мужчины, прижимая к себе сильнее. Через полуприкрытые веки я видели возбужденные, голодные темные взгляды других мужчин и это невероятно сильно возбуждало и заводило Я сама не ожидала от себя такой похоти и разврата.
Мои пальцы запутались в его волосах, а тело выгибалось совершенно мне не принадлежа. Чертов афродизиак. Надо было сразу же опустошить желудок, хотя…. В этом случае мне не было бы так хорошо. О боже… Как же хорошо…
– Да малышка, кричи для нас, – произнес Рауль и я поняла, что последние слова произнесла вслух. Рауль сидел напротив меня в кресле полуобнаженный и держал в руке свой член. Он с жадностью пожирал нас глазами и гладил по нему вверх и вниз, а я смотрела на него, пока Эрнан вылизывал меня, захватывая губами клитор и сжимая, от чего мое тело сотрясали мелкие импульсы удовольствия. Я застонала, не в силах сдержать нахлынувшие чувства.
Каждая клеточка моего тела звенела от возбуждения. Это было что-то невероятное, что-то, чего я никогда не испытывала раньше. Это было… пьяняще.
Разум отступил на второй план, уступив место чувственности. Остались только ощущения. Я чувствовала, как учащается его сердцебиение, как напрягаются мышцы под моей рукой.
Это было волшебно, нереально. Словно я попала в другой мир, где нет правил и ограничений, только бесконечные возможности для наслаждения.
Внутри меня бушевал ураган эмоций. Смущение, восторг, страх, любопытство – все смешалось в один гремучий коктейль. Я не понимала, что происходит, но мне это нравилось. Я хотела большего.
Роберт молча наблюдал, словно хищник, выжидающий момента. В его глазах плескалась тьма желания, и я знала, что его сдержанность на пределе. Его молчаливое присутствие лишь усиливало мое возбуждение, добавляя щепотку опасности в царящую атмосферу.
Я почувствовала, как Эрнан, словно почувствовав мое волнение, усилил напор. Он присосался к моему клитору, вытягивая из меня стоны, переходящие в крики. Мое тело извивалось, стремясь к еще большему удовольствию. Я чувствовала, как приближается оргазм, неотвратимый и всепоглощающий. Первый в моей жизни оргазм.
– Да! Да! – кричала я, не в силах контролировать себя.
Рауль, видя мое состояние, ускорился. Его движения стали более размашистыми и грубыми. Я видела, как он смотрит на меня, его глаза горели вожделением. Он словно наслаждался зрелищем моей агонии.
И вот он наступил, оргазм. Мощный, всепоглощающий, выворачивающий наизнанку. Я закричала, и мой крик смешался со стонами и хрипами мужчин. Мое тело содрогалось в судорогах, а сознание растворилось в океане наслаждения.
Когда волна схлынула, я почувствовала себя опустошенной, но в то же время невероятно умиротворенной. Я лежала в кресле, тяжело дыша, и смотрела на мужчин, которые смотрели на меня, как на богиню.
– Что ж, – прошептал Роберт, нарушая тишину. – Кажется, пришло время и мне получить свою долю.
Он подошел ко мне, его движения были медленными и уверенными. Я не знала, что он собирается сделать, но я не возражала. Я хотела его.
Я все еще пыталась отдышаться, когда Роберт наклонился ко мне, его сильные руки скользнули под мои плечи и колени. Он подхватил меня на руки с такой легкостью, словно я ничего не весила — просто перышко в вихре его силы. Мое тело, еще дрожащее от только что пережитого оргазма, прильнуло к его груди, и я почувствовала жар его кожи сквозь тонкую ткань рубашки. Афродизиак все еще бурлил во мне, заставляя сердце колотиться в бешеном ритме, а кожу гореть от каждого прикосновения.
– Роберт… – прошептала я, но голос вышел хриплым, прерывистым. Я не сопротивлялась, нет — напротив, инстинктивно обвила его шею руками, прижимаясь ближе. Его запах, вот настоящий афродизиак, ударил в голову, усиливая туман желания.
Он не ответил, только крепче сжал меня, шагая через комнату к широкой кровати. Эрнан и Рауль следовали за нами, их шаги эхом отдавались в тишине. Я краем глаза видела, как Эрнан стягивает с себя остатки одежды, а Рауль, все с той же ленивой усмешкой, уже был полностью обнажен, его тело блестело в свете камина. Возбуждение в воздухе было почти осязаемым, густым, как дым.
Роберт опустил меня на мягкие простыни осторожно, но твердо — словно я была сокровищем, которое он не хотел повредить, но и не собирался выпускать из рук. Кровать прогнулась под моим весом, и прохлада льна контрастировала с жаром моего тела, заставив меня выгнуться.
