Бэан’на Даэр’аэ? У нас что же, любовь с первого взгляда?
Тихий искренний смешок не укрылся от нее.
– Нравишься, дурак ты эдакий.
Иллай отстранился, прикусив губу, лишь бы сдержать улыбку. Бесстыжие лапы спустились вниз, пощекотав обнаженную кожу, и подцепили край ее шелковой сорочки, потянув его вверх:
– Так и знал. В академии ты ругалась исключительно со мной. По поводу и без.
– От счастья не тресни.
Сорочка полетела на пол, а Шерган продолжил скользить ладонями по контурам ее тела, нарочно избегая самые чувствительные точки:
– Можно мне отдать приказ?
От предвкушения ее обдало таким жаром, что лед внутри нее притих:
– Можно.
– Закрой глаза.
Бьянка послушно сомкнула веки:
– Что дальше?
Тихий скрип кровати, движение воздуха в комнате… Иллай точно встал и обошел ее по кругу. Это она ощущала отчетливо.
– Доверься, – муж взял ее руку в свою, его крепкая грудь прижалась к ее обнаженной спине. – Даэр’аэ, научи меня. Покажи, как сделать тебе приятно. Та наша ночь… Она была слишком короткой. Сумбурной. Ты моя жена, а я совсем не знаю твое тело.
Предаваться разврату в доме у друзей – не то, чем занимаются приличные девушки, но… Приказ есть приказ.
Бэан’на обратилась к источнику силы, и в комнате существенно похолодало. Для того, чтобы покрыть льдом стену напротив, зрение ей не требовалось, а вот за реакцией Иллая на ее слова и действия она бы проследила с превеликим удовольствием:
– Я открою глаза?
Муж многозначительно хмыкнул:
– Даже так? Желаешь посмотреть, как я тебя касаюсь?
– Даже так.
– Открывай.
Зеркала в гостевой спальне Астории не доставало. Вернее, оно имелось, но в ванной комнате, да и то обзор давало лишь по плечи, в отличие от стены, которую она заморозила. Четкость изображения, конечно, хромала, но… Так, пожалуй, даже лучше.
Бьянка видела свою фигуру, пусть и размытую. Белоснежную фарфоровую кожу, узкую талию, длинные ноги. Пышную для ее комплекции грудь с едва различимыми на льдистой поверхности розоватыми вершинками.
Смуглое тело Иллая у нее за спиной. Его плечи, испещренные венами руки. Черные глаза… И губы, что припали к ее шее в порочном поцелуе.
ГЛАВА 13. ЕДИНЕНИЕ
Иллай.
Той ночью, дома у друзей, Иллай узнал, что в жены он взял настоящую бесстыдницу… И ему это понравилось. Бьянка не тушевалась, не краснела от смущения, не боялась показаться неловкой, а главное – Даэр’аэ не пыталась доставить ему удовольствие в ущерб себе. Куда там. Маленькая эгоистка из него все соки выжала и к утру дрыхла как убитая, завернувшись в одеяло, пока он сидел в кресле у окошка и не мог отвести от нее взгляд.
В постели Бьянка была такой… Самобытной, что ли. Действовала больше по наитию, ориентируясь исключительно на свои ощущения, а не на список каких-то поз и манипуляций, которым обычно руководствовались юные барышни, начитавшись нынче модных книжек по теме: «как стать хорошей любовницей будущему мужу».
Даэр’аэ, кажется, о подобной литературе не слыхала, ибо делала лишь то, что хотелось ей самой. Когда она покрыла стену льдом, а потом бесстыдно наблюдала за тем, как он ее ласкает, Иллай чуть не умер на месте. Никогда в жизни он не испытывал столь сильной эмоциональной связи с женщиной в этот интимный момент, ведь девушки обычно прятали глаза. Амалерия в том числе. А уж о зеркальных поверхностях в спальне вообще не шло и речи.
Но его жене и этого было мало. В миг единения их тел Бэан’на заморозила потолок и дала возможность наблюдать уже ему, и он резко усомнился в том, что продержится дольше минуты и не опозорится как мужчина.
Лед плохо отражал в полумраке, но даже размытые контуры свели его с ума… Пышная грудь мерно покачивалась с каждым движением этой «всадницы», что само по себе – услада для мужского взора, но стоило ему коснуться ее так, как ей нравилось, Бьянка замедляла свой темп и закидывала голову назад. И там, на потолке, он следил за тем, как в исступлении она кусает губы, а в лазурных глазах полыхает такой огонь, какой не снился ни одному огненному магу.
Права была Астория. Влип он грандиозно. Втрескался в дочь самого невыносимого типа на свете, который никогда не даст им жить спокойно. Править вместе Эльсинором и рожать детей. Хотя он понятия не имел, хотела ли сама Бэан’на детей.
Эту тему они не обсуждали никогда, тем более что их стихии находились в конфликте, и продолжение рода грозило ей серьезными последствиями. Но раз она с маниакальным рвением опекала приюты, значит, они всегда могли какую-нибудь милую девчонку или озорного мальчишку взять на воспитание во дворец.
Иллай считал, что чужих детей не бывает. Особенно, учитывая тот факт, что все те, кто жил в приютах, осиротели по той причине, что когда-то его отец не смог договориться с Килденгардом, и дело кончилось войной, которую Эльсинор проиграл.
– Шерган, – Бьянка сладко потянулась. – Ты чего такой хмурый?
– Думал о приютах…
Расслабленный настрой жены как ветром сдуло:
– Случилось что-то? Так и знала! Приют на проспекте Кишах, да? Говорила тебе сто раз, что нужно сменить их руководство! Но когда ты меня слушал?
– Даэр’аэ, спокойно! Ничего не случилось. Отбой тревоги.
Бьянка откинулась обратно на подушку, но вздох облегчения он расслышал:
– Зачем пугаешь с утра? Расселся весь такой задумчивый, а мне гадай, что стряслось. Так что с приютами?
Что с приютами? То, что его семья провалилась, как монарший род, а он не в силах был это исправить. Ему не вернуть родителей тысячам сирот.
– Вспомнил, кто виноват в том, что в одной только столице у нас их больше, чем на всем континенте.
– Боги, Шерган. Ну ты чего, – Бьянка приподняла краешек одеяла и похлопала ладошкой по матрасу. – Иди ко мне. Нашел из-за чего переживать. Это ошибка твоего отца. Не твоя. Ты не несешь ответственности за его деяния.
Иллай скинул брюки и рухнул на кровать, прижав жену к себе:
– Скажешь тоже. Не несу. Я – Шерган.
– А я – Даэр’аэ. Тебе перечислить список достижений моего папеньки? – Бэан’на принялась загибать пальчики. – Решил приструнить контрабандистов и пиратов, в результате чего мы с братьями лишились матери. Это раз. От его рук сколько тысяч демонов пали, забыл? Это два. Умудрился рассорить Ларкию и Эр’кейрос – единственные острова, которые не признали его власть. Да так, что бывшие союзники пошли друг на друга войной, и теперь там пепелище, а мы на их землях добываем руду. Это три… Мне продолжать?
– И ты все это тащишь на себе. Я не прав?
Бьянка пожала плечами:
– Пожалуй, прав. Но я так больше не хочу. Иллай, давай вернемся в Эльсинор. Я заберу в суде заявление, но с одним условием.
Ее губы манили, а ее слова… Он не выдержал. Поцеловал жену. Поймал ее тихий стон, рукой легонько сжал истерзанную его
