ее глазах читалось понимание.
— Вы хотите, чтобы я вас научила, госпожа?
— Хочу, чтобы ты мне помогла, — поправила ее мягко, возвращаясь к столу. — Не как служанка барыне, а как… — запнулась, подбирая слова, — как наставница ученице.
Кухарка задумчиво кивнула:
— Я понимаю. И что конкретно вас интересует?
— Все, — честно призналась я. — Как правильно планировать бюджет на еду? Как организовать работу кухни? Что закупать, в каких количествах, где искать поставщиков? Как готовить запасы на зиму, которая уже на пороге? Буду благодарна и за информацию о стоящих на моей земле деревнях. Я… — тяжело вздохнула, — я умею управлять, считать деньги. Но здесь все по-другому.
Фания помолчала, очень пристально и внимательно разглядывая меня. Стало жутковато, как будто она видела меня насквозь. Потом женщина медленно кивнула:
— Хорошо, госпожа. Я помогу. Но у меня есть условие.
Я удивленно приподняла брови. Вот это да. Вас не ждали, а вы приехали, называется.
— Условие?
— Да, — кухарка выпрямилась. — Я научу вас всему, что знаю. Но взамен прошу повысить жалование Амили. Девочка старается, растет, учится. Она заслуживает большего.
Я невольно улыбнулась. Вот так вот. Не о себе просит, а о подопечной.
— Уже сделано, — успокоила ее. — Только что повысила ей до пятнадцати серебрушек. С перспективой роста до двадцати через пару месяцев. Но к тебе просьба — можешь считать, что я перевела ее в твои ученицы. Мне нужна вторая самостоятельная кухарка, ты закрепляешься над ней и должна всему ее обучить.
Фания улыбнулась — впервые за все время, что я ее знала. Улыбка была теплой, искренней.
— А тебе, — добавила, озвучивая последний просчитанный мною бюджет за сегодня. Ах, нет, еще Пирт, — повышаю до тридцати пяти серебрушек. За будущее обучение, за терпение и за то, что ты единственный человек здесь, на кого я могу полностью положиться.
Кухарка молчала, и на мгновение мне показалось, что я увидела блеск слез в ее глазах. Но она быстро моргнула, и слезы исчезли, если они вообще были.
— Спасибо, госпожа, — произнесла она тихо. — Вы не пожалеете.
— Надеюсь, — ответила я. — А теперь расскажи мне про список продуктов для города. С чего начнем?
Глава 21
Совсем (не) джентельмен
Следующий час пролетел незаметно. Фания рассказывала, я записывала, задавала вопросы, уточняла детали.
Оказалось, что ведение хозяйства — это сложнейшая наука со своими законами и правилами. Нужно знать, сколько муки уходит на месяц на одного человека. Какое мясо лучше хранится в подвале, а какое нужно солить сразу. Когда покупать овощи, чтобы не переплатить — ранней осенью, пока их много, или поздней, когда они лежат дольше.
Как планировать меню так, чтобы ничего не пропадало. Как рассчитать порции, чтобы накормить и господ, и слуг.
Моя голова шла кругом от потока информации, но я старательно все записывала. Да, я вникала в мелочи. Только зная мелочи — я смогу проконтролировать и наладить все делегирование. Фания говорила медленно, четко, объясняла каждую мелочь. И я видела, что ей нравится учить — в ее глазах загорался особый огонек, когда она рассказывала о своем деле.
— … и еще, госпожа, — закончила она наконец, откидываясь на спинку стула, — вам нужен хороший погреб. Глубокий, с ледником. Наш очень маленький. Иначе следующим же летом все испортится, сколько бы вы ни закупили.
— Погреб, — повторила я, добавляя еще одну строку в бесконечный список. — Записала. Что-то еще?
— Курятник, — напомнила Фания. — Лиди говорит, что может его обустроить, дайте ей возможность. Свои яйца и мясо — это большая экономия. Плюс молочная корова, хотя бы одна. Козы для сыра.
Я кивала, делая пометки. Список вакансий и задач рос на глазах.
— Фания, а как насчет огорода? — спросила я, отрываясь от записей. — Можем ли мы сами выращивать овощи?
Кухарка задумалась, потирая пальцами край столешницы:
— Можем, если найдете хорошего огородника. Земля здесь плодородная, море рядом — климат мягкий. Но это работа на целый сезон, госпожа. Нужен человек, который знает, что и когда сажать, как ухаживать, как хранить урожай.
— Понятно, — я добавила еще одну строку. — Огородник в список вакансий.
— И садовник, — добавила Фания. — У вас тут яблони одичавшие растут сбоку от дома. Если их привести в порядок, можно яблок на всю зиму готовить. Плюс груши, сливы… Земля богатая, грех не использовать.
Я записала и это, чувствуя, как голова начинает еще сильнее раскалываться от обилия информации.
— Спасибо, Фания, — сказала я наконец, откладывая перо. — Ты очень помогла.
Женщина встала, поправляя передник:
— Если позволите, госпожа, мне нужно вернуться на кухню. Обед не приготовит себя сам. Плюс хочу Амили сразу начать показывать, как правильно тесто месить — у нее с этим проблемы.
— Конечно, иди, — кивнула с облегчением. Из меня будто стержень вынули.
Фания направилась к двери, но на пороге обернулась:
— Госпожа, — сказала она тихо, — я рада, что вы вернулись. Не та, что уехала отсюда когда-то, юная и сломленная… А другая. Правильная. Вы новая, значит миру это угодно.
И вышла, не дожидаясь ответа.
Я сидела, уставившись на закрывшуюся дверь. Что она имела в виду? Мурашки пробежали по рукам. Могла ли она…? Да нееет.
Вероятно она о хозяйке тела. Знала ли она о том, что случилось с Микэль? О ее характере, поступках?
Вопросы роились в голове, но ответов не было.
Я потерла виски, чувствуя, как усталость наваливается свинцовой тяжестью. День перевалил за полдень, а впереди еще куча дел.
Нужно проверить, как дела у Мары с Аникой. Встретиться с Пиртом. Разобраться с…
Стук в дверь прервал мои мысли.
— Входите!
Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова Лиди. Девушка выглядела взволнованной, щеки ее раскраснелись от быстрой ходьбы.
— Госпожа, простите, что беспокою, — выпалила она. — Мистер Пирт ждет вас снаружи. Говорит, что готов начать осмотр дома со двора прямо сейчас, если вам удобно. Спрашивает, когда вы будете свободны.
Я посмотрела на стопку бумаг на столе, на список дел, который все рос и рос. Хотелось сказать «позже», отложить, дать себе передышку.
Но нельзя.
Каждый день промедления — это еще один день, когда дом разрушается, когда проблемы накапливаются, когда деньги утекают сквозь пальцы.
Я со вздохом поднялась, чувствуя, как затекли ноги от долгого сидения.
— Скажи, что я сейчас выйду, — попросила я.
Лиди кивнула и исчезла так же быстро, как появилась.
Я поправила платье, провела рукой по волосам, убирая выбившиеся пряди. Взгляд упал на зеркало в углу кабинета — бледное лицо, тени под глазами, напряженная линия губ. Выглядела я как человек, который не спал неделю.
А то и
