём слышалось напряжение. — Алина, что вообще происходит?
— Всё сложно, — выдохнула я.
— Нет, — она покачала головой. — Не «сложно». Ты собиралась встречать Новый год с одним мужчиной. А застаю я тебя с другим. Мне хотя бы можно узнать, в какой момент всё поменялось?
Я опустила глаза.
— Мы с Маратом… расстались.
— Когда?
— Пару дней.
Она замолчала, переваривая услышанное.
— И ты решила… — она не договорила, но взгляд скользнул по комнате.
Я резко подняла голову.
— Все было не так.
— Тогда как? — спросила она тихо. — Ты сама понимаешь, как это выглядит?
Я отвела взгляд.
— Уверена, что не совершаешь глупость? — добавила она мягче. — Я не лезу. Просто хочу понять.
Сестра посмотрела на меня ещё с секунду, будто пыталась запомнить.
— Я выйду, — сказала она тише. — Мне нужно подышать.
И ушла.
Дверь закрылась без хлопка.
Я осталась одна посреди домика и вдруг почувствовала, как меня начинает трясти. Не от холода. От того, что внутри стало слишком много вопросов.
Ты сама понимаешь, как это выглядит?
Я схватила куртку, натянула ботинки. Нужно было выйти. Объяснить нормально, не обрывками. Пока она не придумала за меня.
Я шагнула к двери — Тимур стоял на пороге.
Мы едва не столкнулись.
— Ты куда? — спросил он встревоженно.
— К ней, — ответила я, не поднимая глаз. — Я не хочу, чтобы она… — Я запнулась. Не хочу, чтобы она решила, что я опять всё делаю неправильно.
Он смотрел внимательно.
— Ты ей что-то не договорила? — спросил он.
— Я себе не договорила, — сорвалось с языка.
Повисла пауза.
Он вошёл внутрь, прикрыв дверь.
— Что происходит? — его голос стал мягче.
Я впервые за утро почувствовала раздражение.
— Я сказала, что поеду сюда с одним мужчиной. Теперь с другим. Ты правда не понимаешь, почему у неё вопросы?
Он выдержал мой взгляд.
— Понимаю.
Тишина.
Он подошёл ближе.
— Ты жалеешь? — спросил он.
Вопрос был прямым.
Я не знала, что ответить.
Он протянул руку, коснулся моей щеки. Жест был теплым, почти успокаивающим.
— Не усложняй, — произнес он тихо. — Нам хорошо вместе. Останемся ещё на пару дней. Без чужих оценок. Просто мы.
Пару дней.
Слова снова легли легко.
Я всмотрелась в его лицо, пытаясь понять, что стоит за этим «мы».
С улицы донесся звук машины — сестра, наверное, открывала дверь.
— Я не хочу, чтобы это было «просто пару дней», — сказала я неожиданно для самой себя.
Он не улыбнулся.
— А я и не говорил, что это «просто», — ответил он спокойно.
Телефон в его руке завибрировал.
Он мельком взглянул на экран.
— Подожди, — попросил и отошёл в коридор.
Я не собиралась слушать.
Правда.
Но домик был слишком маленьким.
— Да, — произнес он тише, чем обычно. — Я знаю.
Пауза.
— Не начинай сейчас. Я же сказал, что приеду и все решу.
У меня внутри
