Тут крылом подать. Такие виды…
Брови Эша сдвинулись к переносице. А ментальный голос стал таким зловеще-тихим, что у меня по коже прокатилась волна ледяных мурашек.
– Как ты себе это представляешь, Валлар?
К несчастью, Валлар то ли слышал плохо, то ли изменившийся тон Эша всерьёз не воспринял, а может всё дело в толстой драконьей шкуре: в ней не то, что мурашек, слона не почувствуешь…
– Тут только один способ: невестка может сесть на меня верхом.
Повисшая пауза была такой жуткой и всепоглощающей, что я отчётливо расслышала полёт шмеля где-то неподалёку.
И в этом гробовом безмолвии прозвучало едва ли не столь же тихое, как и оно само:
– Убью.
Странно дёрнувшись, дракон Валлара взревел и замер. По всему телу его прокатилась судорога. Взревев снова, дракон отступил и склонил голову.
– Ты прав, брат. Я забылся.
Эш вдруг бросил взгляд на открывшую рот меня и… слышать я перестала. Зато в тот же миг мир снова наполнился звуками! Меня тут же оглушило чередой гулких хлопков крыльев: разбежавшись, дракон Валлара взмыл прямиком в небо.
То, что урок магии в Пещерах отменяется, я по чёрным глазам Эша поняла… И по желвакам, что зашлись в пляске ярости на его щеках.
Только вот сама не понимала ничего совершенно и у Эша спросить не успела.
Потому что с неба спускался ещё один дракон.
Драконица.
И была она гранатовой.
***
– Только не это, – простонал Эш, с безысходностью приговорённого глядя в чарующе прекрасное розовое небо.
Там, под радужными облаками, кружили в магнетическом танце два гранатовых дракона… То есть это гранатовая драконица попыталась сделать круг вокруг Валлара, а он как летел, так и летел. Ещё и ускорился.
Тогда драконица сделала ещё один круг – на этот раз прицельно, прямиком над нами. После чего пошла на снижение. И… тоже ускорилась.
Эш ободряюще сжал мои пальцы.
Обречённое выражение на его лице успела сменить тёплая, чуть скептическая ухмылка.
Но обречённость в глазах всё же осталась.
Драконица тем временем приземлилась на противоположный край холма и перекинулась.
Оказавшись высокой стройной красавицей с копной тёмно-гранатовых локонов, ниспадающих до самой талии из хитро сплетённого из множества кос шара на затылке, она продемонстрировала в ослепительной улыбке белоснежные зубы и… широко распахнув руки, направилась к нам.
Шагнув драконице навстречу, Эш со смехом заключил её в объятия.
Я же продолжала с любопытством разглядывать гостью.
Одета драконица была в лёгкое, струящееся по всем аппетитным изгибам и щедро отделанное камнями, платье. Насыщенный гранатовый оттенок подчёркивал красоту безупречной фарфоровой кожи и нежный румянец на скулах. Опушённые веерами ресниц глаза были гранатовыми, расчерченными золотым кошачьим зрачком, как у Эша и благодаря искусному макияжу казались просто огромными.
– Это вы так Валлара раздраконили? – не утруждая себя приветствием, строго спросила драконица, отстранившись и выжидательно глядя на Гранатового Главу. Голос у неё оказался приятным, хоть и немного звучным для женщины. – Так и знала, что без меня вам не обойтись.
– И я рад видеть тебя, сестрица. – Усмехнулся Эш. – Знакомься, Ия, это моя сестра, Глисинда. Глисс, рад представить тебе мою жену Ию, Верховную Гранатовую Леди.
– Да-да. – Немного рассеянно кивнула драконица и, к моему изумлению, присела в каком-то хитром и грациозном подобии книксена.
Вышло у неё изящно и мимолётно, так сказать, играючи.
Поспешно присела тоже, но, боюсь, вышло у меня далеко не так грациозно. Впрочем, Глисинде было не до моих реверансов. Бросив взгляд в небо, она вздохнула. «Раздраконенный Валлар» явно волновал её больше, чем невестка…
Но через секунду оказалось, что это не так.
– Добро пожаловать в Клан, Ия, – сказала она мне. – Я – Глис’Cинда Иула Турия, старшая сестра этих пятерых дуриков.
Обидевшийся на дурика, Эш приподнял бровь:
– Что-то ты зачастила, Глисс. Чему мы обязаны подобному счастью?
– Да-да, и я рада тебя видеть, братик. Вот, заскочила по пути от одного двора в другой. Не могла же я не познакомиться со своей невесткой!
Эш усмехнулся, и, почему-то подмигнув мне, обнял меня за плечи.
– Тогда тебе следует знать, что Айсидора сейчас при дворе. – Обернулся он к сестре.
Румянец на щеках Глисинды тут же стал ярче, а глаза загорелись.
– И ты говоришь об этом вот так, запросто? Не думала, что у этой гадины хватит духу появиться в обществе после прошлого праздника Белого Солнцеворота… Видимо, мало я ей космы повыдергала!..
Эш хмыкнул, явно вспомнив что-то весёлое, а мне золовка сразу понравилась.
– Боюсь, у неё не было другого выбора, Глисс. – Хмыкнул Эш. – Потому что когда Энтони узнает о том, насколько она забылась на этот раз…
– И на сколько же?! – в очень знакомых, гранатовых глазах Глисинды тут же зажглись лампочки.
Эш покачал головой.
– Прости, Глисс. Я не в праве разглашать всего…
– Эшхор!
– Не вправе разглашать сейчас.
– Ну Эээш!..
– И не проси, Глисс. Обещаю, скоро всё узнаешь. Могу сказать только одно – боюсь, на этот раз испорченной причёской Айсидора не отделается.
– Мм… вот как? – обиженно передёрнула плечами Глисинда и в знакомом жесте заломила бровь. – Ладно-ладно, Эшхор, не хочешь говорить, не надо. Не больно-то и хотелось, но я тебе это предательство припомню, братик… И, кстати, я тоже с новостями. От Энтони. Для тебя ведь не секрет,
