вас открыто, использовать административный ресурс, ввязаться в публичную бюрократическую войну. Это ослабит мои позиции в глазах других… и отвлечет внимание от других их дел.
Он подошел ближе и сел в кресло напротив, его золотые глаза приковались к моему лицу.
— Поэтому мы дадим им зрелище. Но не то, которого они ждут. Завтра утром вы пойдете в торговый суд. И подадите встречный иск.
— Встречный? На кого?
— На инспектора Гильдии и на его анонимных «уважаемых информаторов». По обвинению в клевете, коррупции и намеренном подрыве деловой репутации.
Я смотрела на него, не веря своим ушам.
— Но у меня нет доказательств! И… это же сумасшествие! Я против всей системы!
— Доказательства будут, — он отрезал. — К утру. Что касается системы… иногда чтобы выиграть, нужно не ломать правила, а играть по ним громче и наглее всех. Вы будете не одна. Вашим адвокатом будет магистр юриспруденции Лайам Делакруа. Лучший в городе. И он будет сопровождать вас завтра.
— Почему… почему он согласится? — прошептала я.
— Потому что я попросил, — Каэлен сказал это так же просто, как если бы сообщал о погоде. — И потому что он любит безнадежные дела, в которых можно утереть нос совету. А теперь слушайте внимательно.
Он начал излагать план. Деталь за деталью. Что говорить, как себя вести, на чем сделать акцент. Это был не просто юридический совет. Это была режиссура. Он играл на публику, на судей, на своих скрытых врагов. И я была центральной актрисой этого спектакля.
— Ваша главная задача — не выглядеть жертвой, — сказал он в заключение, его взгляд стал пронзительным. — Вы — успешная, уважаемая хозяйка, на которую ополчились темные силы. Вы боретесь не только за себя, но и за всех честных торговцев. Вы разгневаны, но уверены в своей правоте. Понятно?
Я кивнула, чувствуя, как страх отступает перед нарастающей решимостью. Это был бой. И у меня, наконец, было оружие и четкий план.
— А что будет с «Золотым цыпленком» завтра? — спросила я. — Он же официально закрыт.
Каэлен усмехнулся.
— Завтра, ровно в час дня, если все пойдет по плану, к вам зайдет лично глава Гильдии торговцев провизией с публичными извинениями и отменой всех предписаний. А пока… скажите своему полуорку приготовить место. Завтра у вас будет аншлаг. Весь город захочет посмотреть на женщину, которая осмелилась подать в суд на совет.
Когда я собралась уходить, он неожиданно остановил меня у двери.
— Элинора.
Он редко называл меня по имени. Я обернулась.
— Завтра, на суде, они будут пытаться вас запугать, выставить глупой и возможно... больной. Не позволяйте им. Помните, что за вашей спиной стою не только я. Стоит правда. И, — он сделал небольшую паузу, — мое полное доверие к вашему умению сыграть эту роль.
Это не была похвала. Это была констатация факта. Но от этих слов по спине побежали теплые мурашки. Он верил, что я справлюсь. Не как в загадку, а как в союзницу, способную выдержать удар.
— Я не подведу, — выдохнула я.
Ночь я почти не спала, репетируя в голове каждую фразу, каждую интонацию. Утром, когда я выходила из дома, чтобы отправиться в суд, у дверей «Золотого цыпленка» уже толпились люди. Слухи расползлись мгновенно. Среди любопытных я увидела и своих постоянных клиентов, и конкурентов, и просто горожан.
Рядом со мной незримо присутствовал Каэлен. Его холодный расчет был моим доспехом, его уверенность — моим мечом.
Суд оказался именно тем боем, который он предсказал. Но я была готова. Когда инспектор и его нанятый болтун-адвокат пытались давить, я парировала фактами о безупречных поставках. Когда они говорили о «циркуляции воздуха», я требовала предоставить четкие нормы и экспертизу. А когда зашла речь об «огненной пыли», мой адвокат, элегантный и язвительный магистр Делакруа, представил нотариально заверенное свидетельство от… лорда Каэлена, что данная смесь специй была лично им одобрена и опробована, и представляет собой кулинарное ноу-хау мисс Лейн.
Имя Каэлена прозвучало в зале суда как тихий гром. Все замерли. Это не было прямое вмешательство. Это было напоминание. Факт.
Судья, пожилой и хитрый мужчина, посмотрел на меня, на моего адвоката, на бумагу с драконьей печатью (ненастоящей, как я потом узнала, но очень убедительной), и объявил перерыв.
После перерыва все изменилось. Жалобу отозвали. Штраф отменили. А инспектору было «рекомендовано» в будущем быть более осмотрительным в своих заключениях.
Я вышла из здания суда победительницей. На ступенях меня ждал Ториан.
— Господин передает, что вы сыграли безупречно. И что, как он и предсказывал, глава Гильдии уже направляется в «Золотой цыпленок» с визитом. Поздравляю.
По дороге домой, сквозь толпу, которая уже смотрела на меня с новым, уважительным страхом, я думала не о победе. Я думала о том, как он сказал: «Помните, что за вашей спиной стою я». И как это прозвучало не как угроза, а как… обещание.
Возвращаясь в свое кафе, где уже шумела толпа в ожидании зрелища, я понимала, что что-то сдвинулось. Мы перешли грань простой охоты. Теперь мы были союзниками в опасной интриге. И эта связь, скрепленная взаимной выгодой и странным, растущим доверием, была страшнее и крепче любой цепи.
А вечером, когда шум утих, и Сора с сияющими глазами пересчитывала выручку, я нашла у себя на столе в кладовой маленькую, простую коробочку. В ней лежал пергаментный свиток с единственной фразой, написанной знакомым размашистым почерком: «Первый акт сыгран блистательно. С нетерпением жду продолжения нашего совместного произведения. К.»
И приложена была одна-единственная специя — щепотка тех самых золотых зерен перца, нейтрализующего яд. Символ. Напоминание. Или, может быть, первый, очень осторожный подарок.
Я сжала зернышки в ладони. Они были твердыми и теплыми. Как наше новое, опасное и невероятное партнерство.
Глава 15
Тихое воровство началось неделю назад. Сначала пропала связка сушеных колбасок с чердака. Я списала на крыс, хоть Финн и уверял, что его кот-крысолов справляется на ура. Потом исчез мешочек с дорогой мукой тонкого помола, которую я берегла для особых заказов. И, наконец, ночью стащили целый свиной окорок, уже засоленный и готовый к копчению.
Не катастрофа для бизнеса, но укол ниже пояса, пощечина. И самое главное — это происходило внутри моей территории, за спиной у Финна и его ночной бдительности.
Я сказала Финну и Соре, что, возможно, у нас завелась особо умная енотовидная тварь, и попросила не шуметь. Поднимать шум из-за пропавшей колбасы? Вызывать стражу, которая и так смотрела на мое заведение после истории с судом с подозрением? Нет уж. Это было
