мы задумали, это было именно это — планирование ресурсов и помощи для людей, когда они окажутся в безопасности в этом мире. Неотложная медицинская помощь. Еда. Временное жилье. Транспортировка в безопасное место, подальше от Границы и правительства Наследия.
Мэйвен смотрит на меня, а затем на Эверетта, Крипта и Бэйлфайра. — Вы, ребята… планировали оказать дополнительную помощь людям Нэтэра?
Мы все киваем.
Она отводит взгляд, улыбка появляется на ее лице и исчезает так же быстро, как она пытается обуздать свои эмоции. Я подозреваю, что наша хранительница говорит через связь, потому что она не верит, что ее голос останется ровным.
— Боги. Вы все такие гребаные неженки. Но… спасибо вам.
Крипт наклоняется, чтобы поцеловать ее в висок. — Ты сможешь отблагодарить нас должным образом позже, когда мы подарим тебе эти двадцать три оргазма.
— Это слишком много гребаных оргазмов, — возражает она. Затем она делает паузу, наклоняя голову. — Не так ли?
— Есть только один способ узнать наверняка, — усмехается Бэйлфайр. — Мы будем вести счет и все такое. Выигрывает тот, кто внесет наибольший вклад в оргазм на твой день рождения.
Вой вдалеке заставляет нас всех напрячься. Даже Реформисты на близлежащем поле замирают, почувствовав приближение адских псов. Люди Нэтэра сейчас появляются огромным потоком через путевую точку, сотнями устремляясь на свободу, но некоторые из них в тревоге замедляют шаг, когда слышат рев адских псов.
Мэйвен ругается и выбегает с кладбища навстречу вою. Мы следуем за ней, проходя мимо множества плачущих, охваченных благоговением людей из Нэтэра, пока не оказываемся возле небольшого леса на краю бесплодного поля.
Из-за деревьев выскакивает адская гончая. Я поднимаю руку, чтобы разорвать его пополам магией крови, но затем голос твердо произносит: — Ко мне!
Дуглас выходит из леса вместе с горсткой других охотников за головами и их адскими псами. Бэйлфайр рычит, в то время как метки Крипта зловеще загораются.
Но Дуглас игнорирует их, глядя нам за спину на людей, убегающих в мир смертных.
Затем он изучает Мэйвен, размышляя. — Мы поможем.
— Что? — сердито рявкает один из других охотников за головами. — Она гребаный Телум. Мы должны были убить ее!
— Попробуй, — мрачно предупреждает Крипт, невесело улыбаясь.
Дуглас качает головой, все еще выдерживая пристальный взгляд Мэйвен. — Вот почему я хотел задать тебе вопрос, но теперь чертовски очевидно, что слухи на этот раз оказались верными. Итак, вы примете дополнительную помощь?
— Как насчет извинений за то, что вы охотились на нас, как на собак? — Сухо замечаю я.
Дуглас фыркает. — Извинения дерьма не стоят. Главное — действия.
Мэйвен ухмыляется. — Я знала, что ты мне нравишься.
Бэйлфайр вздыхает, наклоняя голову вперед. — Дождевое Облачко, ты, блядь, пытаешься заставить нас ревновать?
Другой раздраженный охотник за головами сердито ругается, с него хватит. Он целится в Мэйвен, но как только я замечаю это и встаю перед ней, Дуглас поворачивается и быстро стреляет своему товарищу в ногу.
Другой охотник за головами падает с резким криком. Его ручная адская гончая скалит зубы на Дугласа, но массивная черная адская псина Дугласа угрожающе рычит, щелкая зубами достаточно близко к другому питомцу, чтобы тот заскулил и уступил.
Дуглас смотрит на других охотников. — Итак, кто-нибудь еще чувствует себя гребаным идиотом, или мы собираемся помочь этим людям сбежать из Нэтэра?
Остальные не спорят.
— Хорошо. Когда теневые демоны ворвутся, они твои, — решительно говорит Мэйвен, прежде чем повернуться и пойти обратно к точке маршрута, где люди все еще толпами появляются в мире смертных.
Дуглас корчит рожу, когда он и другие охотники за головами идут в ногу с нами. — Ты не можешь выбирать за кого-то другого, ты, гребаная…
— Остановись на этом, или мне придется разочаровать мою хранительницу, убив тебя и твоих друзей, — говорит Крипт слишком нетерпеливым тоном.
Охотник за головами свирепо смотрит на инкуба. — Тебе повезло, что я не оборвал твое жалкое гребаное существование за убийство моего отца.
— Твоего отца, — рассеянно повторяет Крипт, которому явно наскучил разговор, поскольку он занят разглядыванием невероятной задницы Мэйвен в ее обтягивающих темных леггинсах, когда она идет впереди нас.
Было бы ложью, если бы я утверждал, что просто не делал то же самое.
— Как ты, блядь, не помнишь? — Ашер Дуглас огрызается на Крипта. Его кулак, сжимающий пистолет, побелел, в то время как его адская гончая послушно идет за ним.
Принц Кошмаров пожимает плечами. — Я убил много людей. Постарайся быть более конкретным.
— Ты утопил его в его собственной крови, ты, больной ублюдочный мудак.
— Хм. Утонул в крови. Ах да, он, — кивает Крипт, наконец возвращаясь к разговору, ухмыляясь, как будто они обсуждают приятное воспоминание. Затем он смеряет Ашера тяжелым взглядом. — Этот парень издевался над своей женой множеством отвратительных способов. Он более чем заслужил это.
— Ни хрена себе. Вот почему я поклялся всадить пулю ему в голову — тогда тебе пришлось пойти и, черт возьми, украсть у меня этот шанс, — бормочет Ашер.
Мои брови взлетают вверх. Какой неожиданный ответ.
Крипт говорит что-то легкомысленное в ответ охотнику, но мое внимание снова переключается на Мэйвен, поскольку у меня наконец-то есть момент рассказать ей о полученном сообщении.
— Мой наставник сказал мне, что Зума и ее возлюбленный покинули Святилище, — я говорю ей на языке фейри через связь.
Она напрягается, но продолжает идти. — Почему он позволил им уйти?
— Он не позволял.
Мэйвен надолго замолкает, размышляя. — Где бы ни была Энджела, это не должно иметь значения.
Мое внимание приковано к Границе, где появляются люди. Серая стена колеблется и шатается, как будто ее нестабильность только усилилась с тех пор, как мы здесь.
— Что произойдет, если Граница рухнет до того, как ты сможешь ее восстановить, мой кровавый цветок? — Я спрашиваю.
— Тогда я потерплю неудачу. Я могу только ослабить и стабилизировать ее — ее нельзя восстановить из ничего.
— Тогда, где находится Энджела, не имеет значение. Потому что, если с ней что-нибудь случится… — Начинаю я, хмурясь, когда понимаю, что элементаль — единственное, что стоит между Мэйвен и выполнением ее предназначения как ревенанта.
Мэйвен бросает на меня короткий взгляд через плечо, ее темные глаза полны решимости. — Людям нужно преодолеть Границу. Это наш главный приоритет. Как только они закончат, мы отнесем эфириум, наполненный жизненными силами «Бессмертного Квинтета», в ближайший храм, который находится в двадцати минутах езды. Любой жрец или жрица могут благословить камни так, как нам нужно, чтобы закончить укрепление Границы. Мы можем это сделать.
Как всегда, от ее яростной решимости у меня перехватывает дыхание.
