на мужа беспомощно. Вот и все… Барти помогал спуститься императрице и расчищал для нее дорогу в толпе, Таурон в сопровождении Квиллы двигался следом. А она не могла сдвинуться с места… Чак поймал этот взгляд, подал руку и они спустились вдвоем. Народу, кажется, это понравилось, и их радостно освистали под оживленный гомон и гвалт аплодисментов.
— Идем, я провожу тебя до ворот.
Вообще-то, провожали до ворот все. Толпа шла следом. Тильда то и дело проверяла маску, потому что зрение туманилось.
Как он справится здесь, в этом серпентарии?..
— Свисток Голубинки с собой? — напряженным шепотом уточнил Чак, стискивая ее руку.
Она помотала головой, поскальзываясь на утоптанном снегу. Он поддержал.
— Он у Нарви…
— Напишу Фальке и пусть вернет. Пришлю тебе первым письмом. Держи его при себе. Ты должна быть всегда на связи.
Тиль горько рассмеялась.
— Это еще кто должен.
— Вот поскользнешься так же — и кто тебя вытащит? Явно не увалень Барти. Он только на императрицу и смотрит.
— И не Таурон…
— Старик вовсе, кажется, сумасшедший.
— Он назвал меня позором рода друидов когда-то…
— Да я ему!
— Постой, Чак, не пори горячку… Я вот думаю только… если Таурон правда потерял рассудок… как же он поведет нас?..
— Вот как раз об этом не переживай — друида к Затерянной Столице ведут деревья, именно поэтому другим так не везет. Но как на спутника на него не полагайся. А докторица тоже явно себе на уме… Ты с ними осторожно, чуть что — сразу возвращайся, поняла?
Тилт ткнула мужа в бок.
— Ну, ты и разволновался!
— Я, между прочим, мог бы устроить сцену и закатить скандал, но ты же меня знаешь. Лучше сдамся сразу и заставлю тебя жалеть, что ты уезжаешь без меня.
— Да, да, я тебя знаю…
Вот и ворота. Императрица Исмея, дознаватель Барти Блэквинг остановились прямо в арке и помахали провожающим. Шапки полетели вверх вместе с напутствиями и восхищениями. И они ступили за стены.
Таурон и Квилла не оборачивались. Шли молча и без проволочек. Как полагается целеустремленным сумасшедшим.
Чак взял Тильду за руки, и они остановились.
— Вот и время пришло прощаться…
— Береги себя, Тильдик. Я буду ждать.
— Я вернусь. А ты, главное — дождись.
И она крепко обхватила его за шею и поцеловала. Сама. На виду у всех. Под крики ярого восторга.
небольшое теплое видео о чете Свалей на тг канале автора - все будет хорошо ❤️keitandersenn_kitchen/109
Глава 7. О насыпи из дорожного снега, разбуженном клене и тайне первого сугроба
Третье балатана. Окрестности границы между Вестландом и Черным Тополем.
— Итак, Таурон, — бодро начал Барти, едва Стольный достаточно уменьшился за спинами путешественников, — излагай — каков твой план и почему мы не можем отправиться подземными лабиринтами?
Таурон медленно повернул голову к белобрысому дознавателю, казалось, с трудом расслышав или уразумев его слова. Усмехнулся — не вполне осознанно. И не ответил: снова устремил взгляд за горизонт, со скрипом печатая шаг по расчищенной дороге.
Всю ночь снег убирали на обочины слуги, до самой Альпурхи. Это все, что они могли сделать для своей императрицы, отправляющейся в неизвестное. И теперь дорога казалась скорее лабиринтом из сада дворца, только белой. И чуть менее удобной для прогулки.
— Он не собирается отвечать? — озадаченно коснулась Исмея рукава дознавателя.
Друид Таурон и в прошлом не казался ей приятным собеседником, но сейчас он заставлял мурашки ползать по спине и пробирало морозом от одного его взгляда. В такую погоду это все особенно нежелательно.
Барти нахмурился и устремился было вперед, урезонить беспардонного друида, но вмешалась целительница.
— Ваше императорское величество…
— Только сначала давайте договоримся, — жестом прервала Квиллу императрица, — в путешествии я разрешаю обращаться друг к другу по имени. Оно у нас дальнее, и лишние реверансы ни к чему. Обычного уважения будет достаточно. Продолжайте, Квилла. «Исмея», прошу вас.
В конце концов, титулы не так важны, как-то, что скрывается за ними. Да и за пределами дворца свобода пахнет иначе. Свежим морозным солнцем. В спину греет, а тени падают прямо под ноги долговязыми силуэтами. Снег с насыпей то и дело ссыпается сверкающей в утренних лучах пылью.
— Императрица, — целительница послушно исправилась: несмотря на огромную заплечную суму, в которой то и дело что-то звякало, и мелкий рост, что заставлял ее печатать шаг чаще остальных, в голосе женщины вовсе не слышалось одышки, — наш друид в последний год сильно сдал — ведь в лечебнице нет деревьев, а травы говорить с ним отказывались. Как я уже говорила, боюсь, его ментальная система подверглась сильному угнетению.
Барти Блэквинг прищурился, выражая справедливое подозрение:
— Почему же в таком случае король Аян выбрал проводником невменяемого друида? А не нормального?
Это был справедливый вопрос. Исмея даже подумала, что Ниргаве подошла бы куда больше. И почему же она так и не появилась? Или, может быть, она ей приснилась в ту снежную ночь?
Неожиданно отозвался Таурон собственной персоной, но совершенно не по теме — толкая в бок до сих пор молчавшую Тильду:
— Надо же — позор рода друидов! Думаешь, Затерянная Столица тебе поможет? Не-а! — и, обидно расхохотавшись, прибавил шагу, практически переходя на бег.
Тиль скорее этот выпад застал врасплох, чем смутил — тем более, теперь позором вполне мог быть он сам, судя по ментальному состоянию, пусть деревья и отведут его в столицу — но тем не менее, обидные слова резко выдернули из мыслей о Чаке, который непременно бы ее защитил, будь он здесь. И она, еще острее почувствовав тоску, совершенно случайно шмыгнула носом.
— Я не знаю, — развела тем временем Квилла руками в ответ на вопрос Барти.
Тильда вытерла тыльной стороной рукавицы нос — тонуть в рыданиях души непродуктивно, а вот обязанностей фрейлины и ученого никто не отменял:
— Логично, что так как в лечебнице нет деревьев, связи с Тауроном у короля Аяна тоже не было. Так что он может быть не в курсе… Хотя говорят, будто друиды в любом состоянии доходят до столицы — деревья им помогают.
По крайней мере, так сказал Чак. Она не имеет ни малейшего понятия о том, как это возможно. Подобная идея вполне может оказаться губительной для них легендой…
Еще шаг среди снежных насыпей, под
