я. — Ты должен сделать это сам.
— Моя дорогая, общественность должна увидеть более мягкую, женственную сторону кровохлёбов. Я человек. А ты героиня — ты та, кто им нужна.
Я почёсываю нос, слишком поздно понимая, что, вероятно, испортила макияж.
— Мне следовало просто поговорить с кем-нибудь из таблоидов. В этом было бы гораздо больше смысла.
— Так у нас будет больше возможностей контролировать ситуацию. Пока ты дурачишь публику, заставляя её думать, будто ты очаровательная молодая леди, мы в выигрыше.
— Ты не считаешь, что я в нормальный день являюсь очаровательной молодой леди? — сардонически спрашиваю я.
— Ну, — отвечает он, фыркнув, — ты определённо молода.
Я раздражённо вздыхаю, снова прячу телефон и смотрю на крыши. Я могла бы сейчас всё бросить и убежать. Я бы подвела «Breakfast UK», но они, наверное, к этому привыкли. Я уверена, что гости делают это постоянно.
— У вас всё будет хорошо.
Я смотрю на курильщика. Он ободряюще улыбается мне.
— Да.
— Правда, — его голос звучит серьёзно. — Многие люди пугаются, когда им предстоит прямой эфир. Как только камеры начнут работать, вы почувствуете себя намного лучше.
— Я сталкивалась лицом к лицу с парой серийных убийц-психопатов, — говорю я ему. — Я не боюсь быть на телевидении. Просто не хочу этого делать, вот и всё.
Он усмехается.
— Конечно, — он наклоняется ко мне. — Я дам вам совет. Держите руки аккуратно сложенными на коленях, а не размахивайте ими. Так вы будете выглядеть гораздо увереннее, — он гасит сигарету и возвращается в здание.
Я смотрю ему вслед с открытым ртом. Я достаточно уверена в себе. Я громко выдыхаю и расправляю плечи. Я покажу ему, что Бо Блэкмен ничего не боится.
Направляясь обратно в гримерную, чтобы мне подправили макияж, я успеваю заметить, как Маркус Лэнскомб хватает за грудь румяную девушку с пуховкой в руках. Она вырывается.
— Давай, — ухмыляется он. — Ты что? Фригидная? Ты что, не знаешь, кто я?
Я вдруг понимаю, где я его видела раньше. Он возглавляет новый онлайн-банк, который, по-видимому, активно занимается предоставлением займов и ипотеки людям, которые не могут себе этого позволить. В прессе также ходили слухи о приёме наркотиков и секс-вечеринках. Я встаю перед девушкой и обнажаю клыки.
— О, понятно, — Лэнскомб поднимает брови. — Ты хочешь секса втроём. У меня никогда раньше не было вампирши. Обещай, что укусишь меня, и я весь твой.
Я оглядываю его с головы до ног, прикидывая, куда я могу ударить, чтобы нанести наибольший урон. Я подумываю о том, чтобы врезать ему по носу тыльной стороной ладони. К сожалению, идея о том, что такой удар может вдавить чью-то носовую кость в мозг и убить человека, не более чем миф. Но это всё равно было бы очень больно.
Несмотря на мои постоянные стенания по поводу того, что многие люди боятся вампиров, меня бесит отсутствие страха у Лэнскомба. Этот человек считает себя неприкасаемым. Соедините привлекательную внешность, власть и деньги в одном флаконе, и вы часто обнаружите тьму. Я наклоняю голову и позволяю своему взгляду скользнуть к его яремной вене. Затем облизываю губы. В выражении его лица мелькает лёгкая неуверенность.
— Я могла бы покончить с тобой прямо сейчас, — говорю я, понижая голос до низкого мурлыканья.
Его тело напрягается.
— Ты бы не посмела.
Говоря себе, что я здесь для того, чтобы вампиры выглядели не как бешеные кровожадные монстры, а скорее как дружелюбные хранители мира, я лезу в карман. Я обхватываю пальцами прохладный гладкий камешек от доктора Лава, который лежит там, напоминая мне о моей человечности. Может, я могла бы ударить Лэнскомба коленом в пах.
— Мы готовы, мисс Блэкмен! — кричит парень у меня за спиной.
Лэнскомб бросается к нему в поисках защиты, стараясь не задеть меня своим телом.
— Держите эту… тварь подальше от меня, — рычит он.
Я улыбаюсь. Жаль, что девушка-гримёрша в углу, похоже, боится меня больше, чем его.
***
Меня проводят в главную студию. На экране это выглядит как просторная уютная гостиная с огромными диванами и дизайнерским журнальным столиком. Реальность совсем иная: это похоже на сарай, состоящий из тёмных стен и сложного технического оборудования, с крошечным красочным диванным оазисом в центре.
Инцидент с Лэнскомбом, возможно, отвлёк моё внимание на несколько минут, но теперь я полностью сосредоточена на том, что сейчас произойдёт. Когда я сажусь напротив Джойс и Джима, ослепительно улыбающихся ведущих, которые склонили головы к одному из продюсеров, я понимаю, что у меня дрожат руки. Я в панике хватаюсь за ткань брюк. Яркий свет падает в мою сторону, наполовину ослепляя меня, и я быстро моргаю. Кто-то жестикулирует мне из-за камер и их объективов. Кто-то ещё начинает обратный отсчёт с конца рекламной паузы. Мне удаётся вернуть себе зрение как раз вовремя, чтобы заметить, что это курильщик. Он изображает, как сцепляет ладоши вместе. Внезапно осознав это, я сплетаю пальцы на коленях. Моё сердце болезненно колотится о грудную клетку, когда звучит вступительная музыка. О Боже. Я бы предпочла иметь дело с армией свирепых трайберов.
Продюсер ускользает, когда музыка стихает. Джойс и Джим поворачиваются ко мне, широко улыбаясь во весь рот.
— Дамы и господа, мы рады приветствовать нашу первую гостью за этот день. Камера запечатлела, как она спасает жизнь женщине во время недавнего террористического нападения на уважаемый суд Агатосов. И хотя она вампир, она заверила нас, что этим утром будет надёжно прятать свои смертоносные клыки! Поприветствуем Красного Ангела, мисс Бо Блэкмен.
Раздаются аплодисменты за кулисами. Я слабо улыбаюсь.
— Привет.
— Итак, — гремит Джим, — каково это — быть настоящим героем?
Я таращусь на него. У меня язык прилип к небу, а в голове полная пустота.
— Э-э-э… — заикаюсь я.
Джойс мягко вмешивается, чтобы скрыть мою внезапную неспособность говорить.
— Нам действительно так повезло, что вы здесь. Почему бы нам сначала не посмотреть эту запись, прежде чем мы начнём допрос? — у неё добрые глаза, но это не останавливает мою тошноту.
— Давайте! — Джим соглашается, поворачиваясь к экрану. Появляются образы моей сгорбившейся фигуры, несущей Мэг, секретаршу в приёмной суда Агатосов, прочь из адского пекла в здании.
Джим шипит на меня вполголоса:
— Что, чёрт возьми, с тобой не так?
Я поворачиваюсь к ряду камер, как будто они могут мне помочь. Курильщик ободряюще кивает. Я смотрю налево от него и вижу, что Маркус Лэнскомб присоединился к нам, ожидая своей очереди блеснуть. Масляное веселье банкира при виде моего очевидного страха делает своё дело. У меня внутри что-то сжимается, и, когда запись заканчивается и камера
