себе путь внутрь. От каждого удара содрогались вековые стены, с потолка сыпалась каменная крошка. Крики боли и ужаса смешивались с рёвом пламени и утробным воем порождений бездны.
Группа служанок сбилась в углу главного коридора, прижимая к груди самые ценные вещи, которые успели схватить. Марта, моя верная горничная, крепко держала шкатулку с фамильными драгоценностями — последнюю частичку величия древнего рода. Старая кухарка прижимала к себе книгу семейных рецептов, передававшуюся из поколения в поколение. В их глазах застыл страх, но никто не убежал в панике — эти люди были частью замка и готовы были разделить его судьбу.
Внезапно стена справа взорвалась фонтаном каменных осколков. Сквозь пыль и обломки протиснулось огромное щупальце, покрытое присосками размером с обеденную тарелку. От него исходил тошнотворный запах тлена и разложения. Щупальце на мгновение замерло, словно принюхиваясь, а затем метнулось к группе служанок.
— Бегите! — крикнула я, бросаясь вперёд и активируя защитный амулет, который Дариан дал мне перед боем. Кристалл на моей шее вспыхнул, создавая полупрозрачный барьер вокруг людей. Но я видела, как быстро тускнеет его свет под натиском демонической силы.
Щупальце взметнулось для удара, и время словно замедлилось. Я видела ужас в глазах служанок, видела, как медленно опадают в воздухе каменные осколки разрушенной стены, видела, как извивается в воздухе чёрная плоть демона, готовая раздавить хрупкие человеческие тела.
А потом реальность взорвалась золотым сиянием. Раздался звук рвущегося воздуха, и Дариан, спикировав через пролом в стене, приземлился между мной и демоном. Его частичная трансформация была одновременно пугающей и прекрасной — человеческое тело, покрытое золотой чешуёй, с огромными драконьими крыльями за спиной. Мышцы перекатывались под сияющей бронёй, когда он принял боевую стойку. Его глаза полыхали синим пламенем, а от рычания дрожали стены.
— Уводи их! — прорычал он, выпуская в демона струю пламени такой силы, что камни под ногами начали плавиться. Воздух наполнился запахом горелой демонической плоти. — В подземелья, там самая сильная защита! Я задержу его!
Я поспешно повела перепуганных служанок к лестнице, ведущей в подземелье. Их дрожащие руки цеплялись за моё платье, тихие всхлипывания смешивались со звуками битвы. Позади Дариан сражался с демоном — рёв его пламени смешивался с утробным воем твари. От их схватки содрогались стены, а в воздухе висел удушливый запах палёной демонической плоти.
Древняя лестница, ведущая в подземелье, была скользкой от влаги, просачивающейся сквозь камни. Факелы на стенах тускло горели, отбрасывая дрожащие тени, которые, казалось, жили своей жизнью. Каждый шаг эхом отдавался в тёмных коридорах, и этот звук почему-то пугал больше, чем грохот битвы наверху.
Но подземелья, считавшиеся самым безопасным местом в замке, встретили нас новой угрозой. Когда мы добежали до главного убежища, я увидела, что одна из стен покрывается трещинами. Древняя кладка не выдерживала давления тьмы, проходившую сквозь щели. Чёрные нити просачивались между камнями, принося с собой запах серы и древнего зла. Там, где эти нити касались камня, он начинал чернеть и крошиться.
— Все к дальней стене! — скомандовала я, помогая старой кухарке подняться на ноги. Женщина дрожала, её седые волосы растрепались, но в глазах читалась решимость, свойственная людям, прожившим в замке всю жизнь. — Держитесь подальше от трещин!
Стена рухнула с оглушительным грохотом, осыпав нас каменной крошкой и многовековой пылью. В образовавшийся пролом хлынула тьма, сгущаясь и принимая форму чудовищной гончей с множеством глаз. Каждый глаз светился багровым огнём, с клыков капала чёрная слюна, прожигающая камень. Тварь была размером с боевого коня, но двигалась с неестественной грацией, словно сама тьма обрела форму.
Гончая-демон припала к полу, готовясь к прыжку. Её многочисленные глаза изучали нас, выбирая первую жертву. Я видела в этих глазах своё отражение — крошечную фигурку, пытающуюся защитить горстку перепуганных людей от порождения бездны.
Тварь прыгнула — и снова золотая вспышка оказалась между мной и смертью. Дариан, весь покрытый ранами и копотью от прошлой схватки, схватил демона за глотку. Его когти впились в чёрную плоть, высекая искры, словно сталь о кремень. Они покатились по полу — дракон и порождение бездны, сцепившись в смертельной схватке.
Я видела, как клыки твари разрывают его плоть, как чёрная кровь демона смешивается с золотой кровью дракона. Каждый удар когтей высекал искры, каждый рык сотрясал древние своды. Дариан сражался с яростью, достойной древних легенд, — его частичная трансформация позволяла ему сочетать силу дракона с ловкостью человека.
Но демон был силён. Одно из его щупалец обвилось вокруг шеи Дариана, пытаясь задушить его. Другое нанесло удар в незащищённый бок, оставив глубокую рану, из которой брызнула золотая кровь.
— Авелина! — его крик был полон боли, но глаза горели неукротимой яростью. — Печать! Активируй защитную печать!
Я бросилась к стене, где тускло светились древние руны, выбитые в камне первыми драконами. Символы были почти стёрты временем, но всё ещё хранили отголоски древней силы. Я прижала ладонь к центральному знаку, вливая в него всю магию, которую могла собрать. Кожу словно укололи тысячи невидимых игл — печать забирала не только магическую силу, но и жизненную энергию.
Руны вспыхнули золотым светом, разгорающимся всё ярче, пока не превратились в сияющую сеть, охватившую всё пространство подземелья. Демоническую гончую отбросило назад, в пролом, и её вой эхом отразился от древних стен. Дариан рухнул на колени, тяжело дыша и прижимая руку к раненому боку.
Я подбежала к нему: — Ты серьёзно ранен! — Его золотая чешуя была покрыта глубокими царапинами, из которых сочилась кровь. Там, где демоническая слюна попала на кожу, образовались чёрные ожоги.
— Царапины, — он попытался улыбнуться, но я видела, насколько глубоки раны. Его дыхание было тяжёлым, прерывистым. — Драконья кровь быстро заживляет. Главное, что вы в безопасности.
Грохот наверху становился всё громче. Древние своды подземелья дрожали от ударов такой силы, что осыпалась многовековая пыль. Дариан поднялся на ноги, опираясь на стену, — его движения уже не были такими плавными, раны явно мешали ему.
— Мне нужно подняться наверх, — процедил он сквозь зубы. — Проверить, как держится оборона.
— Но твои раны...
— Нет времени, — он расправил крылья, поморщившись от боли. — Каждая минута на счету.
Оставив слуг в безопасности, мы поднялись на стены замка, и открывшаяся картина заставила меня похолодеть. Небо над замком превратилось в поле битвы, где золотая чешуя драконов сверкала в лучах восходящего солнца, а рёв сражающихся перекрывал даже грохот рушащихся стен.
Драконы сражались с отчаянной яростью — их пламя рассекало тьму сотнями огненных струй. Молодой лорд Пламенный Ветер вёл свой отряд в очередную атаку, его рыжая чешуя сверкала в лучах солнца, как
