Маловероятно, что он на все это пойдет, но попробовать стоило.
– С первыми тремя пунктами согласен, если ты считаешь их важными. Насчет прекращения отношений – ты можешь заявить о таком намерении, но я оставляю за собой право попытаться тебя переубедить, – отреагировав на мой саркастический хмык, пояснил: – Не воздействуя. Просто переубедить с помощью аргументов. Что до гипноза, то могу лишь обещать по возможности предупреждать об этом. Неизвестно, какие могут возникнуть ситуации, да и ты способна выйти за рамки разумного… Довольна?
Как ни странно, но да – я была потрясена его словами и очень рада тому, что он пошел навстречу. Поэтому кивнула.
– И я даже готов дать тебе дополнительный бонус, – снова озадачил меня Орино. – Если решишь устроить своей деятельной натуре маленький праздник с кем-то, возражать не стану. Но при условии, что буду уведомлен заранее: не люблю, когда что-то нарушает мои планы. И, разумеется, это разрешение не распространяется на территорию базы.
От его заявления моя самодовольная мысль о том, что понравилась ему, сдулась, как воздушный шарик. Он меня вообще кем считает? Получается, он вполне готов поделить меня с кем-то. В шоке переспросила:
– Но… почему? Тогда и мне не ожидать ответного… постоянства?
В самой идее любовной связи с ним я мгновенно разочаровалась. Впрочем, он же сразу сказал, что чувства для него дело десятое, как показал опыт, даже знакомство и то необязательно.
– Отныне я – твой мужчина, у меня право эксклюзивности, поэтому не могу требовать от тебя постоянства. И, разумеется, ты, наоборот, можешь не сомневаться в моей верности. Или ты уже ищешь повод для разрыва отношений? – В его голосе проскользнули новые, металлические нотки, оставив меня с ощущением, что я что-то не поняла.
Вообще, о чем я думаю? Надо хотя бы в теории представить, как все это осуществлю на практике. Это мне теперь к нему по вечерам ходить? Каждый день или через? И как утаить наши отношения от всех? И самое главное – что делать и как быть с ним наедине?!
– Вы для меня расписание сделаете или будете приходить ко мне по желанию? – уставившись на свои коленки, задала мучающий вопрос.
– Если тебе предпочтительнее так, то буду к тебе приходить, – судя по тону, верлианец вопросу удивился.
– Нет-нет, – быстро возразила я. Не люблю посторонних в личном пространстве. – Уж лучше я к вам. Только как незаметно…
Орино расхохотался. Я, смутившись, замолчала.
– У меня есть отдельная система перемещения, автономная. Поэтому буду каждый вечер отправлять переместительную кабину – она из потолка выдвинется у входной двери внутри твоей каюты – в надежде, что моя дама уделит мне внимание. Если у тебя такое намерение будет – войдешь в кабину и активируешь процесс перемещения. Окажешься прямо у меня. И никто ничего не увидит. Так же и обратно.
Я выдохнула с облегчением: получается, можно и через день. Вопрос о том, что будет после того, как я окажусь у него, задать не решилась. Мои размышления прервал Орино, который опять подошел к моему креслу.
– Нам определенно необходимо время и спокойная обстановка, чтобы привыкнуть друг к другу. У меня был намечен отпуск, а планы менять я не люблю. Поэтому просто возьму тебя с собой. Завтра и улетим. – Он снова коснулся моего плеча.
– Как? – Я опешила. – Какой отпуск? Я только сегодня на работу вышла.
– Вот именно. По сути, между прежней и новой работой не отдохнула. А здесь еще к процессу не приступила, в рабочий процесс не влилась, в ситуацию не вникла, даже с коллективом не познакомилась, так что можно смело сделать это и через две недели. Тем более этот срок ничего не решит. Сейчас идет глубокий анализ вероятностей изменений в результате вмешательства в конкретный исторический эпизод. Этот анализ минимум еще год продолжится, так что приступишь к работе через две недели, это несущественно. А мне удобнее будет отдохнуть с тобой, да и ты привыкнешь, освоишься в моем обществе в отсутствие посторонних, тогда и на базе будешь чувствовать себя комфортнее. – И, отступив на шаг, задумчиво добавил: – Конечно, на верлианском звездолете земной девушке будет не очень удобно. Но до Верлинеи недалеко, на этот раз потерпишь небольшие неудобства, а к обратному полету я подготовлюсь.
