домов деревни кочевников!
— Господин Кристиан, садитесь за стол, я пирог испекла. С яблоками! — позвала меня Мальва.
Старшая сестра с недовольством глянула на младшенькую, но промолчала. Она вышла в другую комнату, оставив нас вдвоём, но уже через минуту вернулась, неся в руках фарфоровый тазик и кувшин с водой.
— Вам следует вымыть руки с дороги, — она поставила кувшин на край стола, положила рядом полотенце и снова вышла.
— Давайте я вам помогу! — резвой козочкой подскочила Мальва.
— Спасибо, буду очень благодарен, — я снова улыбнулся, в который раз забыв про свою пугающую улыбку.
Но малышка нисколько не испугалась, подхватив кувшин, намериваясь поливать из него мне на руки. Я протянул над тазом здоровую руку, ополаскивая её под прохладной струёй.
— А вторая? — Мальва взглядом указывала на кожаную перчатку, скрывающую от всех последствия проклятья.
— Я никогда не снимаю её. Старая рана.
— Очень больно? — девчушка сделала большие глаза, сочувственно глядя на меня.
Это было так странно, меня уважают, боятся, ненавидят, но никогда не жалеют и уж точно не сочувствуют!
— Ничего, я привык.
— Нужно обязательно показать Лине. Она что угодно может вылечить! Когда Назира совсем мёртвого в деревню принесли, она несколько часов с ним провозилась, но вылечила! Мне запретили смотреть, думают я ещё маленькая, а я не маленькая, я тихонько через задки прокралась и всё видела! — доверительно сообщила Мальва.
Вернулась Лина, она сменила свою шапку на платок, повязанный вокруг головы на манер тюрбана. Я заметил, что она тоже успела умыться и сейчас её щёки розовели румянцем.
Девушка села за стол и Мальва сразу же поставила перед ней бокал с чаем и блюдце с куском пирога.
— Остыл совсем, я ещё утром испекла. Правда, это последние яблоки….
Лина взяла ложечку, машинально помешивая чай, думая о чём-то своём. Мы с Мальвой продолжили светскую беседу, но девушка нас, кажется, даже не слышала. Отложив ложечку, она откусила немного пирога и, положив остаток на тарелку, потёрла запястье, досадливо поморщившись.
— Сколько у нас есть времени до королевского отбора?
От неожиданности я на автомате ответил:
— Неделя.
— Я так понимаю — действие браслета будет только усиливаться? — она снова потёрла запястье.
— Так сказано в древнем манускрипте, — подтвердил я.
— Как же всё не вовремя! И тётушки Камилы нет, и Азат уехал.
У девушки был такой вид, словно она решилась на что-то не очень приятное, и источником этих неприятностей, определённо был я. Во всяком случае, именно это читалось в её взгляде, стоило ей поднять голову и глянуть прямо на меня.
— Я не могу оставить сестру одну. Я поеду с вами, если вы пообещаете мне взять её с собой!
— Лина! О чём ты? — Мальва смотрела на старшую сестру широко распахнутыми глазами.
Розалина молча подняла рукав, на её запястье тускло поблёскивал широкий браслет. Я даже издалека понял, что это он, тот самый. По золотому ободку были начертаны старинные письмена, совсем как в древнем манускрипте.
На браслете было написано, что эта дева является невестой принца. Сомнений больше не было, я нашёл её. Только почему-то я не испытывал ни радости ни облегчения, до последнего надеясь, что невестой Себастьяна окажется совсем другая девушка.
— Он с каждым часом становиться всё тяжелее, если и дальше так пойдёт — я не смогу даже поднять руку, — Лина не жаловалась, просто констатировала факт. Особой радости в том, что она стала невестой принца, я тоже не увидел.
— Нам нужно выехать вечером, до темноты. В ночное время передвигаться по пустыне намного комфортнее. Если вам нужно что-то собрать в дорогу, думаю нужно начать прямо сейчас! — посоветовал я.
— Как не вовремя уехала тётушка Камила и Азата тоже нет! — Лина поморщилась как от зубной боли. А вот ей младшая сестра наоборот выглядела очень довольной.
— Вы же понимаете, что я не могу оставить сестру одну. К тому же незамужняя девушка не может путешествовать наедине с мужчиной. Лина, ты поедешь со мной, иди, собирай вещи. А тётушке мы оставим записку, она всё равно в столицу переезжать собиралась. Нагонит нас чуть позже.
— Правда? Я поеду с тобой?! — Мальва подпрыгнула на месте, захлопав в ладоши, но затем видимо вспомнила, что они в доме не одни, резко остановилась и, выпрямив спинку, степенно вышла из комнаты, правда в дверях всё же обернулась и, понизив голос, спросила:
— А шкатулку возьмём?
— Возьмём! Иди, собирайся! — по лицу старший сестры скользнула улыбка. Я заметил, как смягчалось её лицо, когда она смотрела на младшую сестру.
А вот когда она повернулась ко мне, взгляд стал жёстким, словно я лично был виноват во всех её бедах.
— Я бы конечно могла путешествовать верхом, но для Мальвы придётся брать повозку. Вождь племени погнал табун лошадей на ярмарку, поэтому повозку придётся просить у его матери.
— О, я с ней уже знаком, премилая старушка!
— Я бы не была так в этом уверена, — скептически хмыкнула Лина, — Впрочем, дерзайте! — она широко взмахнула рукой в сторону двери, намекая, что мне стоит заняться поиском подходящего для девушек транспорта.
Что имела ввиду Лина я понял, как только заикнулся о том, что забираю сестёр с собой и для этого мне нужна крытая повозка. Милая старушка резко посерьёзнела, взгляд стал цепким, сгорбленная спина выпрямилась. Она нивкакую не хотела отпускать со мной девушек, заявив, что в отсутствии неведомой мне тётки Камилы полностью отвечает за сестёр.
Мне пришлось снова доставать указ, скреплённый королевской печатью. Бака сразу притворилась слепой, глухой, добавив, что она и читать-то разучилась. Аргументом для неё стало лишь упоминание о магическом браслете, который может навредить девушке, если она срочно не отправиться Леонгард.
Лишь после этого, сердито ворча себе под нос, она вновь крикнула Ильнуру, велев той разыскать некого Ратмира.
— С вами поедет мой младший внук. Надо же кому-то повозкой править. Да и за девочками он присмотрит, — при этом она так зыркнула в мою сторону, словно я задумал непотребство какое.
В общем — к тому времени, как была готова повозка, бабка из меня всю душу вытянула. Правил повозкой тот самый паренёк, что сопровождал Лину на пастбище. Он был чрезвычайно горд, что ему доверили такую важную миссию.
В повозку загрузили несколько корзин с припасами и только после этого мы отправились к дому девочек.
На крыльце я заметил Мальву, которая сидела на небольшом сундуке, у её ног стояла корзинка, заботливо прикрытая полотенчиком.
Увидев нас, малышка метнулась в дом, возвращаясь со старшей сестрой, которая так и не подумала переодеться, разгуливая в мешковатых мужских штанах.
Я
