— Она изменилась. — Устало вздохнул Дамиль.
— В чем дело? — Нахмурилась, начиная переживать.
— Об этом потом. Пошли танцевать. — Натянуто улыбнулся хранитель.
— Наверное, ты прав. — Кивнула, направляясь следом за хранителем.
— Марго уже готовит вторую волну фейерверков. — Заговорщицки пробормотал Дамиль. — А твоя бабуля распила седьмой бокал шампанского.
— Вот черт. — Бросила, хватаясь за голову и вспоминая, что она обычно вытворяет после четвертого. И с опаской протянула. — Она уже пела?
— Милая, она уже даже станцевала! — Хохотнул хранитель. — По крайней мере пыталась. И лучше тебе не знать где!
— Дай угадаю, в бассейне?
— О, ты видимо, хорошо ее знаешь.
— Это точно. Главное, чтоб она не выпила девятый бокал!
— Даже боюсь спросить почему.
— Да, вот этого лучше никому не знать. — Вздохнула, направившись за бабулей, этой любительницей тестировать местные водоемы.
Благо, до стадии «обольщения» бабушка нахлебаться не успела. Так что, позаботившись о ее благополучном сне, в пляс пустилась вместе с Ленкой, как в старые добрые времена.
— Нет, больше в меня просто бы не влезло. — Хохотнула, вспоминая, как опустошила …надцатый бокал крови, сильно подвыпившего человека. И это было чертовски вкусно! Еще больше урчал Крон, сытый и даже объевшийся. Хохот и танцы не прекращались до самого рассвета, когда пьяные бессмертные просто вырубились с восходом солнца. Правда немного заставили понервничать клыкастые, заснувшие на лужайке, прямо под солнечными лучами, но проворность Даниила не дала солнцу устроить барбекю из вампиров. Приглашенных гостей, как и положено радушным хозяевам, доставили домой в целости и сохранности. Омрачало только то, что в беспорядке праздника я так и не успела представить бабушке своего любимого клыкастика Ноа, по крайней мере в качестве своей второй половинки.
Теперь же, отоспавшись и восстановившись, все обитатели особняка, словно муравьи, сползались в огромную гостиную, разваливаясь, кто где и дегустируя (похмеляясь) подарок Дамиля.
— Я же говорил, что это изумительное пойло. — Хмыкнул Дамиль, словно великий знаток вампирского вина. — Кети его обожает.
— Кети?! Так ты ее называешь?! — Улыбнулась ласковому прозвищу, подмигнув притихшей Катьке.
— Это идеальное утро после пьянки! — Пробормотала улыбающаяся Ленка. — Без похмелья, головной боли и тошноты! Обожаю эти супер способности!
— Да, денек вчера был тем еще отрывом. Чаще бы так расслабляться, гляди и вампиризм будет в удовольствие. — Тихо улыбнулась Катя, довольно урча в объятьях Дамиля.
— Отрывом?! Да ты выползла из своей берлоги уже под утро! — Хмыкнула Ленка.
— Появись она раньше, милая бабулька Майи стала бы закуской на празднике. — Нахмурился Дамиль, притягивая девушку ближе, словно пытаясь защитить от колких нападок.
— Милая?! Эта старушка, кто угодно, но только не милая. — Ухмыльнулся Кай. — Боги послали тебе истинное испытание Ноа.
— Заткнись Кай! — Рявкнула наглецу, который даже на мой День рождения не остался, продолжая искать иголку (Лечу) в стоге сена. — Ты заслужил взбучку.
— Маленькому мальчику заткнула рот милая бабулька. — Кривлялась Ленка, давясь со смеху. — Бедный, бедный вампирчик.
— Ах ты ж мелкая…
— Тише, тише. — Лениво протянул Ноа, заставляя умолкнуть даже мое шипение. — Эта женщина вырастила Майу такой, какой она есть, уже за это я ей безмерно благодарен и считаю, что она заслуживает уважения, являясь всегда желанным гостем.
Одна лишь эта фраза, я уверенна, автоматически прекратила все жалобы и рассуждения о недостатках моей бабушки, и вообще лишила возможности бросить тень на ее доброе имя. Ну как у него все так гладко получалось?! Это врожденный талант или его можно где-то приобрести?!
— Боги, скажите, что я не в аду! — Страдальчески протянул Мак, буквально вваливаясь в гостиную.
— Неужели кто-то в этом доме все же расплачивается за содеянное? — Хмыкнула, наблюдая, как еле волоча ноги, и потирая виски, Мак шлепнулся в ближайшее кресло.
— Что мы вчера пили?! — Хныкал вампир, вызывая искреннюю жалость.
