вот, сейчас вышло бы не смешно.
Человек, который торопится к нам и прожигает меня взглядом, мне отлично знаком. Но, прежде чем я успеваю произнести приветствие, Злата одергивает от меня руку и с вызовом задирает подбородок, преграждая путь разъяренной туше.
— Марк Антонович, какие люди. Что-то случилось? — шипит змеей.
— Не могу дозвониться до, — рычит в ответ, а затем переключается на меня, — А вы…
— Глеб, — протягиваю руку. — Будущий владелец этой территории.
— Замечательно. Мы можем с вами переговорить? — говорит Марк и пожимает в ответ, игнорируя присутствие Златы.
Но это не та женщина, которую просто игнорировать.
— Если ты не заметил, я работаю, — тычет его в грудь.
— Злата, — хватает ее за руку, а в воздухе расходится громовой разряд. — Ты можешь заниматься чем угодно, когда угодно. Но не стой у меня на пути.
— Марк! Марк! Марк! Я не хочу к Тосе-е-е-е! — раздается внезапно смутно знакомое.
Глава 9
Глеб
Я не мешаю. С учетом того, что Марк — мужчина Васи, я совершенно не хочу вмешиваться. Наоборот. Огромное желание заснять страстную парочку и отправить любимой анонимно на телефон.
Настроение стремительно улучшается.
Уж не знаю, что между этими двумя было в прошлом, но сейчас кусты роз стыдливо краснеют, хотя сорт чисто-белый.
А затем к Марку подбегает маленькая тень и искры исчезают.
Соседский ребенок. Он косится на меня, дергает Марка за руку. Злата стыдливо отступает, незаметно прикладывает к щекам ладони, а Марк опускается на корточки.
— В саду ты не хочешь, с Машей подрался, с Тосей не хочешь, маме мы дозвониться не можем. Что прикажешь мне делать?
Соседский мальчик настырно дует губы.
— Не хочу!
— Прошу прощения, — обращается ко мне Марк, а затем, взяв мальчика за плечи, приглушенно говорит ему: — Тимур, ты уже взрослый. Ты должен понимать, что хочу и не хочу не всегда работает.
— Я взрослый! Я один могу.
Пока я вишу, как доисторический компьютер, Марк закатывает глаза.
— Я попросил посидеть машине. Ты не провел один и пяти минут.
— Это сын Васи? — спрашиваю то ли у Марка, то ли у Златы.
Отвечает Злата. Кивком. Затем резко отрицательно машет головой, а после трясет рукой, мол, провались оно пропадом.
А Марк продолжает.
— Послушай, Тося — хорошая девочка. Мы же не хотим расстраивать маму?
— Нет! — внезапно срывается на истерику Тимур.
— Так, ты снова выдумывать будешь?
— Нет! — кричит Тимур.
Сорвавшись с места, почему-то подбегает ко мне. Трясет за руку.
— Дяденька, потоп! Это Тоска сделала.
— Какой потоп? — хмурится Марк и смотрит на меня.
— Подвал залили.
— Она иголки тыкает! — кричит Тимур, не давая нас спокойно поговорить. — Я видел! В свечки! Так нельзя делать! Она тебя затопила! Чтобы к Марку поехать! Говорит молчи Тимурка! Говорит, что тогда мама на Марке не поженится! Папку говорит найдет! А мне Машка сказала, что ничего она не найдет! Что ку-ку она просто! И врет все. И мамку потравит, если Марк на ней поженится! Я ее за потравит толкнул! Не потравит?
— Чего? — опешив, спрашиваем все трое.
А затем переглядываемся.
Тимур вздыхает. Всхлипывает. Трет кулаком нос. Смотрит на нас, как на детей.
— Тоська. Свечки жжет. Я потушить хотел. Шланг бум. Я выключил, а она включила! Честно-честно! Чтобы потоп! Потому что мы к Марку поедем, если потоп. Рубашку украла. И опять свечки жгла и иголкой тыкала!
— Вот же сук…
— Злата! — гаркает Марк, а затем ошарашенно выдыхает. — Ладно. Поехали, Тимур.
— К Тоське? — опасливо жмется к моей ноге.
А у меня в груди все переворачивается. Невольно опускаю ладонь на вихрастую голову. По пальцам проходит знакомое тепло.
Рука вздрагивает.
— К маме поедем. Раз ее здесь нет, значит, она в лавке.
Дети склонны к выдумкам. Но слова Тимура еще долго не выходят из моей головы. Мало ли что на уме этой Тоськи? Злату тоже не отпускает ситуация.
Когда мы прощаемся, она пытается до кого-то дозвониться.
И почему-то я уверен, что до Васи.
Но меня волнует еще один вопрос.
— Почему Марк хотел, чтобы теплицы купил именно ты? Разогнал покупателей.
Альберт хмыкает.
— Любит, когда баба дома. Я ему обещал, что ни одного цветочка не выживет. Его это устроило.
В ресторанчике, где мы ужинаем, темно и пусто. Мой недопартнер вызывает мало симпатии. Я знаю, что окажись земли у него, завтра дело моей жены умрет.
Именно поэтому Вася отказалась ему их продавать.
Поэтому с готовностью принялся обрабатывать меня. Рассчитывал перехватить земли после покупки, ибо других желающих, готовых с ним общаться, не нашлось.
Но я оказался хитрее.
— Придется вас с Марком расстроить, — встаю и утираю губы салфеткой под ошарашенным взглядом Альберта. — Василиса станет управляющей в теплицах.
— Эй! Мы так не договаривались!
Альберт подскакивает с места. Пышет жаром, того и гляди набросится на меня.
— Наше сотрудничество закончено, — чеканю как ни в чем не бывало. — Ваш процент за сделку я перевел. Станешь мешать, завтра же Вася узнает, чего хотел добиться Марк. Думаю, именно он голова в вашем тандеме. Тебе явно не поздоровится.
Глава 10
Василиса
— Цветочек, никто ничего маме не сделает.
Честно говоря, когда мой ребенок плачет навзрыд, бояться нужно не за меня.
Я готова убить Тосю. Нет, я изначально знала о ее повернутости на астрологии и прочих кармических нечистотах, но что она отлетит до того, чтобы заниматься подобным перед ребенком, даже предположить не могла.
— А Машка сказала-а-а, — всхлипывает Тимур, вцепившись в меня маленькой обезьянкой.
— Машенька просто впечатлительная девочка. Я понимаю, что ты защищал маму, но девочек толкать нельзя.
— Марк тоже говорит.
— Марк правильно говорит. Он у нас вообще умный. Да, Марк?
Марк не слышит. Он кому-то звонит, сидя в углу лавки. Затем пишет. На его лице полное сосредоточение, он даже не смотрит в нашу сторону, пока я успокаиваю сына.
С сожалением поджимаю губы и отворачиваюсь.
Марк приехал в сад, уладил все с родителями Маши, забрал Тимура и когда тот отказался ехать к Тосе, отправился искать меня, а теперь поднимает все связи для того, чтобы понять, как можно наказать Тосю за инцидент.
Некоторые родные отцы делают гораздо меньше.
Я слишком много от него хочу.
— За удачную сделку?
Мы чокаемся. В бокале Марка искрился золотая жидкость. В ресторане играет нежная музыка, зал помещен в интимный полумрак.
Но я не могу расслабиться. То и дело дергаюсь, смотрю на телефон. Тимур остался со Златой, а она понятия не имеет, что за сущность такая, маленькие дети.
В голове
