ковер, ложась на спину, положив руку под голову. Сорвал травинку, пожевал, сразу ощутив сладковатый вкус и ни с чем несравнимый травяной аромат свежести. Как в далёком детстве, когда мы с родителями отправлялись на загородный пикник. Как давно это было, словно в другой жизни.
Беркут ткнулся мягкими губами мне в щёку, подхватив зажатую у меня в зубах травинку, втягивая её в себя.
— Эй, ты! Тебе что травы мало?! — возмутился я, шутливо пытаясь отобрать у него травинку.
Беркут отпрыгнул, дразнясь, приглашая поиграть. Я поддался на уловки своего любимца, немного побегав за ним по поляне, делая вид, что пытаюсь его поймать, но никак не могу!
— Ты победил! Мой неуловимый Беркут! — похвалил я коня, срывая пучок сочной травы и протягивая ему. Бархатные губы коснулись моей ладони, аккуратно забирая угощение.
— Ну, что, отдохнул? Нам с тобой ещё невесту искать. Интересно — какая она? — я внезапно задумался. До этой минуты даже не думал, как может выглядеть эта девушка, сотворившая настоящий оазис в пустыне.
В деревне меня встретили настороженно. Я заметил на улицах только женщин и детей, мужчин видно не было. Странно… Может, с утра пораньше отправились по делам?
Подъехав к колодцу, возле которого собралось несколько местных жительниц, я спешился, подходя ближе и одновременно глубже натягивая капюшон, пряча за ним лицо в маске. Поздоровавшись, спросил:
— Дозвольте коня напоить.
— Так пои, кто ж тебе не дает! — одна из женщин, закутанная в многочисленные платки и шали, указала на большое корыто возле колодца, в котором обычно держат воду для лошадей и другой живности. Только корыто это было совершенно пустым.
Кивнув головой, я подошёл к колодцу, беря в руки ведро, привязанное к длинной крепкой верёвке. Колодец оказался очень глубоким, первые несколько вёдер я доставал играючи, под одобрительными взглядами местных дам. Корыто постепенно наполнялось, а я надеялся таким образом заработать несколько очков к своему авторитету.
Когда Беркут, фыркая от удовольствия, склонился к полному корыту, я обратился к женщинам:
— Как бы мне увидеть вашего вождя?
— А зачем он тебе? И что такой красавец забыл в дальних пустынных землях? — прошамкала беззубым ртом самая старшая из них.
— По делу я, по очень важному делу. Из самого Леонгарда с указом от принца-консорта.
Женщины переглянулись между собой, а бабулька снова зашамкала:
— А что за указ-то?
— Так я его вождю отдам, а он уж огласит.
— Нету Азата. Он с другими мужиками табун на ярмарку погнал. Я за него, так что давай сюда свой указ! — не уступала упёртая бабка.
Вздохнув, я достал из-за пазухи свёрнутый в трубочку указ, передавая его старухе. Та, взяв его в руки, переломила сургучную королевскую печать, разворачивая свиток. Беззвучно пошамкав губами, передала его более молодой соседке.
— Накась, прочитать, что-то я глазами слаба стала.
Та, в полной тишине читала указ о начале королевского отбора. Присмиревшие женщины переглядывались между собой, видимо не понимая — они-то тут причём.
— Ты никак невесту тут искать приехал? Может, я подойду? — старуха приосанилась, выпятив сухонькую грудь.
— Угадали бабушка. Магический артефакт указал, что здесь находится девушка, предназначенная в невесты принцу Себастьяну.
Все замерли, слышно было, как мимо, жужжа, пролетел большой толстый жук.
— Как же ты её искать собираешься? — вновь отмерла неугомонная бабка.
— Так у меня имя претендентки есть. Розалина!
Женщины снова стали переглядываться между собой, но как-то недоумённо, пожимая плечами, словно они слышали это имя впервые.
— Дак нетусь у нас такой! Закира есть, Ильнура…
Сердце пропустило удар. Как нет? Артефакт же чётко указал на это место, да и лист с древа жизни подтверждал — девушка здесь, совсем рядом.
— Так можно, бабушка, я её поищу? У меня же указ — не выполню — принц с меня три шкуры снимет! — попытался я давить на жалость. Женщины — народ жалостливый.
— И как же ты ей искать станешь? — бабка попыталась заглянуть мне под капюшон.
— Так на руке невесты должен сам собой появиться магический браслет. По нему искать и буду. Браслет-то не простой, он сам заставит девушку отправиться в Леонгард, иначе плохо ей будет. С каждым днем браслет будет все сильнее сжимать её руку, а снять его может только принц.
Старуха выругалась, смачно, с чувством, с расстановкой. Поминая и принца и его браслет, который грозит оставить невинную девушку без руки.
Про наказание от браслета я, конечно, выдумал, хотя в свитке упоминалось, что он будет тянуть девушку к древу жизни, только каким образом — там не написали. Но может моя выдумка немного подтолкнет местных к действию.
— Так, девки, признавайтесь, у кого появилось новое украшение? — приказным тоном прошамкала бабка.
Женщины оживились, поднимая рукава и осматривая свои запястья.
— Ильнура, собери у моего дома всех женщин и девок — будем невесту принцу искать. А ты, соколик, пойдём, кумысом тебя напою, — бабка, довольно шустро для своего возраста, пошкандыбала между избами. Я, подхватив Беркута под уздцы, поспешил следом.
Скоро перед домом Фатимы, оказавшейся матерью вождя, собралась почти вся деревня. Женщины, девушки, девочки, по очереди подходили к нам, заворачивали рукава, показывая запястья.
Некоторые были совершенно пусты, на других позвякивали тонкие металлические браслеты, но всё это было не то, да и лист за пазухой, ни разу больше не шевельнулся, игнорируя весь этот смотр претенденток в невесты принца. Я чувствовал себя немного глуповато, но что не сделаешь на благо страны!
— Не то, всё не то! — я в раздражении потёр здоровой рукой лицо. Солнце уже давно стояло в зените, и под плащом нечем было дышать, — Есть ещё девушки?
— Дык, кончились все! — развела руками Фатима.
— Как все? — растерялся я.
Бабка задумалась.
— Камилы дома нет, она в соседнюю деревню лекарничать уехала, девочки её одни остались. Лина да Мальва. Только как без Камилы их смотреть… — бабка замешкалась, что для её деятельной натуры было странным. Я словно охотничий пёс почуял нужный след.
— У нас королевский указ, нужно смотреть всех! — припечатал я.
Бабка словно нехотя крикнула свою помощницу:
— Ильнура, сбегай к дому Камилы. Позови сюда Мальву и Лину, скажи — срочно нужно.
Девушка, взмахнув десятком мелких косичек, помчалась исполнять данное ей указание, а я смог, наконец, немного расслабиться, отпивая ещё несколько глотков кисловатого кумыса.
Глава 7
Кристиан
Вернулась Ильнура не одна, а в компании симпатичной девчушки лет двенадцати — тринадцати. Светлые волосы, заплетённые в толстую косу с кокетливой розовой лентой в тон платью, ясно говорили, что эта малышка не имеет никакого, даже отдалённого, отношения к темноволосым кочевникам.
