было правильно.
Потому что теперь между ними была не только телесность.
Разговор.
— Начнём с простого, — сказал он. — Что вы сделали с домом.
— Ничего особенного.
— Ложь.
— Хорошо. Я начала наводить порядок.
— И люди вас слушают.
— Потому что им удобно.
— Потому что вы заставили.
— Я не заставляю. Я показываю.
Он чуть наклонился.
— И это работает.
— Да.
— Почему?
Анна пожала плечами.
— Потому что раньше никто не думал.
— А вы думаете.
— Да.
Он смотрел на неё долго.
— Это не та женщина, которую мне описывали.
— А вы ожидали именно ту?
— Я ожидал проблему.
— Вы её получили.
Он усмехнулся.
— Похоже.
Пауза.
Тяжёлая.
Но уже не напряжённая.
Глубже.
— Девочка, — сказал он.
— Да.
— Почему вы это сделали.
— Вы уже спрашивали.
— Я хочу услышать ещё раз.
Анна не отвела взгляд.
— Потому что она ребёнок.
— И этого достаточно?
— Для меня — да.
Он кивнул.
Медленно.
— Для меня тоже.
И это было важнее всего.
Они поняли это одновременно.
Позже, когда они вышли обратно в дом, всё уже двигалось своим ходом.
Алис разливала похлёбку. Жеро спорил с Гуго у двери. Мартен таскал дрова. Беатриса сидела у стола, как всегда, прямая и спокойная.
Но теперь в доме было другое.
Он вернулся.
И это чувствовали все.
— Садись, — сказала Беатриса сыну.
Он сел.
Анна — напротив.
И это было… странно.
Не как раньше.
Не как чужие.
Но и не как близкие.
Пока.
— Я видел мастерскую, — сказал он.
— И? — спокойно спросила Беатриса.
— Там порядок.
— Это тебя удивляет?
— Меня удивляет, что это сделала она.
Он кивнул в сторону Анны.
— Меня тоже, — сухо ответила Беатриса.
— И вы не вмешались?
— Я не мешаю, когда результат меня устраивает.
Он посмотрел на Анну.
— И что дальше?
Анна спокойно взяла ложку.
— Дальше — работа.
— Какая?
— Малые изделия.
— Зачем?
— Чтобы было, что продавать.
Он чуть прищурился.
— Вы уже думаете о продаже?
— Я думаю о пользе.
— Это не одно и то же.
— В вашем доме — одно.
Пауза.
Жеро тихо хмыкнул в углу.
Рено услышал.
Но не отреагировал.
Он смотрел на Анну.
Дольше, чем нужно.
— Вы планируете.
— Да.
— На сколько вперёд?
— На столько, чтобы не замёрзнуть следующей зимой.
Он откинулся на спинку лавки.
И вдруг — улыбнулся.
Настояще.
— Мне это нравится.
Анна не ответила.
Но уголок губ дрогнул.
После ужина дом не успокоился сразу.
Слишком много было энергии.
Слишком много движения.
Слишком много нового.
Анна вышла на крыльцо.
Воздух был острый, холодный, чистый. Снег скрипел под ногами. Небо — тёмное, с редкими звёздами.
Она вдохнула глубже.
И только сейчас позволила себе остановиться.
День.
Ночь.
Слишком много всего.
И он.
Она усмехнулась.
— Вот же…
— Что именно?
Она не вздрогнула.
Хотя он появился тихо.
Рено стоял рядом.
Без плаща.
Как будто холод его не касался.
— Вы всегда так ходите? — спросила она.
— Как?
— Без предупреждения.
— Только когда хочу увидеть реакцию.
— И?
— Вы не реагируете.
— Это вас расстраивает?
— Это меня интересует.
Он подошёл ближе.
Снова.
Но теперь — спокойнее.
Без той острой проверки.
— Вы думаете, что контролируете ситуацию, — сказал он.
— А вы думаете, что нет?
— Я думаю, что пока мы оба не знаем, что происходит.
Анна посмотрела на него.
— Это честно.
— Да.
Пауза.
Снег тихо скрипнул под его шагом.
— Вы замёрзнете, — сказал он.
— Нет.
— Упрямая.
— Практичная.
Он чуть наклонился.
— Вы всё время возвращаетесь к этому слову.
— Потому что оно работает.
— А чувства?
Анна выдержала паузу.
— Они мешают.
Он усмехнулся.
— Вы уверены?
— Да.
Он посмотрел на неё так, что внутри стало теплее.
И опаснее.
— Я — нет.
Тишина.
Долгая.
И в ней уже было не только напряжение.
Что-то ещё.
Глубже.
— Тогда посмотрим, кто из нас ошибается, — тихо сказала она.
Он чуть кивнул.
— Посмотрим.
И на этот раз он не ушёл сразу.
Они стояли рядом.
Слишком близко.
