Дикий волк - Кэролайн Пекхам

— Да, — согласился он. — Прощай, гончая.

— Прощай, Пуд.

Я сжала его в последний раз, и мы расстались, выйдя из подвала и обменявшись последним взглядом, прежде чем он затрусил в сторону виноградников, где Данте веселился со стаей, а я повернула обратно к дому.

Эсме притаилась на кухне, ее глаза расширились при моем приближении, а в горле раздалось тихое хныканье.

— Ты отсылаешь меня? — спросила она, выглядя как побитый щенок, и я почувствовала себя дерьмом. Я была ее Альфой, и я ее бросала. Но если бы она оставалась со мной, это только приблизило бы ее к опасности.

— Только ненадолго, — пообещала я ей. — У нас есть дом стаи в Тукане, на северо-востоке королевства — слышала о таком?

— Разве это не тот модный городок рядом с Академией Зодиак, куда по выходным ездят пить всякие придурки? — спросила она, не испытывая ни малейшего энтузиазма по поводу этого места.

— Да. У нас там есть кое-какой бизнес — ведь там, где есть придурки, есть и деньги. И стая там тоже довольно крутая — они устраивают лунные пробежки по пляжу и каждую ночь веселятся так, будто это их последняя ночь на земле. Там есть горы и леса, и небо там такое темное, вдали от больших городов, что, клянусь, луна светит ярче, чем в любой другой части Солярии. Думаю, тебе понравится.

Ее лицо посветлело от моего описания, и она медленно кивнула.

— Если это то, что сделает тебя счастливой, Альфа, — сказала она.

— Знание того, что ты в безопасности и свободна, сделает меня счастливой, — согласилась я. — А Луи сказал, что пойдет с тобой, покажет тебе, что к чему, и останется там на несколько месяцев. — От меня не ускользнуло, что Эсме не сводила глаз с моего кузена Луи с тех пор, как мы вернулись сюда, и я решила, что обещание его компании подсластит ей сделку.

Как я и предполагала, ее глаза заметно посветлели при этом заявлении, и она бросилась ко мне, издав прощальный вопль и крепко обняв меня.

Я нашла Итана в самом центре вечеринки, которая проходила у виноградников: многие мои кузены, кузины, троюродные братья и сестры, а также разные друзья семьи — все они хлопали ресницами, пытаясь привлечь внимание этого нового и интересного Альфы.

Он пил пиво с Данте, казалось, не замечая поклонников, но при виде моего приближения вскочил на ноги.

— Ты нашла то, что нам нужно, любимая? Ты знаешь, где он? — спросил он, подойдя ко мне, чтобы сократить расстояние между нами, и часть моего напряжения улетучилась, когда он сжал мою челюсть своей грубой ладонью.

— Я работаю над этим, — ответила я, взяв его руку в свою. — Я собрала остальных в комнате с телевизором, чтобы мы могли решить, что делать дальше.

— Ты не хочешь остаться и повеселиться с нами, lupa? — спросил Данте, окинув меня оценивающим взглядом. Конечно, стая собралась в полном составе, чтобы снова проводить меня, но я не могла позволить себе ночную вечеринку, пока Роари все еще где-то заперт, и мы оба это знали.

— Думаю, будет лучше, если мы уедем сейчас, — сказала я ему, хотя, признаться, сердце мое болело от того, что я так скоро снова расстанусь с этим местом и своей семьей. Но без Роари это был не дом, и я не заслуживала того, чтобы наслаждаться им, пока он не будет с нами.

Данте кивнул.

— Леон хочет помочь, но ФБР следит за ним, пока они сами ищут Роари. Думаю, ему лучше отвлекать их внимание от того, что вы делаете, чем идти с вами и привлекать к себе еще больше внимания.

— Да, — согласилась я. — Он должен заставить ФБР смотреть в другую сторону, пока мы охотимся. Я верну Роари, и тогда мы снова сможем быть вместе, как и положено, — властно поклялась я, и Данте кивнул в знак согласия, протягивая мне мешочек со звездной пылью.

— Я знаю, что так и будет. A morte e ritorno, Роза.

— A morte e ritorno, — ответила я.

Данте похлопал Итана по плечу.

— Старайся лучше, stronzo. А то в конце концов ты можешь пожалеть, что я до сих пор не знал, кто ты такой.

Итан поднял подбородок в ответ на этот вызов, но не возразил.

— Я сделаю это, — сказал он. — Вот увидишь.

Я взяла Итана за руку и повела его прочь от музыки и вечеринки, направляясь обратно в комнату с телевизором, где нас ждали Кейн, Гастингс и Син.

— Джек, — сказала я, снова становясь перед ними, и Гастингс поднял голову, чтобы посмотреть на меня, весь такой потерянный ягненок и все еще немного очарованный. Я вздохнула. — Тебе следует вернуться в ФБР. Тебе не обязательно возвращаться в Даркмор, я уверена, что они примут твою отставку. Мы можем стереть твои воспоминания об этом месте, чтобы они не смогли сказать, что ты вообще сюда приходил…

— Нет, — сказал Гастингс, более твердо, чем я когда-либо слышала, чтобы он обращался ко мне. — Я не тот, кем был раньше. Я… я думаю, что теперь я преступник. Моя душа потемнела и уже никогда не станет чистой.

Я посмотрела на Кейна, который недовольно закатил глаза.

— Ты не нарушил никаких законов, — медленно произнесла я. — Ты не преступник…

— Это в моей душе, — ответил Гастингс, проведя руками по светлым волосам и откинув челку так, что она упала вперед и заслонила глаза. — Посмотрите на меня. Теперь я совершенно другой человек.

Я действительно посмотрела на него. Посмотрела и увидела своего мальчика из хора с растрепанными волосами и кучей травм, которые, надеюсь, утихнут, когда он оправится от шока, вызванного тем, свидетелем чего он стал. Но закоренелого преступника я не видела.

— Так…

— Ой, а можно мы его оставим? — ворковал Син, обнимая Гастингса и прижимая его к себе. — Посмотри, какой он милый. И он хочет играть с нами в переодевания. Могу поспорить, мы могли бы обучить его быть нашим подчиненным — у него уже есть лунные глаза5 для тебя, котенок, и он довольно приятный на вид.

— Перестань оценивать его так, словно он корова, пришедшая на рынок, — фыркнул Итан, и щеки Джека покраснели.

— Я действительно думаю, что тебе стоит пойти домой, Джек, — подтолкнула я.

— Оставь его в покое, — проворчал Кейн. — У него открылись глаза на это место и на правду о нем. Если судить по тому дерьму, что творилось в