Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 133
Лицо Серены выдало ее, и она отвела взгляд.
— Я не должна обсуждать это. Ему даже мне не следовало рассказывать.
Лисса взволнованно сжала руку Серены, заставив ее вздрогнуть.
— Расскажи мне, что знаешь. Все. Кого он обучал… как они к этому относились… кто из них добился успеха. Всё.
Серена побледнела.
— Не могу, — прошептала она. — Это делалось втайне, по приказу королевы.
— Моя тетя умерла, — заявил Адриан. — И ты сама сказала, что, возможно, говоришь с будущей королевой.
Лисса бросила на него сердитый взгляд. Серена явно колебалась. Потом наконец сделала глубокий вдох и заговорила:
— Попробую составить список, хотя помню не всех. Но я понятия не имею, чего они добились. Знаю лишь, что многие негодовали по этому поводу. У Гранта было чувство, будто Татьяна намеренно отбирала тех, кто не был к этому расположен.
Лисса сжала ее руку.
— Спасибо, большое спасибо.
Серена явно была огорчена тем, что выдала секретную информацию. Как следовать девизу «Они на первом месте», если остаешься верной и одному, и другому?
— Увидимся позже, хорошо? Я нужна здесь.
Серена отправилась на свой пост, а моя мать к Лиссе. Что касается меня, я вернулась в собственную реальность. Машина как раз остановилась. Я заморгала и огляделась. Еще один отель.
— Что случилось?
— Мы делаем остановку, — ответил Дмитрий. — Тебе нужно отдохнуть.
— Обойдусь. Время поджимает — надо успеть доставить Джил вовремя, еще до выборов.
Вначале мы искали Джил с той целью, чтобы дать возможность Лиссе получить голос в Совете. Однако потом стало ясно, что неожиданное появление ее сестры станет сенсацией, но наверняка последуют обвинения в обмане и Джил будут называть самозванкой. Генетический тест развеет любые сомнения и даст Лиссе право голоса, но все это произойдет не сразу, и у нас будет время найти убийцу. И хотя мои друзья заметно продвинулись в этом направлении, у них все еще не было надежных доказательств того, кто именно совершил преступление.
Дмитрий бросил на меня взгляд, говорящий: «Не лги мне».
— Ты только что видела Лиссу. До выборов еще дело не дошло?
— Нет.
— Значит, ты можешь немного передохнуть.
— Со мной все прекрасно! — взорвалась я.
Однако эти идиоты меня не слушали. Зарегистрироваться в отеле было непросто, поскольку никто из нас не имел кредитной карты, а принимать наличные не соответствовало политике отеля. Соня принудила портье считать, что политика отеля именно такова, и нам быстро выдали ключи от двух смежных номеров.
— Дайте мне поговорить с ней наедине, — пробормотал Дмитрий Соне. — Я объясню ей.
— Будь осторожен, — предостерегла его Соня. — Она очень душевно неустойчива.
— Эй, ребята, я, между прочим, тоже тут! — воскликнула я.
Соня увела Джил в другую комнату.
— Пошли закажем какой-нибудь еды в номер.
Дмитрий открыл другую дверь и посмотрел на меня. Я вздохнула, последовала за ним и села на постель, скрестив на груди руки. Номер выглядел в сто раз приятнее того, в котором мы останавливались в Западной Виргинии.
— А мы можем заказать сюда еду?
Он подвинул кресло и сел напротив меня, на расстоянии чуть больше полуметра.
— Нужно поговорить о том, что произошло с Виктором.
— Не о чем тут говорить, — уныло сказала я. Темные чувства, которые я с успехом загоняла вглубь во время поездки, внезапно снова овладели мной. Окутали меня, не давая дышать. Ощущение клаустрофобии было сильнее, чем тогда в камере. Чувство вины само по себе тюрьма. — Я и впрямь убийца, как все говорят. И не имеет значения, что это был Виктор. Я хладнокровно убила его.
— Вряд ли это было сделано хладнокровно.
— Именно так, черт побери! — К глазам подступили слезы. — Что планировалось сделать? Одолеть его и Роберта, чтобы освободить Джил. Одолеть. Виктор не угрожал мне. Ради бога, он же был старик!
— А по-моему, угрожал. — Как обычно, чем сильнее во мне разгоралась истерика, тем спокойнее вел себя Дмитрий. — Он прибег к магии.
Я покачала головой и уткнулась лицом в ладони.
— Он не собирался убивать меня и даже вряд ли мог долго удерживать. Нужно было просто подождать или выскочить оттуда. Черт, я и выскочила! Но вместо того чтобы просто схватить его, швырнула о бетонную стену! А ведь он был мне не ровня. Старик. Я убила старика. Да, может, он и был склонен к интригам, испорченный старик, но я не хотела его смерти. Я хотела, чтобы его снова посадили под замок, чтобы он провел остаток дней в тюрьме, среди преступников, но живой. Живой, Дмитрий!
Странно все-таки, что я так это ощущала, учитывая мою сильную ненависть к Виктору. Но я говорила правду: это был нечестный бой. Я действовала не раздумывая. Меня всегда учили защищать мороев и сражаться с монстрами. Понятие чести никогда не всплывало, но внезапно оно стало много значить для меня.
— Я поступила с ним бесчестно.
— По словам Сони, это не твоя вина. — От мягкого голоса Дмитрия мне почему-то стало еще хуже. Лучше бы он обругал меня, согласился с тем, что я виновата. Хотелось, чтобы он относился ко мне критически Это побочный эффект использования духа.
— Это было… — Я замолчала, вспоминая кровавый туман, застилавший мне глаза во время боя. — До этого я никогда на самом деле не понимала, что Лисса переживает в свои худшие мгновения. Я просто смотрела на Виктора… и видела все зло мира… зло, которое должна остановить. Он был плохим человеком, но такого не заслуживал. Я не оставила ему ни малейшего шанса.
«Честь, — вертелось у меня в голове. — Какая в этом честь?»
— Ты меня не слушаешь, Роза. Это не твоя вина. Магия духа невероятно сильна и нами еще почти не освоена. А его темная сторона… Ну, мы знаем, побочные эффекты могут быть страшны. И справиться с ними невозможно.
Я подняла на него взгляд.
— Мне следовало быть сильнее. — Все эти ужасные эмоции, которые я испытывала… ужасные мысли на фоне чувства вины… — Мне следовало быть сильнее. Я проявила слабость.
На этот раз Дмитрий заговорил не сразу.
— У тебя нет оснований считать себя непобедимой и неподвластной высшим силам, — сказал он наконец. — И никто от тебя этого не ожидает.
— Нет, есть основания! То, что я сделала… непростительно.
Он в изумлении распахнул глаза.
— Это… безумие, Роза. Нельзя казнить себя за то, над чем не имеешь власти.
— Да? Тогда почему ты все еще…
Я оборвала себя, хотя собиралась обвинить Дмитрия в том, что он-то продолжает казнить себя. Вот только… больше он этого не делал. Испытывал ли он чувство вины за то, что творил, когда был стригоем? Уверена, что да. Соня тоже признавалась в этом. Однако где-то в процессе нашего путешествия он снова обрел контроль над своей жизнью, понемножечку, шаг за шагом. Соня говорила мне об этом, но только сейчас я поняла по-настоящему.
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 133
