белая чешуя!
— Зачем тебе она? — тихо, но зло спросил Рэм, и я поежилась. — Ты же хочешь убить меня, так давай решим этот вопрос в честном поединке.
— Как ты здесь оказался? — вместо ответа спросил Гарнар.
— А разве этот сейчас имеет какое-то значение?
— Имеет!
— Это мой замок.
— И это все равно не объясняет, как ты здесь оказался!
Несколько секунд Рэм пристально буравил его взглядом, а потом внезапно расслабился, криво усмехнулся и одним движением руки пододвинул к себе стоявшее у декоративного окна кресло.
После того как он здесь появился, звездочка непонятного то ли портала, то ли перехода потихоньку уменьшилась и исчезла, а пространство успокоилось.
— Неужели ты так тянешь время? — спросил Рэм, забрасывая ногу на ногу и демонстрируя полное пренебрежение к противнику и к тому, что меня, на минуточку, чуть не задушили! — Зря. Это тебе ничего не даст.
— Я бы с этим поспорил, — недобро усмехнулся Гарнар.
— Ты о нанятой прислуге, которые не прислуга, а наемники? Или о тех неудачниках, которые полегли уже на подлете к моему замку?
— То есть… — севшим голосом произнес Гарнар.
— А что тебе в моих словах не понятно? — деланно удивился Рэм. — Видишь ли, я все эти годы провел на войне, а не плел интриги или мечтал обманом заполучить земли. Думаешь, у меня не хватило ума предположить, что именно сегодня мой замок наиболее уязвим для вмешательства из вне? Или у меня нет возможности обнести замок на время проведения столь массового мероприятия двойным, а то и тройным кольцом оцепления? Что бы ты там обо мне ни думал, но я генерал Раварденского королевства, которое выиграло войну. И пусть моя личная гвардия еще не так велика, как бы мне того хотелось, но кто сказал, что у меня нет союзников? — прижимавший меня к себе мужчина судорожно дернул кадыком. — Но вот со слугами ты удивил. Не думал, что с этим могут оказаться проблемы. Но тут мне помогли тролли, которых наняла Марина.
— Тролли⁈ — недоверчиво и пренебрежительно выплюнул слово Гарнар.
— Зря ты так о них! Ты бы видел, как представители их расы сражались на поле боя! Хотя, о чем это я? Ты не мог этого видеть, — пренебрежительно махнул он рукой, явно специально выводя мужчину из себя. — Поверь, они и здесь не ударили в грязь лицом. Кстати, Марина, ты знала, что у всех троллих на внутренней стороне бедра припрятаны кинжалы, а в косу вплетены специальные лезвия? Когда они сняли свои головные уборы, это стало большим сюрпризом для всех!
Я только ошалело хлопала глазами. И не потому что эта новость так уж меня удивила, а потому что видела сейчас перед собой совершенно другого Рэма: холодного, ироничного… чужого. Казалось, он надел на лицо маску — верить, что это и правда настоящий он, совершенно не хотелось! — но чем дальше он говорил, тем больше я сомневалась, что он не носил маску до этого…
— И все же ты сейчас сидишь передо мной и ведешь беседы, вместо того чтобы разорвать на месте! — внезапно Гарнар прижал меня еще теснее, отчего дышать стало тяжелее. — Неужели из-за этой маленькой человечки? — он гаденько усмехнулся и провел мокрым скользким языком мне по щеке, будто пробуя на вкус.
Я зажмурилась от отвращения, а вот Гарнар, уверена, внимательно следил за реакцией Рэма. Я тоже на него посмотрела, но не заметила ничего, кроме холодного недоумения во взгляде. Или все же было что-то другое на дне его вертикальных зрачков? Что-то живое, рвущееся из глубины его естества?
Нет, наверное, мне все же показалось:
— Гарнар, неужели ты не знаешь, что держишь в руках уникального поглотителя? — равнодушно поинтересовался он.
— Знаю. Но это говорит лишь о том, что она может быть тебе интересна, и не объясняет, почему ты сделал ее своей невестой!
— Простой расчет, — отмахнулся Рэм. — Да и не мне тебе рассказывать, что невеста — еще не жена.
— Почему же ты до сих пор не взял, что хотел? Не поверю, что тебе было так противно, что ты даже на один раз не решился, — ехидно поддевал Гарнар.
— Противно? — Рэм задумался. — Это не совсем то слово. Но я, знаешь ли, не люблю торопиться. Мне нужен был лояльный поглотитель. Зачем брать силой то, что скоро само упадет тебе в руки?
От его слов кровь бросилась мне в голову, и я быстро-быстро заморгала, силясь сдержать слезы и изо всех сил стараясь не показать, как мне больно от этих слов.
Но, видимо, это у меня получилось плохо — никогда не была хорошей актрисой. Но обязательно научусь! Иначе меня так и будут топтать все встреченные мной мужчины.
Рэм поморщился:
— Гарнар, смотри, довели девочку до слез. Давай, что ли, решим свои вопросы без нее.
Я же уже почти не слушала этих двоих. Внутри словно что-то рвалось, было так больно, что я удивлялась, как еще дышу. После предательства Вадима я не чувствовала и десятой доли этой боли. Как же получилось, что за такой короткий срок я успела так сильно увязнуть в этом мужчине?
— Ну уж нет! Что бы ты там ни говорил, а она сейчас гарантия моей безопасности.
Рэм несколько секунд посверлил его взглядом:
— Хорошо. Ты хотел схватки? Давай! И пусть призом будет графство и эта маленькая поглотительница. Согласись, приятный бонус.
В комнате повисло молчание. А я искала в себе злость, чтобы опереться хоть на нее и выплыть из океана душевной боли, в который ухнула с головой. Кажется, даже в ушах зашумело, и картинка перед глазами покачнулась.
— Бонус-то приятный, но почему ты идешь на это? Из-за простого бонуса? — скрежетал над ухом голос Гарнара.
В ушах зашумело еще сильнее, и я еле расслышала ответ Рэма:
— Я хочу раз и навсегда закрыть с тобой вопрос наследования. Мне, знаешь ли, не улыбается через несколько лет узнать, что у тебя есть наследники и начинать с ними очередную свару за графство. — У меня над ухом хмыкнули. — Но не обольщайся: я знаю, что ты мне не брат. Просто не хочу, чтобы имя графов Рратских не одно столетие полоскали на всех углах. Только поэтому я сейчас иду на то, чтобы провести все честно, при свидетелях и с принесением клятв. — Скрежет зубов показал, что мой похититель не очень рад такой перспективе, и Рэм, предупреждая любые возражения, добавил: — Но если ты не согласишься, то мне придется потрясти нашим грязным бельем, и в первую очередь грязным бельем твоей матери. Думаешь, как наше общество отнесется к