— Да много чего, вообще-то. — Улыбалась Ленка, открыто пялясь на вампира.
— Я готов себя убить, лишь бы стало легче. Это наверняка ведьма меня околдовала, грязная шлюшка, любительница травки!
— Это божья кара за все гадости, и разврат, что ты безнаказанно творил. — Хмыкнула Ирис.
— Да пошла ты, горящая горячая штучка. Чтоб этот красный цвет! Такой яркий! Блядь, как же голова гудит!
— Эй, полегче пиявка! Будешь оскорблять, превращу в горящую головешку. — Шипела Ирис, распаляясь.
— Тише. — Протянул Викинг, полностью изменившийся после того, как сбрил бороду и остриг волосы. Перемены были столь разительны и, не побоюсь этого слова, сексуальны, что глаза Ирис то и дело, буквально выскакивали из орбит, явно желая монополизировать эту метаморфозу из чудовища в секси-вампира. И кто бы мог подумать, что под слоем рыжих кучеряшек и косичек кроется такая обаяшка?!
— Больше похоже на классный, незабываемо упоительный… бодун. — С опытом знатока, вынесла вердикт Ленка.
— Не будь дурой, вампиры не пьянеют. — Огрызнулся Мак. — Это точно дело рук шлюхи-ведьмы!
— В таком случае, я уверенна, ты заслужил свое наказание. — Вздохнула, наблюдая, как морщиться лицо Мака.
— Это точно! Верняк! Казанова гребанный! — Полетели всеобщие комментарии.
— Ой, да заткнитесь уже! — Рявкнул Мак, ворча ругательства под нос. Однако проигнорировав его хамство, бессмертные продолжали свои издевки. Все, кроме Ленки, которая выполняла приказ «заткнуться».
Твою ж налево!
И как долго она теперь будет молчать?! Хотя что тут непонятного?! До тех пор, пока Мак вновь не разрешит ей говорить. Вот же гадство!
— Бедному больному вампирчику плохо? — Протянула, улыбаясь и стараясь выдавить из вампира опровержение его же собственных слов. — Бедный больной вампирчик хочет вылечиться?
— Сколько еще ты будешь издеваться надо мной?! — Рявкнул Мак, обозвав меня под нос «хренова медуза». Это я медуза?! Медуза Горгона что ли?! Только бы не приклеилось!
— Милая, не хорошо издеваться над своими подчиненными. — Ласково и одновременно хищно мурлыкал Ноа на ухо.
— Это кто кому подчиняется?! — Огрызнулся Мак.
Изобразив для Ноа гримасу «что-то еще хотел бы сказать?» и получив в ответ такую же «больше не вмешиваюсь», обратилась к Маку:
— Помочь? — Спросила серьезно и без насмешки.
Явно не привыкший к женской изменчивости, Мак разозлился, открыв рот для нового потока ругательств.
— Я серьезно, Мак! Полегчает ведь. — Перебила длинную тираду, краем глаза замечая в глазах Лены нарастающую панику.
— Ну давай, яви миру свою великую мощь! — Театрально процедил Мак сквозь зубы.
— Согласен милая, он настоящий говнюк. — Кивнул Ноа, клацнув клыками. — Пусть помучается.
— Не ворчи. — Улыбнулась хранителю, и продолжила. — Мак, сделай одолжение, скажи: «Беру свои слова назад».
— Разбежался. В аду ты услышишь мои извинения.
— Ад я тебе сейчас устрою, мелкий гаденыш. — Сорвался с места Ноа, ошарашив столь бурной реакцией не одну меня. Глаза бессмертных теперь были прикованы к двоим мужчинам, ожидая представления со спецэффектами.
— Просто скажи это. — Тихо повторила Маку, мягко коснувшись руки хранителя, и пряча побелевшие глаза.
— О Боги! Беру свои слова назад! Довольна?! — Рявкнул Мак сквозь похмелье, с опозданием разобравшись в сложившейся для него, опасной, ситуации. В эту же секунду Лена тихо выдохнула, одними губами прошептав «спасибо». Что ж, в этот раз пронесло. Но больше подобного допускать нельзя. Надо с этим Хозяином что-то придумать, пока вампирюка не заметил патологической зависимости Лены.
Послав клочок силы, восстановила хорошее самочувствие вампира, догадавшись, что его похмелье, видимо, дело рук не ведьмы-шлюшки, а выпитого спиртного Ленкой. Ведь именно его силой она питалась. От него была зависима. Теперь за ее веселье расплачивается вампир. Надо будет предупредить ее в будущем контролировать свои потребности, дабы не вызвать лишних подозрений.
