чувством, что Кайд не сделает ничего из того, чего я не захочу, но устоявшиеся привычки не искоренить за сутки.
— Обещаю. Если ты сама не захочешь большего.
— И я пойду к себе в любой момент, когда захочу.
— Я лично провожу до комнаты.
— Есть еще кое-что, — говорю неуверенно, — я боюсь провоцировать слухи, но если кто-то увидит нас идущими вместе вечером в твой кабинет, то они обязательно появятся.
Это последние сомнения и они кажутся мне не то, чтобы глупыми, но немного лицемерными. Ведь идти поздно вечером в кабинет ректора это действительно не прилично. А я не привыкла скрывать неприличные вещи. Точнее, я не привыкла неприличные вещи делать, так что и скрывать раньше не приходилось.
У человека в большинстве случаев есть какой-то шаблон поведения. Что-то, что они увидели, прочитали или пережили, примерили на себя и им пришлось в пору. Но вот незадача, у меня нет подходящего случаю шаблона. И единственное, что я знаю точно, это то, что я не хочу идти по коридору с видом «я сплю с ректором». Тем более не сплю, а просто иду ужинать, но ведь каждому встречному этого не объяснить.
Но Кайд на мои заморочки реагирует на удивление спокойно.
— Нас никто не увидит, это я тоже обещаю. — И, окинув взглядом мои домашние шорты и майку, добавляет: — Можешь даже не переодеваться.
Медленно киваю и разворачиваюсь, чтобы захватить ключ от комнаты.
И напоследок задаю последний вопрос, который пришел в голову только что:
— А почему ты так не сделал, когда мы вчера шли к воротам?
— Потому что мы должны были пройти через арку как люди. Иначе система посчитала бы, что мы вернулись в замок, но не через ворота.
Я вздыхаю и с чувством, словно делаю что-то невозможно правильное, соглашаюсь на поздний ужин.
* * *
Стоит нам выйти из комнаты, как Кайд вновь берет меня за руку и крепко обхватывает ладонь. Это кажется мне таким трогательным жестом, что я не могу сдержать улыбку.
Заметив это, Кайд улыбается в ответ:
— Что?
— Я слышала, — говорю тихо, будто делюсь секретом, — что ректор страшно мрачный и нелюдимый человек.
— Да ты что? — Кайд с улыбкой поддерживает шуточный тон и даже наклоняется немного ближе. — Я слышал, что он вообще не человек.
— Да? И кто же он? — спрашиваю нарочитым шепотом.
— Поговаривают, что он дракон, — Кайд подмигивает, и я фыркаю от смеха.
Мы идем по пустому коридору, и я то и дело ожидаю, что вот сейчас кто-нибудь выйдет из своей комнаты и увидит меня в компании сурового (по описанию Арпины) ректора. Скрыл ли Кайд каким-то образом нас от случайных свидетелей или нет, я так и не узнала, потому что на протяжении всего пути нам никто так и не повстречался.
— Как день прошел? — спрашивает с улыбкой, когда мы поднимаемся по лестнице.
Я в двух предложениях пересказываю не насыщенный событиями день, умолчав конечно же о личных терзаниях.
— Если в будущем снова будет скучно, можешь прогуляться на конюшню, — предлагает Кайд, — студенткам обычно там нравится.
— Я же не знаю местного языка.
— Сицилия, преподавательница, найдет способ объяснить тебе основы или подберет наставницу из твоего мира. К тому же язык жестов никто не отменял, — с улыбкой бросает на меня взгляд.
Я не успеваю ответить, потому что мы останавливаемся перед высокой двустворчатой дверью. Открыв одну створку, Кайд пропускает меня вперед. За ней просторный, раза в два больше моей комнатки холл, с четырьмя высокими резными дверьми.
— А это мы где? — я растерянно оглядываю вполне себе уютную прихожую.
— Я тут живу, — поясняет Кайд и мои брови медленно, но верно ползут вверх. — А вон там кабинет, — кивает на вторую справа дверь.
Оу, так речь шла про ужин в личных покоях⁈
Не замечая моих терзаний, Кайд подходит к нужной двери и приглашающе ее распахивает. Помявшись с полсекунды, следую за ним. Теперь уже не имеет значения, уйду я сейчас или немного позже.
* * *
Обстановка в комнате стандартная. Тяжелый рабочий стол, стеллажи с книгами, толстый темно-зеленый ковер на полу и, о боже, снова камин! Перед ним удобный с виду диван и кресло. Кажется, Кайд помешан на каминах. На острове, тут вот тоже. Впрочем, я и сама всегда любила смотреть на живой огонь.
Между диваном и стеллажами, прямо под высоким торшером, что освещает комнату мягким желтым светом, стоит уставленный блюдами стол. Ночным перекусом явно не обойдется! Тут еды на толпу оголодавших студентов!
— Надеюсь, ты голодная, — говорит с улыбкой Кайд и в отличии от меня, явно чувствуя себя комфортно в привычной обстановке, закатывает по локти рукава рубашки.
Бросаю взгляд на его руки и тут же отворачиваюсь. И почему эта часть тела кажется такой… притягательной? Стараюсь выкинуть из головы эти мысли. Я тут для того, чтобы узнать правду.
Напомнив себе об этом в очередной раз, стараюсь держать дистанцию. Стоит Кайду сделать ко мне шаг, как я, словно невзначай, отворачиваюсь и ухожу под разными предлогами. Как бы случайно провожу рукой по спинке дивана, выглядываю за закрытые шторы и любуюсь на свое отражение, так как за окном не видно ни зги, очень внимательно изучаю книги на стеллажах.
— Интересно? — спрашивает Кайд с улыбкой, и я понимаю, что уже минуту с умным видом разглядываю исписанные на незнакомом языке корешки книг.
— Возможно, — стараюсь не смутиться.
Кайд стоит в центре комнаты, снова засунув руки в карманы брюк и улыбается, явно наслаждаясь ситуацией.
— Идем кушать, Мина, — не переставая улыбаться, качает головой и первый идет к столу.
Глава 17
Понимая, что поцелуи, а вместе с ними и помутнение рассудка откладываются как минимум на время ужина, вздыхаю с облегчением.
Удобно разместившись на стуле, осматриваю изобилие закусок. Оказалось, что это и правда перекус. Холодное, тонко нарезанное мясо, свежие овощи, фрукты, орехи, маленькие запеченные до хруста булочки с маслом и зеленью, разнообразные сыры.
— Посмотрим, чем нас порадовали Макс с Еленой. — Кайд с не меньшим интересом изучает блюда.
— Кто?
— Макс и Елена, можно сказать друзья, но я давно считаю их частью семьи. Я так к тебе торопился, что не придумал повод встретиться. — Кайд подцепляет с тарелки мясо и отправляет его в рот. Я провожаю еду взглядом, как завороженная глядя на обхватившие вилку губы. — Пришлось импровизировать по дороге.
— То есть, — после такого искреннего признания я не могу не улыбнуться, — это вот они накрыли на стол пока ты шел ко мне?
— Это
