Вот только ее старший ничего сказать ей не дал.
— Не нравится мне тут, пойдем, поговорим в другом месте? Адмирал, ты как, сам дойдешь или помочь?
Услышав такое фамильярное обращение, Слава только накрепко сцепила зубы, крепясь изо всех сил, чтоб не сделать сыну ненужное замечание. В этом мире на вы называли только тех, кто был намного выше по положению. А Стан никак не желал считать себя кем-то вроде наемника ли прислуги.
— Сам дойду… спасибо тебе, что пришел. Извини за те слова…
— Я понял, не извиняйся. Ты очень здорово его провел, и отвлек внимание. Ну и Барри с Фанни молодцы, скрутили его просто профессионально. Ма, давай руку… ты что это так трясешься? Все уже о-кей.
Она вовсе не тряслась, это просто откатывала запоздалая тревога о старшем сыне… и о тех, что остались веселиться в королевской столовой… да и о себе самой. Слава судорожно выдохнула и тут же почувствовала прикосновение морянских рук к шее и сразу знакомое холодное отвращение, неприятие чужого вмешательства.
— Я же просила! — рассердившись, отстранилась землянка и с изумлением услышала в ответ тихий смех.
— Злость очень хорошо помогает прогнать другие чувства…
Некоторое время Слава шла молча, а когда адмирал решительно открыл одну из дверей, за которой оказалась залитая солнцем комната, то ли гостиная, то ли кабинет, судя по книжным шкафам, сконфужено пробормотала:
— Спасибо.
— Все в порядке, — моряна улыбнулась подбадривающе, и первая устроилась на широком диване. — Что это за комната?
— Это читальня. Вон там обычно сидит чтец, а тут королева и гости… занимаются своими делами и слушают чтение, — адмирал посмотрел на чуть озадаченное гладкое лицо и осторожно добавил, — королевская жизнь не такая уж веселая штука, нужно не менее половины периода проводить с гостями и посетителями. В замке постоянно кто-то живет, посланники других государств, люди, оказавшие королеве важные услуги… все те, кого нужно тщательно охранять. Здесь это проще всего.
— Надеюсь, мы не застрянем тут очень надолго, — неожиданно даже для себя выдала Слава и осеклась, а куда им идти, когда и в самом деле придет время выезжать из замка?
— Этот вопрос мы решим, — как-то кисловато сообщил адмирал, — хотя для вас тут тоже самое подходящее место… но собственный дом или имение королева обязана вам подарить.
— Для начала я хотела бы знать, — вскользь заметила русалка, — что там с моим домом? Надеюсь, там все в полной сохранности? Мои сестры много сил отдают наведению порядка и выращиванию цветов и целебных трав… они будут очень огорчены, если там что-то испорчено.
— Моряна! — Возмутился адмирал, уставившись на нее укоризненно, — как ты можешь? Да я пошлю туда всех садовников Дилла… они тебе травинку к травинке причешут…
— Просто тот дом я дарю Ярославе, все равно сама я тут бываю очень редко. И не хотелось бы преподносить разгромленное имущество, — невозмутимо сообщила моряна, — но согласна, что решить это можно и не сегодня.
— Моряна, — растерялась Слава, — мне, конечно, приятно… но зачем? Тина говорила, вы и так живете очень экономно… может не нужно? Действительно… королева что-то подарит.
— Так, поскольку все уже успокоились, давайте вернемся к консорту, — внезапно резко прервал деление недвижимости Стан, — а чтоб ни для кого ничего не повторять, я вызываю сюда Конса и Тину с принцами.
— Зачем?! — адмирал подскочил как укушенный, — пусть бы принцы развлекались! Им и так досталось!
— Инвард, — мягко произнесла моряна, — они успеют и отдохнуть и развлечься. Потом. Сейчас нужно все решить, раз и навсегда. Мы тебя чувствуем, и я и Стан, твоя боль уже сидит у меня в спине, как игла. И отлично понимаем, ты хочешь отодвинуть момент объяснения с детьми. Но это ошибочное решение. А кроме того, они немного неправильно понимают ситуацию. Мы не для того спасали королевство, чтоб вернуться к той же ситуации, в какой оно было до переворота. И свою половину победы я вовсе не собираюсь дарить Дагеберту… он, конечно, много перенес и много понял, но королем становиться ему рано. Да и нельзя, Хамшир только этого и ждет.
— И чего же ты хочешь? — подозрительно уставился на нее адмирал, даже кажется дышать забыл.
— В первую очередь, мирной и спокойной жизни объединенному государству людей и морян, — твердо произнесла русалка, и Слава мысленно поаплодировала достоинству и величию, с какими это было сказано.
— Но ведь это… — Инвард запнулся, не находя слов выразить то, что он испытал в тот момент.
— Что случилось? — в комнату почти бегом ворвался Конс, следом за ним влетели Тина, Тарос и Юна.
Майка отстала от них всего на один шаг.
— Сейчас объясним, — спокойно кивнул им в сторону диванов Стан, — только подождем принцев.
— Ты собираешься… — снова запнулся адмирал, и Ярославе вдруг стало смешно.
И грустно. Как же он напуган тем, что что-то опять встанет между ним, его любимой, и неожиданно найденными, но так до конца и не обретенными детьми. Как истово пытается сделать для них все, что в его силах, чтобы они почувствовали себя свободными и значимыми, даже не замечая, что тем самым напрочь перекрывает самому себе все пути к заслуженному счастью.
Мужественный человек, несколько минут назад спокойно смотревший в лицо собственного убийцы, боится слов осуждения, которые может обрушить на него плохо разбирающийся в людях и событиях озлобленный калека.
— Что здесь происходит?
А вот и он, легок на помине. Сидит, гордо выпрямившись, в своем кресле, и только сбившееся с высохших ног одеяло, да запыхавшаяся Адистанна свидетельствуют об их спешке.
Моряна медленно обвела взглядом присутствующих, но так и не обнаружила ни одного добровольца, сказать вместо нее те слова, что резко отрежут для всей страны и прежде всего для этих двоих путь к прошлому. Едва заметно усмехнулась и очень вежливо пояснила:
— Мы расследуем покушение на жизнь адмирала ле Бенедли и заодно составляем указ об изменении формы управления Сузердом и его статуса. Отныне он будет не королевством, а федерацией двух рас. И управляться будет соправителями. От своей расы управлять буду я, а от расы людей эту должность займет адмирал Инвард Ле Бенедли.
Некоторое время все озадаченно молчали. Адистанна недоуменно блуждала взглядом по лицам присутствующих, силясь понять, плохо или хорошо для нее то, что она услышала, Дагеберт что-то обдумывал, мрачно уставившись взглядом в окно. И, наконец, не выдержал.
— Тогда зачем сюда позвали нас?!
— Чтоб объяснить вам, что именно произошло двадцать лет назад и к чему это привело в настоящем, — так же вежливо сообщила русалка.