До Верлинеи?! Верлинеи! Он. Намерен. Взять. Меня. На Верлинею. Мысль просто не умещалась в голове.
«Живой мир! Настоящая планета! Живые организмы! Вода! Настоящий свет Солнца! И я туда попаду?!» Лишившись дара речи, уставилась на верлианца.
– Серьезно, на… Верлинею? – сипло выдавила наконец.
– Конечно. Отпуск я всегда провожу дома! – уверенно кивнул верлианец.
– И мне… можно туда? – Поверить в это чудо я была не в состоянии.
– Со мной – да, – снова кивок.
Обалдеть! Вот если бы он с этого начал… Да если это будет зависеть от меня, наша связь будет длиться вечно! За это я его уже почти люблю и готова простить и гипноз, и стертые воспоминания, и его кошмарное отношение! Все-все вытерплю ради возможности увидеть собственными глазами живой мир!
– Согласна! – едва не выкрикнула я и вскочила.
– Вот и чудесно, – жестко улыбнулся верлианец и, перехватив меня на старте восторженного взлета, вернул в кресло и вложил в руки стилус. Тут же из куба плавно выдвинулась плоская панель, как и зеркало, сверху напоминающая поверхность водопада. Орино быстро коснулся ее ладонью, пошла рябь, потом все прояснилось, и отобразился какой-то документ.
Верлианец поднес мою ладошку с зажатым в ней стилусом к определенной точке документа и четко распорядился:
– Распишись, Ветерок.
– А что тут? – пребывая в полном экстазе, я спросила скорее на автомате.
– Регина, будь послушной и разумной. Ставь росчерк – и завтра полетишь на Верлинею.
Ничего не соображая от переполнявшей бури эмоций и поддавшись давлению его руки, расписалась. Орино тут же коснулся поверхности ладонью, и документ исчез.
– Молодец, – улыбнулся он, вынимая стилус из моей руки. – Так постепенно все наладится.
Регина
Проснулась я с ощущением грядущих сложностей. И дело даже не в том, что все еще сказывались вчерашние потрясения, а наступивший день обещал новые. Просто самочувствие было кошмарным: голова тяжелая, нос казался раздувшимся и совершенно забитым, и неумолимо накатывала какая-то болезненная слабость. Неужели заболела?
– Апчхи! – подтвердил версию нос. – Апчхи, апчхи, апчхи!
Вот они – последствия водно-помывочных процедур! Вчера, когда Орино в тренировочных целях, а возможно и опасаясь, что я, пребывая в состоянии неадекватной эйфории от перспективы посетить Верлинею, сама до каюты не дойду, отправил меня той самой личной переместительной системой с адресной доставкой, я повторила смелый эксперимент. Сначала долго бродила из комнаты в ванную, пытаясь как-то уложить в голове все свершившееся и примириться с мыслью о будущих взаимоотношениях с высоким начальством. Стремясь унять волнение, обильно полила дорогой сердцу укроп, чтобы ему хватило влаги на период моего отсутствия. И все это время старалась расслышать вопли протестующей совести. Не удалось. Совесть подозрительно помалкивала, даже не думая заикаться о морально-этическом аспекте подобной связи. Тут либо верлианец прав в отношении моего либидо, и я где-то глубоко в душе вполне созрела для постоянных отношений и испытываю потребность в присутствии в жизни определенного мужчины, или (но с этим я в душе согласиться не могла) сама себя не знаю и действительно обладаю неожиданно развратной натурой. Брр… Вот, осталось еще в себе усомниться!
