свои вопросы и дать окончательный ответ адмиралу Гроссу.
— Джеф? Что за вопросы? — спросила, хорошо ощущая напряжение Джефа и тон медика. — Разве мы не возвращаемся на «Шамрай»?
— Юля, возникли сложности. И мы обязательно поговорим, как только…
— Джеф, — перебила я слизня и отстранилась. — Ты меня пугаешь.
— Госпоже необходимо одеться и поесть. Ужин уже готов и ожидает вас в комнате отдыха, — настойчиво повторил медик Эрик.
Я начала раздражаться, но понимала — это существо в маске мне помогло. И срываться на нем как минимум некрасиво. Меня напрягало загадочное настроение Джефа и было желание поскорее обо всем узнать.
— Сейчас, — буркнула под нос и наклонилась к креслу за своими кроссовками. Пол и правда был ледяной. Нервничала, и завязывая вторую кроссовку, оторвала шнурок. — Черт!
Не расстроилась, потому что осознавала — оторванный шнурок не самая большая проблема. Внутри меня разливалось предчувствие, что разговор с Джефом будет не просто плохой, он будет судьбоносный.
— Тебе нужно поесть, а мне многое тебе рассказать. У нас не больше пары часов, Юля, — проговорил серьёзно слизень, взял меня за руку и повел в сторону двери, которую ранее я не заметила.
Я послушно шла, в внутри поднималась паника. Руки дрожали, а мир в очередной раз начинал разваливаться. Буквально полчаса назад я получила возможность говорить и понимать. У меня были личные планы и вопросы, а тут…
Мы зашли в небольшую комнату, где стояло три странных кресла-дивана и небольшой столик. На столике непрозрачные контейнеры, похожие на те, что были на «Шамрай». Что удивило, порция была лишь одна.
— Я уже поел, — оповестил меня слизень и слегка подтолкнул к креслам.
Присела на мягкое массивное кресло, ладонями погладила обивку. Приятный материал, похожий на наш плюш. Удобно и очень комфортно. На «Шамрай» такой мебели не было точно.
Джеф, примостившись на противоположное кресло, подтолкнул мне контейнеры. Он молчал, прятал от меня три глаза и был очень напряжен. Вены на его лбу вздувались, шеки и подбородок вибрировали, а маленькие ручки, открывающие один за одним контейнеры подрагивали.
— У меня столько вопросов! Я наконец-то тебя понимаю и имею возможность спросить… обо всем! — заговорила первая. Потянулась рукой к приборам, подхватывая вилку.
Стоп! Вилку? Подняла прибор на уровень глаз, чтобы проверить. И да, это определенно вилка, похожая на земную. Только у нее было три зубца и ручка намного длиннее нашей. Материал похож на пластик, но очень крепкий. Я-то думала они тут все этими палочками едят…
— Я понимаю, но боюсь я не смогу ответить на них, — натянуто улыбнулся Джеф. — Как я и говорил, времени у нас очень мало и…
— Почему мало времени? Мне нужны ответы, Джеф! Знаешь, какого это отказаться в космосе и ничего не понимать? Это… это настоящая смерть, Джеф! Я не знаю, как оказалась здесь! Кто вы все⁈ Что делаете? Помогаете или наоборот? Где моя планета? Вернусь ли я когда-нибудь домой? Кто я? Что со мной будет? Кто эти существа в масках? А тот хвостатый гад? Вы меня похитили? А как…
— Юля, ты должна выслушать! — пытался остановить поток моих вопросов слизень. — У меня мало времени и скоро я должен буду покинуть «Араку».
— Араку это что такое? Корабль? Или существа в масках? Что значит ты должен покинуть?.. А я не должна? — меня несло и взять себя в руки мне было крайне сложно. Голова кипела, а напряжение, созданное Джефом, нарастало с каждой секундой. — Объясни мне, что происходит!
— Юля…
— Я говорю, и ты меня понимаешь. Ты говоришь, и я тебя понимаю. Это невероятно! Я так давно мечтала об этом! Словно я стала вновь… живой. У меня есть не только тело, которое разительно о отличается от ваших, но и голос!
— Литч дал бы тебе голос, имей он хорошее оборудование на «Шамрай», — вставил слово Джеф. — Ты разумная девушка. Взрослая особь. И даже без голоса справлялась отлично. Теперь же у тебя есть понимание языка и уверен, что дальше будет только лучше.
— Звучит, как начало прощания.
— Давай договоримся, Юля. Тебе нужно поесть, а мне многое тебе рассказать. Я обещаю быть честным, — подтолкнул слизень ко мне еще ближе контейнер. Пахло одуряюще вкусно, во рту скопилась слюна, а желудок разразился трелью.
— Ты красиво урчишь, когда голодная, — сделал «комплимент» Джеф, вгоняя меня в краску.
— Спасибо, — опешила. Я взяла в руки контейнер и не глядя, начала есть. Голодная и нервная, я понимала, что необходимо сосредоточиться. Как бы я не припиралась, сколько бы вопросов не задала, у Джефа есть своя «миссия», а время не бесконечное.
Принюхалась и приступила к приему пищу. Каждый глоток был механическим движением, звуком пережёвывания, заполнявшим гнетущую тишину, которую Джеф не спешил нарушать. Первый кусок, второй, третий… Когда мы приступим не к еде, а к разговору⁈
Спокойно, Юля, спокойно! Ты справишься. Теперь точно справишься, — мысленно давала себе установку.
У меня есть голос, а значит, я не безоружна. Не мне ли знать, какова сила слова? Я строила в голове фразы, аргументы, требования. Я думала, что мы будем торговаться, спорить, искать выход. Однако я совсем не ожидала, что слово, которое меня убьёт, будет произнесено не врагом, а другом. Что это будет не угроза, а приговор, обёрнутый в форму единственного спасения.
Я поставила пустой контейнер на стол. Джеф перестал вибрировать. Он замер, его три глаза сфокусировались на мне с невыносимой тяжестью. Он сделал глубокий вдох, будто готовился нырнуть в ледяную воду.
— Тебе нужно отправиться с кхарцами в Империю Кхар и в течение года найти трех мужей. Только так ты останешься жива, — сказал Джеф после того, как я прожевала последний кусочек.
— Твою ж!.. — вылетело из меня от неожиданности заявления слизня.
Глава 27
Юлия
Смотрела на Джефа и не понимала пошутил ли он или это чип в моей голове еще не настроился и выдал тарабарщину. Слово «мужей» отскакивало от сознания, как горох от стенки, не задерживаясь.
Мужья. Трое. Год. Формула была проста, а смысл — абсолютно недоступен. Джеф же смотрел на меня со всей серьезностью, а три его глаза редко моргали с разной периодичностью: то один глаз моргнет, то другой, то третий. Сломался? Или подмигивает мне, мол «я пошутил»?
— … — открыла рот и сразу закрыла его. В момент, когда я реально могла говорить, я потеряла дар речи.
— Это самый оптимальный выход из твоего положения, Юля, — продолжил Джеф. — Если тебя заберут в КОРР, никто не может гарантировать тебе свободу. Скорее всего тебя отправят на
