друга, пока я толкал бёдра вперёд, погружаясь в неё всё глубже. Скотт подтянула ноги выше, позволяя мне войти ещё глубже, и я почувствовал жар и плотную хватку её киски вокруг себя.
Мы были прижаты друг к другу, кожа липла к коже. Я целовал её вдоль линии челюсти и снова возвращался к её губам, задавая ритм. Я ждал этого и хотел, чтобы ожидание того стоило. Я ускорил движения, прежде чем снова замедлиться.
— Грей, пожалуйста, — умоляла Скотт.
Никогда прежде она не говорила «пожалуйста» так часто, как сегодня ночью в спальне.
— Пожалуйста. — На этот раз это был стон. — Трахни меня жёстче.
Я продолжал целовать её шею и плечо, покусывая и посасывая кожу.
— Раз уж ты так вежливо попросила.
Мои бёдра врезались в неё — жёстко и быстро, рука скользнула между нами, чтобы я мог играть с её клитором. Ногти Скотт впились в мои плечи, разрывая кожу, когда её тело выгнулось навстречу моему.
— Грей!
Её стенки сжались вокруг меня, когда её тело поддалось волне наслаждения, которую я ей подарил. Медленно она открыла глаза, затуманенные, пытаясь сфокусироваться на мне.
— Ты ещё не… — начала она.
— Смотри, — приказал я ей.
Я хотел, чтобы она смотрела на меня. Хотел, чтобы она увидела: с каждой её порочной мыслью обо мне у меня были такие же мысли о ней.
Снова прижав её руки над головой, я вбился в неё. В моих движениях не было ничего нежного. Грубое ощущение того, что я внутри неё, только подстёгивало меня. Впившись зубами в её плечо, я с лёгкостью прокусил кожу, и она ахнула от боли. Но мне было всё равно. Я был сосредоточен только на себе. На том, чтобы получить своё освобождение.
— Дай мне почувствовать тебя, Грей.
Подняв взгляд на неё, с тонкой струйкой крови на губах, я впитывал её образ. Волосы Скотт были растрёпаны на подушках, зрачки расширены, губы припухли. Не существовало слов ни в одном языке — ни в прошлом, ни в настоящем — которые могли бы описать совершенство под моим телом. До этого состояния её довёл я.
Вид её заставил меня грубо толкнуться в неё, желая оставить свой след и заявить права на её тело. Пальцы Скотт впились в мою плоть, её глаза крепко зажмурились, пока она принимала мою ярость и похоть. Я сорвался за край, моя спина выгнулась, и я в последний раз глубоко толкнулся в неё, наполняя её своей спермой.
Я рухнул на Скотт сверху, и она уткнулась лицом в мои волосы. За все века жизни, за всех существ, которым я дарил удовольствие, эта ночь со Скотт превзошла их всех. Её вид и ощущение её тела навсегда выжгутся в моём сознании на всё время моего существования.
Тонкие нити моей ауры, которые окутывали нас, рассеялись, когда я вновь взял себя под контроль.
В комнате воцарилась тишина.
Мы перешли ту черту, которую оба считали способными удержать.
Я отстранился от неё. Никакие слова не были нужны. Мы достигли своего понимания. То, чего мы оба хотели, мы получили — и теперь могли разойтись каждый своей дорогой. Продолжить жить своей жизнью.
Окутывая себя своей аурой, я покинул комнату без единого слова.
Горячие капли воды ударили по моему телу, когда я включила душ, и мышцы глухо ныли под мягким напором. Закрыв глаза, я позволила воспоминаниям о прошлой ночи затопить мой разум, вызывая лёгкую улыбку на губах и влажное тепло между бёдер.
Не думаю, что когда-либо была настолько удовлетворена после секса.
Но на этом всё. Я утолила своё любопытство. У меня был ответ, а значит, я могла снова сосредоточиться на работе и своей жизни, вместо того чтобы сосредотачиваться на Грее.
Выйдя из душа, я обернула полотенце вокруг тела и собрала волосы в другое. Когда посмотрела в зеркало, взгляд скользнул по синякам, украшавшим мою кожу, и остановился на грубом следе укуса на плече. Я осторожно коснулась его пальцами. Нужно будет надеть что-то, что его прикроет.
На столешнице зажужжал телефон — сообщение от Чарли.
Привет. Не видел тебя перед тем, как ты ушла. Всё в порядке? х
Я быстро напечатала ответ.
Всё хорошо. Извини, что ушла — разболелась голова. Вечеринка была отличной. х
Когда я снова положила телефон на столешницу, он начал звонить, и на экране появилось имя Мэтта. Я провела пальцем, принимая вызов, и включила громкую связь.
— Привет, Мэтт.
— Скотт, — ответил он. — Как ты себя чувствуешь?
Я замялась. Правда была в том, что я чувствовала умиротворение — чувство, которое ускользало от меня годами. Я на мгновение испытала его, когда Грей поцеловал меня, но после прошлой ночи тяжёлый груз, с которым я жила, исчез, и в шаге появилась лёгкость.
— У меня всё хорошо, — сказала я ему. — Это деловой звонок?
— Совсем наоборот, на самом деле. То свидание, о котором мы говорили вчера вечером. Как у тебя сегодня со временем?
— Сегодня? — В голосе не скрывалось удивления.
— Если только ты не занята.
— Я не занята. Что ты придумал?
— Если скажу — испорчу сюрприз, — поддразнил он.
Я рассмеялась, и неприятный узел внутри ослаб, когда я уронила полотенце и начала втирать увлажняющий крем в руки.
— Надень что-нибудь, в чём можно двигаться, — велел Мэтт.
— Спортивную одежду?
— Идеально. Я заеду за тобой в одиннадцать.
— Тогда до встречи.
Я завершила звонок и продолжила собираться. К тому моменту, как я спустилась по лестнице, уже одетая в спортивную форму, часы показывали десять пятьдесят.
— Доброе утро, Скотт. — Тёмный голос разрезал тишину кухни, когда я вошла в комнату. — Я думал, ты сегодня проспишь, а ты, оказывается, уже куда-то собралась. Неужели тебе было недостаточно тренировки прошлой ночью?
Жар медленно подкрался к щекам.
— Похоже, ты просто не работал со мной достаточно усердно.
Я прошла мимо него, чтобы сделать кофе, но чёрный отросток обвился вокруг моей талии и развернул меня лицом к Грейсону.
— Я не слышал от тебя ни одной жалобы прошлой ночью, Скотт, — произнёс он мягко.
Я напряглась от такой близости. Если Грей не даст мне пространства, это соглашение не сработает.
Он усмехнулся, заметив моё беспокойство.
— А я-то думал, что не смогу тебя сломать.
Протянув руку, Грей коснулся следа укуса, который открылся, когда моя футболка соскользнула с плеча. Его ладонь накрыла отметину, шершавая на фоне моей гладкой кожи, и вскоре тепло разлилось по этому месту. Когда он убрал руку и свою
