могло быть иначе! Мама говорит: «будь лучшим, иначе зачем вообще быть».
Я посмеялся над Лорной.
«Выбор? О каком нахер выборе ты говоришь? Он у меня есть? Да ты что!»
Она привычно пожурила меня за сквернословие и завела свою любимую песню:
«Ты прав. У тебя нет выбора. Учеба — только прикрытие, но ты никуда не поедешь. Забыл, какая у тебя роль?».
Чтобы добить, она пригрозила, что меня найдут и убьют. Здесь я под её защитой, под защитой нашего Ковена. Та же мать Мелиссы с удовольствием со мной расправится, если я буду болтаться в Калифорнии или где-то ещё. Подошлет своего черноглазого гада и он свернёт мне шею в тёмном переулке.
«Мой брат…»
Она вдруг осеклась.
«Он что… был таким же, как я?»
«Нет, но… Не будем об этом».
Она поняла, что сказала лишнего и поспешила перевести тему. Тут же стала смертельно-печальной и попыталась сделать вид, что разделяет моё недовольство. Какая же она, чёрт возьми, хитрая. Чёртова манипуляторша. Сказала так тихо, словно ей стыдно в этом признаться:
«Я тоже это не выбирала, Итан. Мне жаль. Другого пути нет».
Ей жаль. Нифига ей не жаль. Но она ошибается. Есть другой путь. Он ведёт в зеркало.
29 января 2004.
Шейн всё ещё молчит.
Я устал ждать, но и дёргать его слишком часто не стоит, чтобы не подкреплять Лорну в её подозрениях. Она и так после той ссоры ходит злая и мрачная, больше, чем обычно. Поди ждёт, что я начну собирать вещи для эмиграции в Л.А. С особой тщательностью следит за каждым моим шагом, даже дневник лишний раз доставать опасно, чтобы она не пронюхала, где он спрятан. И пока никакого острова. Никаких зеркал.
Тоска смертная.
Недавно на парковке у школы ко мне подошла одноклассница. Мы прежде не общались, за годы учёбы и пары слов друг другу не сказали. Она… обычная девчонка, серой мышью не назовешь, но и не отсвечивает. Некоторые люди как массовка в кино — что они есть, что их нет. Я как-то не обращал внимания на её существование.
Она вдруг спросила, куда делись очки. Отмахнулся, что куда надо, туда и делись. Они мне не нравились, их больше не будет. Тема закрыта. А она заявила, что ей жаль, потому что «они мне шли». И вообще — «не стыдно быть умным и начитанным».
Чушь какая-то. Я только после понял, что это был такой нелепый подкат. Мне всё это, конечно, не нужно и не интересно сейчас, но из этого могла бы получиться польза.
Лорне бы понравилось, что я углядел тут возможность. Она же хочет, чтобы я стал таким же, как она — хитрым и изворотливым. Что же…
Мы с той девчонкой идем на выходных в кино, но никакого продолжения тому не будет. Мне просто нужна «легенда», чтобы выбираться на остров. Сто лет не видел Джуди. Надо проверить, явится ли она ещё.
Девчонку из школы Лорна ещё переварит, а вот маленькую подружку из другого измерения вряд ли.
15 февраля 2004
В феврале меня всегда накрывает депрессия, становится тошно от зимы. Она кажется бесконечной, ведь в марте погода в Новой Англии тоже поганая. Только в апреле станет полегче.
Немного отвлекает учёба. В выпускном классе большая нагрузка, все готовятся к экзаменам и выбирают, куда идти дальше. Мы пару раз повздорили на эту тему с Лорной, но так ни к чему и не пришли. Я думаю, что колледж вообще придется отложить.
В ноябре меня ждёт Посвящение, а после него нужно будет «въезжать» в дела долбанной общины. Мама не вдается в подробности того, как проходит инициация, правила запрещают. Но я не жду ничего хорошего. У магов чокнутые обычаи, скорее всего, это пренеприятная процедура, которая мне ничуть не понравится.
Не исключаю, что это опасно для жизни. Я хотел бы избежать Посвящения, но, боюсь, не получится. Шейн все ещё кормит меня обещаниями. Пока вся надежда на него.
Чтобы не сойти с ума от нескончаемой зимы, я ищу в своём безрадостном существовании что-то хорошее.
Первое: иногда посещаю тот гавайский пляж, чтобы посмотреть на солнце, садящееся в океан. Хотя бы не забуду, как оно выглядит, а то в Новой Англии небо постоянно затянуто облаками. У семейки Луизы и то более здоровый цвет кожи, чем у жителей нашего города.
Второе: Джуди. Я хожу на остров, прикрываясь свиданками с одноклассницей. Приходится отгонять машину в центр города, чтобы усыпить бдительность Лорны, а потом добираться обратно на общественном транспорте, но иначе никак. Не слишком часто, но моя мелкая подружка из другого измерения всё же приходит. Она подросла и поумнела.
Ей уже девять, но ещё рано спрашивать её, как она проворачивает свои передвижения между мирами. Пока с ней приятно и просто провести время.
Странно. Я не люблю детей, никогда не стремился с ними общаться. Это, наверное, какая-то чокнутая форма стокгольмского синдрома, что я к ней прикипел. Ведь мы с Джуди в каком-то смысле связаны.
Связаны смертью. Связаны островом.
Я хочу попасть в её мир. Там, скорее всего, я мёртв, а значит свободен.
16 марта 2004
Наконец-то!
Шейн сам позвонил. Предложил провести с ним выходные на день Святого Патрика, почему-то в Нью-Йорке. Не помню, писал ли я здесь, как я ненавижу этот город. Там слишком много… всего. Людей, машин, шума. Вот где бы я точно не хотел жить. Калифорния и то лучше.
Лорна крутилась поблизости, чтобы подслушать, о чём мы договариваемся. Обиделась, наверное, что он не приехал, как в том году. А может и нет, её не поймешь. Поджала губы:
«С каких это пор Шейн стал ирландцем?»
Я объяснил, что ему, в сущности, плевать на праздник. Просто он любит кутить, ему нужен повод, а тут он весомый. Можно подумать, она не знает.
С Шейном ей всё понятно, а со мной нет. Мне то это зачем? Я не поклонник таких развлечений, меня пьяными студентками и «гиннесом» из дома не выманишь.
Я всё тщательно взвесил — дурное влияние отца или мутные эксперименты. Выбрал меньшее зло, гореть мне за это в аду.
Но цель оправдывает средства. Так что принялся убеждать Лорну, что мне захотелось как-то разнообразить свою жизнь. Мне, в конце концов, уже семнадцать. Она сама заверяла, что мы можем «проводить время» с простыми людьми, в этом нет ничего плохого. Почему бы не гульнуть как следует, а то потом, после Посвящения, уже будет не до
